Джаспер, не веря своим ушам, уставился на мать. Да ее следует нанять в клуб для привлечения клиентов, мелькнуло в голове. Как выяснилось, его собственная мать способна устроить любое дело.

– А как же мистер Чартон? – робко спросила Джейн. – Он, наверное, очень расстроен.

– Он был крайне огорчен, это верно, но я все уладила. Во-первых, напомнила ему, что мы простили Милтона, а во-вторых, сказала, что, если мы не простим Джаспера и не поможем ему, Джаспер может вернуться к азартным играм.

– Никогда, – твердо произнес Джаспер, и миссис Чартон удовлетворенно кивнула.

– Я была в этом уверена. Но угроза очень подействовала на твоего отца. Так что с ним все в порядке. Убедить Милтона будет труднее, но в конце концов когда он увидит, что твой клуб – весьма успешное предприятие, то поймет, что быть твоим другом гораздо выгоднее, чем иметь тебя во врагах. У вас тоже все будет хорошо.


– Никогда бы не подумала, что твоя мать такая хитрая, – со смехом сказала Джейн, когда за миссис Чартон закрылась дверь. – Интересно, известно ли ей о нашей позолоченной кровати? И как скоро к нам в спальню ворвутся твои сестры, чтобы подробно ее осмотреть? Затем они, конечно, отправятся домой и потребуют у мужей, чтобы те купили в точности такую же.

– Другой такой не существует. – Джаспер обнял Джейн за талию. Она уперлась ладонями ему в грудь, чувствуя, как сильно бьется его сердце. – Она единственная в своем роде. Как ты.

Джейн откинула голову, упиваясь вкусом его губ. Она любила Джаспера, Джаспер любил ее, и вся жизнь расстилалась перед ними, как усыпанное цветами поле.

Именно так она представляла себе семейную жизнь.