Алексей перевернул ее руку ладонью кверху и поцеловал.

– Ты боишься, что твоя сестра оказалась в таком же положении как Джесси?

– Я думала, что Белкины превращают в рабынь девушек, вывезенных из России. Здесь у них никого нет, они плохо знают язык и не могут обратиться за помощью. К Джесси это не относится. Должно быть, она что-то сделала, что-то сказала на так называемых пробах, и Сергей завелся.

– Белкины способны на все. – Алексей встал и потянулся. – Ночь снова выдалась длинной. Ложись спать, договорим завтра.

– По-моему, я тебя даже не поблагодарила. – Бритт подошла к нему и обняла его за талию. – Ты спас меня, а потом спас Джесси и, наверное, еще нескольких девушек, когда привел в действие пожарную сигнализацию.

– Бритт, по-настоящему я никого из них не спас. Их не спасут, пока не разгромят криминальный клан Белкиных.

– «Уничтожь их всех». – Она постучала себя пальцами по губам. – «Найди ребенка Татьяны».

– Ребенка, пожалуй, предоставлю тебе. А я займусь оружием. Возможно, мне удастся доказать связь Белкиных с Владом. Тебе надо поспать.

– Алексей, чего ты боишься?

– Боюсь тебя оставить.

– Меня всю жизнь кто-то оставляет – отец, мать, сестра. У меня давно не было такой уверенности, какую я чувствую рядом с тобой.

Он снова потянулся к ней.

– Тебя же взяли родственники со стороны отца.

– Ну да. – Она еле заметно улыбнулась. – Оторвали от младшей сестренки, поместили в идеальную семью, где ко мне всегда относились как к отребью наркоманки. Дядя Джейсон взял меня в семью, потому что считал это своим долгом, но он меня не любил. А его жена…

– Прости. Не знал, как тебе было тяжело.

– Не пойми меня неправильно. – Она положила ладони ему на грудь. – Я благодарна дяде и тете за все, что они для меня сделали. Они не жалели на меня денег, я окончила хорошую школу. Они предлагали заплатить и за колледж, но я отказалась. Только любви ко мне они не испытывали.

Она расстегнула верхние пуговицы его рубашки и провела ладонями по груди.

Она прижалась к нему и низким, хрипловатым голосом произнесла:

– Между нами образовалась связь. Если мы с тобой будем вместе хотя бы одну, две или несколько ночей, а потом тебе придется меня оставить, я все равно буду считать себя счастливой, а не брошенной.

– Мое солнышко, со мной может случиться все что угодно.

– Знаю. – Она схватилась за подол платья и, быстро сняв через голову, швырнула его на пол. – Кстати, я давно хочу тебя спросить: что значит «мое солнышко»? – старательно произнесла она русские слова.

– My sunshine, – перевел он на английский язык.

Ее чувственные губы изогнулись в улыбке.

– Так позволь мне стать твоим солнышком – пусть хотя бы на одну ночь.

Глава 12

Бритт солгала Алексею. Одной, двух, даже многих ночей с ним ей будет недостаточно, но она ни за что ему в этом не признается.

Если Алексей считает, что ему будет легче служить, если он останется один, она должна его отпустить, хотя и думает, что он ошибается.

Она развернулась к нему лицом и смотрела, как он просыпается. Пожалеет ли он, что уступил своим желаниям – то есть их общему желанию?

Он приоткрыл один глаз и провел подушечкой большого пальца по завитку ее волос.

– Мое солнышко…

Вот и ответ на ее вопрос. Прижавшись к нему, положив голову ему на грудь, она сказала:

– Я тоже хочу дать тебе какое-нибудь русское прозвище.

– Мне нравится, когда ты называешь меня «русский», особенно со своим акцентом.

Она рассмеялась, но тут же почувствовала себя виноватой. Какое она имеет право лежать в этой роскошной постели с этим роскошным мужчиной, если Лианна сейчас бог знает где? Какое она имеет право быть счастливой, если ее сестра в беде?

Алексей провел ладонью по ее спине от шеи до поясницы, спустился еще ниже и обхватил ее ягодицу.

– Что с тобой?

– Я живу в шикарном отеле в Беверли-Хиллз, лежу в постели с горячим парнем, а моя сестра так и не нашлась.

– По-моему, ты сделала все, что могла… Ты столько раз подвергала свою жизнь опасности ради того, чтобы найти ее! – Он притянул ее к себе, обняв ее бедра ногой. – Ты делаешь достаточно, Бритт. Ты не виновата, что родственники твоего отца не захотели взять к себе Лианну.

Бритт шмыгнула носом и благодарно потерлась о его плечо.

– Кстати, если уж речь зашла о ноше, которую мы взваливаем себе на плечи, ты собираешься связаться со своим начальством и доложить, что тебе удалось выяснить?

– Да. – Он перевернулся на спину и закинул руки за голову. – Только почему-то страшно.

– Ты думаешь, что они попросят тебя не вмешиваться и пришлют сюда другого, чтобы доделать дело?

– Ты довольно точно все описала.

– Если так, тебе придется успокоиться и позволить другим завершить начатое.

Повернувшись к ней, он спросил:

– Даже если те, другие, не станут расследовать дело о торговле людьми и не узнают, что случилось с Лианной?

Бритт проглотила подступивший к горлу ком. Слова Алексея задели ее за живое.

Он тронул ее за плечо.

– Даже тогда?

– Даже тогда. Но тебе, наверное, стоит сказать им о торговле людьми, о ребенке.

– Опять ты о ребенке! – Алексей поцеловал ее в макушку и встал.

– Ты не слышал ту женщину по телефону! Она говорила очень горячо… очень убежденно.

– Мы даже не знаем, кто тебе звонил. Кто-нибудь попытался заговорить с тобой, когда ты была одна?

– Только Степан.

Алексей потягивался, но, услышав ее слова, замер.

– Что это значит?

– Не волнуйся. Дело не только во мне. Его интересуют все девушки.

– Интересно, насколько он в курсе того, что происходит.

– Собираешься выяснить?

– Бармен может стать неплохим источником информации. Очень часто служащие, которые занимают низшие посты и которым мало платят, охотно сдают своих боссов.

– Не уверена, что Степана можно причислить к таким служащим. Кстати, знаешь, с кем еще я хочу поговорить?

– Даже боюсь спрашивать.

– С Калвином, бездомным, который ошивается возле клуба «Ябеда». Очевидно, он знает Лианну. Может быть, что-то видел. Может, она что-то ему сказала.

– Постарайся разговаривать с ним так, чтобы вас никто не засек. Ирина уже видела тебя вместе с ним. У нее могут возникнуть подозрения.

– Может, мне удастся выманить его, если я пообещаю угостить его обедом.

– Главное, будь осторожна.

– А тебя я сумею соблазнить обещанием завтрака? – Потянувшись, она придвинулась к краю кровати.

Он стащил ее с кровати, поставил на ноги и обнял.

– Только если я вначале заманю тебя в душ.

Она куснула его в ключицу.

– Тебе это будет сделать легко.

И Алексей тут же заставил ее забыть обо всем ради нескольких блаженных минут.


Бритт сидела за столиком в уличном кафе на бульваре Сансет, допивая кофе, и смотрела вслед Алексею, который унесся прочь на своем мотоцикле. Младенец в коляске у соседнего столика загулил и помахал ей ручкой. Она помахала в ответ, и ребенок ответил ей беззубой улыбкой.

– Вы ему нравитесь. – Молодая мать салфеткой обтерла малышу подбородок. – А у вас с мужем дети есть?

– С мужем? – Бритт состроила удивленную мину.

– М-м-м… – Женщина покосилась на стул, с которого недавно встал Алексей. – Простите!

– Он мой приятель.

Бритт густо покраснела. Почему она солгала? Хотя… не так уж и солгала. Она ведь переспала с Алексеем. Значит, его можно назвать приятелем – пусть всего на день.

– Понятно… Похоже, у вас с ним еще период первой влюбленности. Вы так на него смотрите…

Вот это сюрприз! Если уж незнакомая женщина сразу поняла, что Бритт влюблена в Алексея, для него это уже наверняка не секрет.

К счастью, к соседке подсела подруга, и Бритт не пришлось ничего отвечать. Она стала размышлять о том, почему позвонившая ей женщина не просила найти Татьяну, а только ребенка. Похоже, ребенок и мать были не вместе. Бритт крепко сжала кофейную чашку. Ребенка и мать разделяет смерть. Что случится с ребенком после смерти матери?

Бритт доводилось работать с клиентами, которые лишились детей из-за пристрастия к наркотикам; социальные службы забирали детей до тех пор, пока родители не избавлялись от зависимости.

Она побарабанила ногтями по чашке. Может быть, с этого стоит начать. Лос-Анджелес – большой город, но много ли русских рожали здесь за последние два месяца?

Она посмотрела на телефон, чтобы узнать, который час. Прежде чем она вернется в отель и наведет справки, нужно заехать в «Ябеду», точнее, зайти в аллею за «Ябедой».

Она приехала к клубу и остановилась за углом. Двери многих заведений были открыты, а на полуденном солнце исчезли зловещие тени.

Подойдя к черному ходу «Ябеды», она осторожно заглянула за мусорный контейнер, где обычно стояла тележка Калвина. Сегодня ее там не было.

Дверь черного хода распахнулась настежь, и Бритт вздрогнула от неожиданности.

– Эй, Барби! Зашла меня проведать? – Степан ухмыльнулся, выкинув в контейнер пластиковый пакет с мусором.

– Н-нет… Я хотела проверить свою карточку учета. Кажется, позавчера я забыла пробить на ней время окончания смены.

Он подошел к двери и распахнул ее. Она робко шагнула к открытой двери, но Степан не посторонился. Более того, широким жестом пригласил ее войти.

Степан не казался здоровяком, но, так как он загораживал проход, ей пришлось пройти к нему вплотную; от него пахло кофе и сигаретами.

– Ну и заварушка была вчера, а? – Он закрыл за ними дверь, и Бритт снова вздрогнула – на этот раз внутренне.

– Сумасшедший дом. Там что, пожар был?

– Нет, просто сработала сигнализация. Может, сбой в системе, может, еще что… В общем, многие девицы попортили свои красивые платья. – Он скривил губы в ухмылке, и Бритт вспомнила слова Алексея о недовольных низкооплачиваемых служащих. Конечно, воспоминание не способствовало росту ее доверия к Степану. Если Алексей хочет его прощупать, пусть делает это сам.