Нет, у этих братьев однозначно очень много общего!

- Не там я получала высшее образование. Надо было на бармена идти. Глядишь, тоже на лобстеров перешла. – подытожила и вновь посмотрела в меню.

- Вообще-то я не бармен.

Равнодушное признание Игоря заставило вновь поднять глаза.

- То есть?

- Ну... - лжебармен хитро улыбнулся.

- Только не говори, что это был специальный хитро спланированный план, придуманный исключительно для того, чтобы дискредитировать и уволить меня?

Шестеренки в голове вновь закрутилась, мысли о вселенском заговоре вновь вышли на передний план, и, если честно, я даже успела испугаться.

- Что-то вроде этого. – серьезно проговорил Игорь, и я невольно обернулась в сторону выхода, ожидая, что с минуты на минуту в ресторан войдет начальник, и моя публичная казнь все же состоится.

Я пялилась на дверь ровно до тех пор, пока не услышала громкий смех младшего Георгиевича. Перевела взгляд на него и выгнула бровь.

- Это мой клуб, Лиза.

Я не знала, что сделать сперва. Выдохнуть с облегчением или спросить у «Гугла» какие обстоятельства могут оправдать убийство.

- Ты идиот? – выдавила, но почти сразу исправилась, повторив фразу с нужной интонацией. – Ты идиот!

- Форменный? – продолжил смеяться совершенно не смутившийся Игорь.

- Пока нет, но имеешь все шансы на повышение.

- Прекрасно. – с кивком проговорил мужчина. – Так что, лобстер?

- Да ну тебя...

К счастью, обошлось без лобстера. Да без него, знаете ли, спокойней было.  Дело в том, что братья Ветровы не внушали мне доверия. Со старшим все вообще было однозначно. Неисправимый козел, с которым приходилось, хоть и непросто, но стабильно. До недавнего момента я вообще всегда знала, что от него ожидать, хотя, признаюсь, вопрос с отчетом немного выбил меня из колеи.

Я даже стала думать о том, что у начальника есть сердце. Очень маленькое. И очень холодное. Но, понимаете, это и так большой прогресс в наших отношениях. Раньше я была совершенно уверена в том, что они с Полиной Анатольевной обменивались эмоциями с помощью щупальцев. Ну, «Чужой» там, и все дела.

С младшим все было сложней. Нет, Игорь однозначно не являлся прекрасным принцем из сказок, скорее коварным змеем-искусителем, только оставалось загадкой, на что именно он собирался меня искушать, и, собственно, зачем.

Удивительно, но разговаривать много не пришлось, заказ принесли достаточно быстро. А, когда перед тобой стоит тарелка пасты с морепродуктами за полторы тысячи, становится уже как-то не до разговоров. Черт с ним, со вселенским заговором, хоть роскошно поем перед кончиной, если она запланирована.

- И давно ты работаешь на моего брата?

- Пять месяцев, три дня и, - посмотрела на экран мобильного. – Уже шесть часов и тринадцать минут.

- Серьезно? – выгнув бровь, уточнил Игорь, заставив прыснуть.


- Возможно.

- Ладно, ничья.

- Что вы, Игорь Георгиевич, мне до вас еще расти и расти.

- А есть стремление?

- Кто знает... - задумчиво пожала плечами и вновь уткнулась в тарелку.

- Мне кажется, такая обстановка тебя угнетает. – предположил недобармен (или правильней называть его перебармен?).

- То есть в обнимку со стопкой я смотрюсь гармоничней?

Только сморозив, поняла, что язык – мой враг, но Игорь уже смеялся.

- Ты сама это сказала.

- А что хотел сказать ты? – я вообще-то тоже умею выкручиваться из неудобных ситуаций!

- То, что нам нужно поужинать.

- С лобстером?

- Можем, с шавермой...

Он когда-нибудь перестанет усмехаться?!

- Заварим «Доширак» на лавочке... - протянула мечтательно.

- Как угодно. – Игорь улыбнулся, а потом стал серьезным. – Выбери место сама. Я, кстати, не имею ничего против «Доширака», правда, стоит сперва поговорить с желудком...

- Какой обстоятельный подход.

Дальнейший диалог прервал звонок мобильного. Младший Георгиевич нахмурился, а потом, изобразив жестами что-то типа «прости, я очень сожалею, что приходится прерывать нашу невообразимо интеллектуальную беседу», приложил телефон к уху.

- Да. – он отвечал коротко. – Хорошо. Конечно. Жди тогда. Минут через двадцать.

Отложив телефон, Игорь сразу приуныл. Ладно, будем реалистами, сделал вид, что приуныл.

- Что-то случилось?

- Мне нужно уехать. – подозвав официанта рукой, проговорил мужчина.

- Ладно. – особого разочарования, честно сказать, я не испытала.

- Ты обедай. – протягивая карточку подошедшему парню, сказал Игорь. – Еще десерт остался.

Младший Георгиевич поднялся со своего места, на несколько мгновений замер, пристально смотря на меня, как будто рассуждая, что делать дальше, а потом кивнул, и, пройдя мимо официанта, который уже успел его рассчитать, забрал карту и вышел из ресторана, оставляя меня наедине с дорогой едой и бокалом не менее дорогого вина.

Естественно, я не стала отказываться, да что уж там, я даже десерт попросила с собой упаковать, ибо рисковала лопнуть. В общем, из ресторана я выплывала расслабленной и вполне довольной. Настолько расслабленной и довольной, что умудрилась не заметить в дверях шедшего навстречу мужчину, налетев прямо на него. Хорошо хоть тортик уберегла!

- Простите! – буркнула себе под нос и лишь потом подняла взгляд.

- Елизавета Дмитриевна? – человек, которого я едва не снесла, смотрел в упор.

- Роман Георгиевич? – понимая, что вновь совершенно некстати начинаю заикаться, пропищала я.

- А что вы тут делаете? – словно оценивая место, а следом и меня, спросил босс.

Ну а я... Возьми и ляпни.

- Поминки заказывала... - и, сделав голос максимально тоскливым, добавила. – Для Сельди.

- Прошу прощения. – мне показалось, или в голосе шефа послышались нотки... Сочувствия?

- Все нормально. – поспешила уверить его я, даже улыбнулась для убедительности. Ну, знаете, так тоскливо, с ноткой грусти.

Встреча в дверях затягивалась, Роман Георгиевич с сожалением смотрел мне в глаза, а я хоть как-то смотрела ему в глаза, потому что это начальник, ему нужно смотреть в глаза.

- Может, кофе? – невероятно неуверенно проговорил шеф и почему-то подтолкнул меня назад внутрь ресторана. Возможно, все дело было в пожилой паре, которая стояла прямо за нами и не могла пройти, я не исключаю такой вариант.

В любом случае, что бы ни стало первопричиной, я вновь стояла перед гардеробом и во второй раз за сегодняшний день протягивала пальто портье, который, слава Богу, старательно делал вид, что десять минут назад я это самое пальто из его рук не забирала.

Уровень, чего уж...

Вы же помните эту поговорку про осину и апельсины? Я тоже...

Уже раз пять за последние три минуты повторила, сидя за тем же самым столиком, приняв меню из рук той же самой официантки.

- Я угощаю. – проговорил босс ровно в тот момент, когда мой взгляд упал на изображение лобстера.

Может, действительно попробовать? А что, если моя цель на этой планете – схомячить лобстера?

- Спасибо. – проговорила скромно. В отличие от брата, Роман Георгиевич не выглядел тем человеком, которому можно было ответить шуткой на шутку, и не огрести при этом последствий.

Когда вернулась официантка и одарила меня самой что ни на есть понимающей улыбкой, я осознала тот факт, что считала она меня или шлюхой, или заскучавшей шлюховатой женой. Как ни крути, что-нибудь про шлюху в этой улыбке было.

- Так что? – не замечая пристального взгляда девушки, который практически вопил о том, что несколькими минутами ранее я едва ли не оргию тут устроила с его братом прямо на вот этом самом столе, поинтересовался шеф.

- Латте. – уверенно проговорила я, а потом, немного застеснявшись, добавила. – Если можно.

Роман Георгиевич коротко кивнул и посмотрел на официантку.

- Карбонару, пожалуйста, сто «Джека», - бросил короткий взгляд на меня и продолжил. – А девушке пасту с морепродуктами и бокальчик белого вина. Хорошего белого вина.

- Еще что-нибудь? – официантка повернулась ко мне лицом, всем своим видом задавая вопрос «ну что, еще порцию макарон за полторушку в себя впихнешь?», мне же оставалось лишь отрицательно качнуть головой.

После этого девушка удалилась практически сразу. Ну да, сервис же. Хотя, если честно, я бы не возражала, чтобы она так и продолжала стоять рядом, не пришлось старательно изучать занавески, задаваясь вопросом «какого черта я опять так влипла?».

Роман Георгиевич нарушил молчание, едва подали напитки.

- Вы ее любили?

Спасибо генам за мозги, которые в последний момент сработали и уберегли от вопроса «Кого?».

- Очень. – снова скорбная улыбка. Еще немного, и она войдет в привычку. – Она была другом, членом семьи.

- Мне жаль... - протянул шеф, сделав глоток виски. – А что за порода?

Если честно, в этот момент я была не слишком готова к подобному вопросу. Мы с моей гипотетической мертвой собакой еще не успели перейти на тот уровень близости, когда я могла бы безошибочно определить ее породу, поэтому морозить вновь пришлось первое, что пришло на ум.

- Овчарка. Кавказская.

Мне показалось, или шеф подавился и не расслышал мой ответ?

Нет, таких проколов допускать нельзя...

Я набрала полную грудь воздуха, дождалась, пока Роман Георгиевич вновь сконцентрирует все внимание на мне, и четко повторила.

- Сельдь была кавказской овчаркой.

юбите ли вы морепродукты, как люблю их я?

Способны ли вы, беря в учет всю эту безграничную любовь к креветкам, осьминогам и прочим гадам, практически полчаса размазывать по тарелке наивкуснейшую пасту из тех, что удалось попробовать за всю жизнь?