— Посмотрим, — Гарриет опустила нож и подняла голову, смотря на звёзды и шевеля губами. — Марс и Венера в зените... Время! Силой, дарованной мне богами, повелеваю... - её громкий голос эхом разнёсся над площадкой.


— Какая дешевая театральщина, — не удержался от комментария Шерлок. — Я бы упомянул также и антисанитарию, но, боюсь, в моём случае это неуместно.


— Вижу, твой скептицизм неизлечим, — хмыкнула Гарриет. — Тогда специально для тебя: никаких призывов к богам, вы кладете ладони на поверхность омфала, и на этом все заканчивается.


На лицах братьев читалось недоверие, и она поспешила уточнить:


— Да, вот так просто. Ну неужели вы думали, что боги сойдут с Олимпа только ради того, чтобы поприветствовать двух заносчивых гордецов?


— Я правильно понимаю, что стоит крови окропить камень, мы перестанем быть бессмертными? — поинтересовался Майкрофт.


— Совершенно верно.


— Благодарю, — он кивнул и сделал крошечное движение в сторону камня, готовый начать.


— У вас есть время до рассвета, чтобы закончить Ритуал, — продолжила Гарриет, мельком взглянув в светлеющее небо. — Наслаждайтесь последними минутами в бессмертном теле, после — вы никогда больше не познаете мук воскрешения и тяжесть потери близких людей. Несколько минут, и вас ожидает… покой.


— Покой? — Шерлок нахмурился, глядя, как на тонких губах женщины заиграла торжествующая усмешка и схватил брата за руку выше локтя, не давая тому подойти к камню. — Мы точно говорим об одном и том же?


— Конечно, — согласилась она. — Разве не к этому вы стремились? Скинуть с души бремя бессмертия и закончить бесконечное, бессмысленное существование?


— Нет! — протестующий крик вырвался из груди Шерлока помимо его воли. Он отшатнулся от камня, словно от чумного.


Тот самый момент, которого он ждал веками, превращался в самый страшный кошмар: Шерлок похолодел — какая-то капля крови, и он не сдержит обещание, исчезнет из жизни Джона вот так, толком не попрощавшись, больше не увидит его мягкую улыбку, не коснётся волос, не сможет оправдать свой последний обман, объяснить, рассказать... Капля крови, и он осыплется в пыльную почву горсткой праха. Всё должно было пойти иначе!


— Мы полагали, что станем обычными людьми, сможем состариться и прожить остаток земной жизни в этих телах, подчиняясь естественному течению природного процесса, — подтвердил его мысли Холмс-старший.


— Подожди, Майкрофт. Ты обманула нас! — яростно выкрикнул Шерлок, сжимая ладонь, на которой ещё не затянулся порез, в кулак. Тёмные капли крови стекли по ребру ладони, упали в пыль, застыв крошечными чёрно-бурыми пятнышками.


— Да с чего вы взяли, что такая милость будет вам дарована? — Гарри едва ли не оскалилась взбешённой фурией. — Я сказала, что знаю, как снять проклятие, но не обещала вам дальнейшей жизни! Кладите руку на камень и всё! Ваше время всё равно давным-давно вышло!


— Я не согласен!


— Ну надо же! — Гарри всплеснула руками. — Две тысячи лет вы искали всевозможные средства, чтобы прервать жизнь, но в самый последний момент решили передумать?


Шерлок беспомощно обернулся на бледного до серости брата и снова повернулся к Гарриет:


— Я не могу оставить Джона одного!


— Разве? Когда-то ты уже оставил его и нисколько не раскаивался в содеянном, — женщина едко усмехнулась. — Или так или снова — тысяча лет одиночества. Вам выбирать.


— Майкрофт, скажи ей!


— Следующая спираль нашего с Джоном возращения через тысячу лет, — повысив голос повторила Гарриет. — Подумайте, стоит ли оно того? Если повезёт, вас двоих ждёт ещё пара десятилетий вместе, а что потом? Сотни и сотни лет ожидания?


Майкрофт тяжело прикрыл глаза. Тяжесть выбора нависла над ним маятником с остро заточенным лезвием, мерно раскачивающимся из стороны в сторону и подбирающимся всё ближе.


Взмах — Майкрофт видит супруга, сидящего у детской кроватки, Грегори тепло улыбается ему. Взмах — Грегори читает ребёнку вслух книжку с картинками, но Майкрофта уже нет рядом.


Взмах — ничуть не изменившийся Майкрофт бросает на крышку гроба горсть влажной земли и отходит, с щелчком расправляя над собой зонт. Неброские буквы надгробия складываются в до боли знакомое имя.


Взмах — надгробий становится всё больше, здесь покоятся его дети и внуки, скоро придёт черёд правнуков. Движения внутреннего маятника завораживают, потому что какое решение не прими... Да как тут, чёрт возьми, выбрать?


— Шерлок, а может… — Майкрофт, всё ещё пребывая в неуверенности, осёкся, обернувшись к брату. Широко распахнув глаза, Шерлок смотрел на старшего брата с таким ужасом и разочарованием, что Майкрофт готов был взвыть. Как он не понимает! Разве он не видит, что Майкрофт в первую очередь поступает так, как будет лучше для них обоих, для Шерлока в том числе?


— Не вздумай решать за меня! — прошипел Младший сквозь зубы. — Даже не пытайся!


— У вас есть ещё несколько минут, — нетерпеливо напомнила Гарриет, — солнце вот-вот появится. Вы должны успеть сделать это вместе, иначе ритуал не сработает.


— Послушай, — Майкрофт сделал шаг к Шерлоку, хватая того за рукав пальто. — Мы обеспечили Грега и Джона всем необходимым, они отлично справятся без нас, и, я надеюсь, проживут долгую и всё же счастливую жизнь. Мы действительно задержались на время, куда превышающее отмеренный всему земному срок. Мы должны.


— Я никому и ничего не должен, и не променяю Джона на смерть, — Шерлок упрямо мотнул головой и сделал ещё пол шага назад. Край тёмной ткани выскользнул из мёртвой хватки старшего брата. — Как бы ты ни просил — не могу.


— Ты еще не знаешь, каково это, — угрожающе сказал Майкрофт, — закрывать умирающему глаза, в которых только что угасла последняя искра жизни, или хоронить пустой гроб, потому что не знаешь, где погиб любимый человек. Ты не справишься с такой потерей, пусть не физически, но морально это убьёт тебя. Поверь, я знаю, о чём говорю! Одумайся!


— Скажи проще, — выплюнул Шерлок, раздувая ноздри, — это ты боишься боли, боишься хоронить Грега, и только поэтому уговариваешь меня. Я уверен в своём выборе.


— Невозможный упрямец, — Майкрофт беспомощно обернулся на линию горизонта, стремительно набирающую краски. — Ты подводишь нас обоих!


— Думай что хочешь, мой ответ остаётся прежним.


— Говоря «тысяча лет», хочу предостеречь — наблюдая эволюцию человечества, не могу сказать с уверенностью, что в третьем тысячелетии нам с братом будет в кого перевоплощаться, — заявила Гарри. — Возможно, на этой планете не останется никого, кроме двух бессмертных, отказавшихся сегодня от шанса на избавление.


— Шерлок… — Майкрофт почти был готов умолять.


— Ты можешь поступать так, как считаешь нужным, — отрезал тот. — Я все для себя решил.


— Нет! — крикнула Гарри. — Только вместе вы можете принять решение. Поспешите, время не стоит на месте!


— Брат, умоляю, — одними губами прошептал Майкрофт. Холодный ветер хлестнул в лицо, взметнул из-под ног пыль, зашелестел листвой кипарисов, и этот шелест отчётливо напоминал шорох песка в песочных часах. Убегающего песка, от которого осталось лишь несколько песчинок.


— Не могу, как ты не понимаешь! — выкрикнул Шерлок, и его слова снесло порывом ветра.


— Ради настоящего я готов на все, что повлечет это за собой в будущем. Возможно, Пифия, ты и желаешь убить нас сегодня, но я тебе такой радости не доставлю!


Майкрофт посмотрел в глаза брата и обмер — светлая радужка наполнялась розово-огненными всполохами, в черноте зрачка вспыхнули золотые точки и начали набирать силу, словно раздуваемые яростным ветром угли, бледные щёки окрасились розовым. Солнце.


Огненный шар солнца медленно восставал из-за темнеющей полоски горизонта, и крошечная фигурка Гарри засияла, облитая солнечным светом, словно золотом; мир вокруг взорвался шелестом и гомоном птиц, журчанием ручья, шорохом камней — природа пробуждалась от короткого сна, приветствуя новый день.


— Время вышло, — торжественно объявила Гарриет, в голосе которой не слышалось злобы. В светлом небе блеск звёзд почти растаял.


— Что же ты наделал? — Майкрофт пришёл в ужас, пытаясь понять, что сильнее — испытываемое им разочарование или облегчение. Шерлок почти сбил его с ног, порывисто обнимая:


— Прости, прости меня, — хрипло сказал он, — я не мог решить иначе. Пусть даже буду раскаиваться все последующую жизнь, но сегодня я счастлив.


— Что ж, я дал тебе клятву и не намерен её нарушать. Вместе так вместе, сейчас или через тысячу лет, — обречённо выдохнул Майкрофт и потрепал брата по волосам. Жест вышел абсолютно детским, но глаза Шерлока горели таким неподдельным огнём, такой радостью, что он просто не мог удержаться. — Но всё равно, должен признать, что ты — чертов эгоист, братец.


— Я знаю, — самодовольно заявил тот и отстранился.


— И всегда таким был, — добавил Майкрофт.


— Разумеется. Как смотришь на то, чтобы вернуться домой? Нас ждут! — Шерлок резко развернулся на каблуках и зашагал в сторону лестницы.