— На кухне, скорее всего, — хмыкнула Бекки. — Похоже, он завоевал расположение здешних слуг. — Пожалуй, именно по этой причине, несмотря на строгий запрет тети Луэллы, девушке удавалось по большей части держать своего питомца не во дворе, а в доме.

— А откуда этот неожиданный интерес к нашим планам? — Джослин присела на пуфик и бросила на Марианну любопытный взгляд.

— Я тоже хотела бы это знать, — поддакнула Бекки. — Можно подумать, мы — особенно Джослин — не обсуждали этот вопрос множество раз.

— Просто любопытно, вот и все. Итак, — осторожно подвела черту Марианна, — никто из нас не торопится выйти замуж.

— Не в этом сезоне. В конце концов, Бекки только семнадцать, а я всего на год старше ее. — Джослин изучающе посмотрела на Марианну. — А вот тебе уже двадцать один, почти что старая дева.

Бекки кивнула.

— Она права, знаешь ли. Тебе самое время подумать о браке.

Марианна была почти уверена, что сестры поддержат ее, но в глубине души таилось опасение, что они могут воспротивиться ее плану. Она сделала глубокий вдох и выпалила:

— Я не собираюсь выходить замуж. Я хочу пойти собственным путем.

— Зачем тебе это? — Глаза Джослин недоверчиво округлились.

— Не нахожу ничего привлекательного в браке. — Их мать умерла, когда младшие сестры были еще очень малы, чтобы задумываться, насколько счастливым был брак их родителей; возможно, это было и к лучшему. — Мне интересно, какие приключения может предложить жизнь за пределами мира супружества. И чтобы открыть для себя этот другой мир, мне нужна независимость. Финансовая независимость.

— Понимаю. И как ты собираешься получить эту финансовую независимость? — Бекки опасливо глядела на сестру, словно страшась ответа.

— По правде говоря, мои возможности ограничены. Все, чем я когда–либо занималась, — это училась и читала. Однако я подумала… я решила… — Она никогда раньше не говорила об этом вслух, не раскрывала свою тайну ни одной живой душе. Если бы Эмма была здесь… Она тихонько вздохнула про себя.

Эмма всегда была ближе ей, чем кто–либо другой. Разница в возрасте между ними была не больше года, и они с Эммой представляли собой такой же нерушимый союз, какой возникал при необходимости между младшими сестрами. Сейчас рядом с Марианной не было ее неизменной наперсницы. Три и четыре года, которые отделяли ее от Джослин и Бекки, в эту минуту казались Марианне настоящей пропастью. Она расправила плечи.

— Я собираюсь зарабатывать на жизнь писательством.

— Писательством? — нахмурилась Джослин. — Ты никогда ничего, кроме писем, не писала. Не могу представить, что на этом можно заработать состояние.

— Не будь смешной. — Бекки глубокомысленно разглядывала старшую сестру. — Ты хочешь писать книги, верно?

— Возможно, со временем. — Волнение, которое Марианна сдерживала все утро, теперь выплеснулось наружу торопливым потоком слов. — Но не сразу. Я думаю, для того чтобы написать книгу, требуется много времени, а я, признаться, несколько нетерпелива. Откровенно говоря, я даже не уверена, что смогу осилить целый роман.

— Тем не менее, — Марианна открыла книгу и достала припрятанное между страницами письмо, — когда мы приехали в Лондон, я отправила образец моей работы одному джентльмену, издателю газеты…

— Великий Боже, ты отправила что–то в «Таймс»? — Джослин была поражена.

— Ну, не совсем в «Таймс».

— Тогда в «Морнинг Кроникл»? — уточнила Бекки. — Или в «Обозреватель»?

— Нет, нет, ничего столь значительного. — Марианна поспешила отмести в сторону высказанные предположения. — Я отправила запрос в «Кадуоллендерс Уикли Уорлд Мессенджер».

Бекки свела в недоумении брови.

— Что это еще за «Кадуоллендерс Уикли Уорлд Мессенджер»?

— Такая газета действительно существует? Название звучит не слишком правдоподобно, — озабоченно добавила Джослин. — Я точно никогда раньше не слышала о такой газете.

— Можно подумать, ты хорошо в этом разбираешься, — насмешливо ввернула Бекки. — Впрочем, я тоже впервые слышу это название.

— А ты, конечно, всегда в курсе всех новостей. — Джослин закатила глаза к потолку.

— Должна сказать, я…

— Это довольно скромное издание, — быстро пояснила Марианна. — Не такое известное, как Таймс, более молодое, и не столь…

— Законное? — подсказала Бекки.

— Не такое консервативное. Кроме того, Мессенджер выходит только по воскресеньям, и не думаю, что он хорошо известен за пределами Лондона. В любом случае, я написала мистеру Кадуоллендеру письмо с просьбой рассмотреть публикацию моих приключений…

— Твоих приключений? — переспросила Бекки.

— Конечно, пока у меня еще не было никаких приключений, но я намерена это исправить.

— И какого рода это будут приключения? — осторожно поинтересовалась Джослин.

— Приключения, — Марианна выдержала драматическую паузу, — провинциальной мисс в Лондоне.

И снова младшие сестры обменялись быстрыми взглядами. Марианна проигнорировала этот молчаливый диалог и вытряхнула из конверта сложенный листок.

— Этим утром я получила ответ от мистера Кадуоллендера.

— И? — вскинула бровь Джослин.

— И он сказал, что ему нравится мой стиль и, более того, нравится моя идея с приключениями провинциальной мисс в городе. Я предложила подать эти истории в виде серии писем. Как ты сама заметила, я умею писать письма. — Торжествующая улыбка расцвела на ее лице. — Я уже отправила ему первое.

Бекки вскочила на ноги, выхватила из рук старшей сестры письмо и быстро просмотрела текст.

— Он также пишет, что его читатели не заинтересованы в банальных будничных происшествиях. — Она нахмурилась. — Так что именно ты ему отправила?

Марианна почувствовала, как ее эйфория начинает испаряться.

— Да, тут есть небольшая проблема. То, что я уже написала — это первые впечатления от посещения Лондонского Тауэра, а также увлекательная прогулка по Гайд–Парку. И удовольствие, которое можно получить от…

Джослин простонала.

— Уверена, что наверняка захотела бы прочесть это.

— Ты не читаешь ничего из того, что не имеет отношения к светским раутам и модам, — проворчала Бекки. Она снова взглянула на письмо, затем подняла взгляд на Марианну. — Прости, что снова вынуждена согласиться с Джослин, но твои приключения выглядят довольно обыденными, и в обозримом будущем тебе вряд ли стоит ждать чего–то более волнующего, особенно в свете неустанного надзора тети Луэллы.

— Я знаю. Я только об этом и думаю все время. — Марианна сняла очки и сжала их в ладони. — Мистер Кадуоллендер считает мою затею увлекательной, но он предупредил, что прежде чем решить вопрос, стоит ли публиковать новое приключение или нет, он должен его сначала прочесть. А я не уверена, что смогу придумать, как сделать мои впечатления более волнующими.

— Для начала тебе стоит прекратить писать о достопримечательностях, — твердо заявила Джослин.

— Разумеется, но это не решит вопрос, чем можно соблазнить читателей мистера Кадуоллендера.

Бекки покачала головой.

— Тебе лучше знать, что лежит в основе всех интересных историй, ведь ты прочитала столько книг.

— Да, конечно. Я только… — Марианна принялась мерить шагами комнату, стараясь привести мысли в порядок. — Мне бы не хотелось придумывать истории. Я хочу писать о моих приключениях.

— У тебя нет никаких приключений. Дай я гляну. — Джослин поднялась, вырвала из рук Бекки письмо и бегло просмотрела. — Здесь ничего не сказано о том, что твои истории должны быть исключительно правдивыми.

— Но мне не хотелось бы лгать…

— Чепуха! Речь не о лжи, речь… — Джослин на мгновение задумалась. — О приукрашивании. Можно ведь просто сделать обычное более интересным. Тут все зависит, с какой точки зрения посмотреть.

Бекки согласно закивала.

— Это примерно то же самое, как если о толстой женщине сказать «она пышет здоровьем» или «у нее прекрасные формы».

— Вот! — одобрительно усмехнулась Джослин младшей сестре. — Все это — различное восприятие одного и того же. Пусть твоя провинциальная мисс…

— Или, точнее, я, — вставила Марианна.

— Да, да. Будет лучше если она или ты… — Джослин сделала паузу, и глаза у нее загорелись. — Если она будет одна–одинешенька в этом мире. Сирота.

— Но я не…

— Конечно, ты — да, — вмешалась Бекки. — Мы все круглые сироты. Наши родители умерли.

— Да, но мы же не одиноки. У нас есть старший брат с титулом и приличным состоянием, — воспротивилась Марианна. — Едва ли это повод для сочувствия.

Джослин проигнорировала это замечание.

— Сирота воспитывалась в деревне. Да, это подходит. Очень невинная и жутко наивная.

— Но я не…

— Ерунда, — отмахнулась Джослин от возражений. — Ты выросла в деревне. Это не ложь, мы просто немного отклонились от действительности, чтобы сделать историю более красивой.

— Допускаю, но…

— А поскольку она сирота, то нуждается в опекуне, — губы Бекки расплылись в озорной усмешке.

— Который привез ее с собой в Лондон, — улыбка Джослин была зеркальным отражением усмешки ее сестры, — чтобы опекать под крышей своего дома.

— Это нелепо, — рассмеялась Марианна, но ее мысли уже включились в азартную гонку.

Пусть все это и не было чистой правдой, но ни одно из утверждений сестер не было и ложью. В конце концов, они действительно были сиротами в полном смысле этого слова. И маркиз Хелмсли в данный момент выступал в роли их опекуна. И они и вправду жили под крышей его дома…

— Опекун должен быть красивым, — заявила Бекки.

— Богатым, — добавила Джослин. — И с титулом.

— И надменным, — пробормотала Марианна.

— Распутник, я думаю, — подхватила Джослин. — Негодяй, в некотором роде.