1. Подняться в нашу комнату.

2. Соблазнить мужа нижним бельем.

3. Заниматься сексом.


Да, этого уже было довольно много.

Иногда простота хороша.

— Готова? — он нес бутылку шампанского и два бокала, но предложил мне свою руку, чтобы подняться по лестнице. — Ранее я попросил их принести лед в нашу спальню. Но если его там нет, я не буду переживать.

— Я тоже. — Скользнув одной рукой под его локоть, я держала свое платье другой, когда мы поднимались. — Сейчас мне на все плевать, кроме того чтобы остаться с тобой наедине. — На секунду я склонила свою голову ему на плечо. — Такое чувство, что это было так давно.

— Так и есть. Слишком долго. — Мы достигли вершины лестницы и двинулись по коридору к своей спальне. — Но мы все наверстаем.

Мне тоже нравился этот план.

Лукас открыл дверь нашей спальни и остановился, пропуская меня первой. Я сразу заметила свечи — ранее их не было, но сейчас были десятки свечей цвета слоновой кости разнообразной формы и высоты на каждой плоской поверхности комнаты. Я ахнула от того, как комната переливалась в мягком, теплом свете.

— О боже мой, так красиво, — прошептала я, разворачиваясь, чтобы осмотреть все.

Лукас закрыл дверь за нами и поставил бокал на комод.

— Я рад, что тебе нравится.

— Мне очень нравится. Спасибо. — Я прошла в ванную и увидела, что свечи расставлены и на поверхности раковины и ванной. Ммм, у меня были приятные воспоминания о нахождении в этой ванной с Лукасом. Немного громкие воспоминания — мой голос действительно становился громче от этих плиток.

— Милый, — сказала я, смотря на окно за мной. Оно все еще было открыто. — Думаешь, мы должны закрыть окно?

Ухмылка растянулась на его губах, когда он убрал фольгу с верхней части бутылки и начал раскручивать проволоку.

— Чтобы мы не нарушили тишину?

Мои щеки покраснели.

— Гм. Я точно не тихая. Ты знаешь это.

— Я каждый день благодарю за это Господа. — Затем он развернул бутылку и начал вытаскивать пробку, она вылетела с громким хлопком, и он закричал: — О боже мой, я люблю Париж!

Я застонала, как я была смущена, что на самом деле выкрикнула это во время секса в нашу первую ночь с Лукасом.

— Иисус, ты когда-нибудь перестанешь мне это припоминать?

Его щеки тряслись от смеха, когда он сказал:

— Никогда.

Я тоже улыбнулась, когда пошла к окну, закрыла его и задернула шторы.

— Я правда люблю Париж, и ты это знаешь. Можем мы провести там пару дней, прежде чем поедем домой?

— Мы можем сделать все, что ты захочешь. — Он протянул мне бокал, полный золотистых пузырьков. — Ты хочешь Париж? Ты получишь Париж. Ты хочешь на пляж в Турцию? Ты получишь пляж в Турции. Ты хочешь проехать на верблюдах в Марокко? Ты получишь верблюдов в Марокко.

Я ухмыльнулась.

— Я хочу все это. Но слишком истощена от всей этой свадебной суеты, и поэтому не хочу большое путешествие. Париж с тобой — рай для меня.

— Тогда Париж.

— И давай делать то, что мы делали, когда познакомились.

— Ты имеешь в виду постоянный секс? Мне это подходит.

— Нет! Я имею в виду, да, конечно, но также посещать места, как Пер-Лашез или музей Родена. Ты снова будешь моим гидом, — сказала я счастливо, — а в моей голове будут грязные мысли о тебе.

— У меня тоже очень много грязных мыслишек о тебе, поверь мне.

— И вот почему нам так хорошо вместе, — я чокнулась с ним своим бокалом. — Муженек. — Мы выпили, пузырьки щекотали мой язык и горло.

— Муж. — Лукас покачал головой. — Я все еще не могу к этому привыкнуть.

— И я, — призналась я. — Но мне нравится говорить это. — Наши глаза встретились, между нами разгоралось желание. Мое платье ощущалось тяжелым и горячим. — Думаешь, здесь не будет слишком жарко с закрытым окном? — На вилле не было системы кондиционирования.

Лукас пожал плечами, поставил свой бокал и потянулся ко мне.

— Если будет, то мы снова его откроем. Мне плевать, кто нас услышит. — Он поцеловал меня, обнял за талию, его язык искал мой, холодный и покалывающий от шампанского. Когда поцелуй стал более возбуждающий и интенсивный, желание от него направилось прямо к моему лону, и потребность запульсировала у меня между ног.

— Хочешь помочь мне снять платье? — прошептала я. Поставив свой бокал на комод рядом с его, я отвернулась от него, чтобы он мог развязать шнуровку и расстегнуть крючки на нижней части моей спины. Он быстро сделал это и стянул лямки с моих плеч, поймав платье своими руками.

— Я люблю твою спину, — сказал он, целуя каждую лопатку, затем каждый позвонок, опускаясь ниже по моей спине. Мурашки появились на моих руках, а грудь изнывала от того, чтобы к ней прикоснулись. Лукас прижался ближе ко мне, и я могла ощущать, что он становится тверже, его эрекция упиралась в мой копчик. Я завела руку назад и потерла его через штаны, мое дыхание участилось, когда он стал толще и длиннее под моей ладонью.

Он мягко застонал:

— Нам лучше снять это платье. Еще минута, и я просто снова возьму тебя в нем. — Пригнувшись, он опустил платье, и я вышла из него. — Ты не надела нижнее белье? — сказал он в неверии.

Я улыбнулась ему.

— Нет, с тех пор как я встретила незнакомца на лестнице.

Он выпрямился, его голодные глаза путешествовали вверх и вниз по моему телу, от моих пяток до волос.

— Незнакомца, ха?

— В нем было что-то знакомое. Он очень хорошо знал мое тело. — Я подобралась ближе к нему, запустила свою руку ему между ног и прошептала в его ухо: — И его член был невероятен — такой большой и толстый. Он так жестко оттрахал меня у стены...

— Да? — голос Лукаса был тихим и хриплым. — Тебе нравится, когда тебя трахают жестко?

— Да. Жестко и глубоко. — Под моими руками я ощущала, как его член дернулся, и я подумала, что мне лучше повесить мое платье и переодеться в свое новое нижнее белье, прежде чем все выйдет из-под контроля. Я знала, как быстро Лукас может закипеть — и как быстро он может заставить меня сделать то же самое. — Я должна повесить платье, малыш. И затем мне нужно несколько минут, чтобы переодеться в твой сюрприз.

— Нет. — Он бросил платье на скамейку у подножья кровати и сгреб меня в охапку. — Больше никаких ожиданий.

— Что? Я думала, ты сказал, что я стою того, чтобы подождать, — протестовала я, пока он нес меня в кровать.

— Ты стоишь этого, любимая. И ты заслуживаешь мужчину, который будет ждать всю ночь. — Он бросил меня на кровать и навис надо мной. — Но я не тот мужчина.

Но у меня было белье для первой брачной ночи, я хотела поспорить, но когда его рот оказался у моей груди, и его пальцы скользнули между моих ног, я перестала думать о том, что хотела надеть и думала только о том, что хотела снять — например, все, что было надето на Лукасе.

— Видишь? — прошептал Лукас, легко скользнув в меня, сначала одним пальцем, а затем двумя. — Ты тоже не хочешь ждать. — Его язык кружил вокруг одного твердого, розового соска, прежде чем он взял его в свой рот и всосал.

Я застонала, изогнув спину и запустив пальцы в его волосы.

— Нет, я не хочу ждать. Я просто хочу... ох! — я ахнула, когда он укусил меня, но застонала в удовольствии, когда он провел по укусу своим теплым, влажным языком. — Я просто хотела, подарить тебе кое-что красивое, на что ты мог бы смотреть.

Он поднял голову.

— Нет ничего красивее, чем то, что сейчас напротив меня. Только ты, твоя кожа, твое тело. Каждый сантиметр тебя. — Он провел дорожку из поцелуев по моему животу и раздвинул мои бедра, заставляя мои внутренности дрожать. — Позволь мне попробовать тебя.

— Да. — Прошептала я, когда его язык коснулся моего лона. — Да, — я прошептала, когда он кружил по моему клитору, вызывая восхитительные ощущения. — Да, — я прошептала, когда он слегка щелкнул по нему языком, прежде чем всосал его в свой рот. — О боже, так хорошо. — Я держала свои руки в его волосах, удерживая его рот там, где я хотела; моя потребность увеличивалась с каждой прошедшей секундой. — Я люблю твой рот на мне, — сказала я, глядя на его кудрявые волосы между моих ног. — Я люблю, когда ты трахаешь меня своим языком. — Он застонал, толкнувшись бедрами в кровать.

— Лукас, я хочу тебя внутри. Сейчас. — Я сжала его волосы в своих руках и потянула его вверх. Я была на грани оргазма, но хотела подождать его.

Мои пальцы возились с пуговицами на его рубашке, и наконец расстегнули ее. Я потянула за нее, и он переместил свой вес на колени, чтобы сдернуть рубашку и бросить ее на пол. Его брюки и нижнее белье последовали за ней, и мгновение спустя его тело накрыло мое, и он скользнул в меня.

Когда я посмотрела на него, мое сердце забилось быстрее, я подумала о том, как мне повезло, что этот великолепный мужчина дал мне сегодня брачные клятвы. Да, свадьба была всем, о чем я мечтала, и все прошло идеально, но если я забуду вкус шампанского или звуки гитары или запах воздуха, мне будет все равно. Потому что у меня есть это, на всю жизнь. Чувство того, как я открылась ему, чувство наполненности им. Когда он двигался надо мной, его бедра вбивались в меня медленно, но глубоко, и я обернула ноги вокруг него и убрала его волосы с лица.

— Я люблю сегодняшний день. Но я хотела сбежать, ты знаешь. Все что я когда-либо хотела — прямо здесь.

— Я знаю. Но сегодняшний день сделал тебя счастливой. А видеть тебя счастливой — значит для меня все.

Я улыбнулась.

— Я полагаю, что у тебя сейчас есть все, потому что в данный момент я безумно счастлива.

— Так и есть, — прошептал он, раскачиваясь во мне в более ускоренном темпе. — Я у меня есть все — даже жена.

— О боже... я люблю... быть твоей женой. — Мои руки двинулись к его бокам, и я притянула его крепче к своему телу, приподнимая свои бедра, чтобы принять его глубже, почувствовать давление и сокращения там, где я нуждалась в этом. — Я люблю все... особенно... это. Особенно...