Но Лилиан не хотела испытывать влечение к новому герцогу, учитывая отвратительное прошлое, которое связывало их семьи. И уж, конечно, она не хотела, чтобы он находил её привлекательной. Его интерес означал, что Крэторн будет наблюдать за ней. Он мог бы даже начать добиваться её, и это бесспорно разрушило бы планы Лилиан на тихий обыск его дома без риска быть пойманной.

С этого момента она должна быть очень осторожной с ним.

Отогнав эти беспокойные мысли, девушка двинулась по коридору. Сейчас в доме царила тишина, в отличие от недавней суеты, когда гости прибывали шумным потоком. Выпив чаю, почти все женщины удалились в свои покои, чтобы распаковать вещи, подремать… и, вероятно, посплетничать об их красивом хозяине. Мужчины, скорее всего, пили портвейн, или что там обычно делают мужчины, когда оставляют дам, получив несколько столь редких мгновений покоя.

Это означало, что для Лилиан настало самое подходящее время, чтобы изучить расположение дома. Даже если её поймают за шпионажем, у неё было прекрасное и правдивое оправдание – Габби отдыхает, а она чувствовала себя слишком бодрой, чтобы прилечь, поэтому не хотела мешать подруге отдыхать. Пока она не даст повода для подозрений, никто и не будет сомневаться в её намерениях.

Спускаясь по длинной изгибающейся лестнице в холл, девушка осмотрелась вокруг. Трудно было выбрать среди множества дверей и коридоров. Но, наконец, Лилиан наугад выбрала дверь и тихонько приоткрыла её, опасаясь, вдруг в комнате были люди.

К счастью, комната оказалась пустой, но это была лишь гостиная, отделанная в цветочных мотивах. Бледно-розовая мебель, светлые занавески… Совершенно очевидно, что это комната для леди. Она поморщилась от приторной обстановки и снова закрыла дверь. Следующая комната тоже оказалась гостиной, а еще одна, залитая солнечными лучами, которая предназначалась для завтраков. Лилиан мысленно отмечала каждое помещение, в случае, если позже у неё появится шанс для более основательного поиска.

Девушка двинулась к следующей двери, намереваясь быстро заглянуть и пойти дальше, но когда она толкнула тяжелую деревянную дверь, от увиденного у неё перехватило дыхание. С благоговением оглядываясь, Лилиан невольно шагнула в комнату.

Библиотека! И самая прекрасная из всех, что она когда-либо видела. Высокие стеллажи из вишневого дерева тянулись к сводчатым потолкам. Они даже образовывали маленькую открытую галерею, предназначенную для того, чтобы можно было легко дотянуться до книг, расположенных в самом верху. А ещё для этой же цели к каждой секции была приставлена лестница на колесиках.

У задней стены располагался камин, в котором весело плясал огонь, освещая комнату и приглашая согреться. Перед камином стояло два кресла со столиком между ними. Одна часть стены полностью состояла из высоких и широких окон, отполированные до зеркального блеска стекла которых пропускали максимальное количество света для удобства чтения. А подоконник, обитый мягкой светло-зелёной тканью, так и манил её посидеть там и на следующие несколько часов погрузиться в книгу.

Лилиан вдруг поняла, что идет вдоль полок, скользя пальцами по переплетам, читая названия каждой книги от Шекспира и медицинских журналов до томов неизвестных авторов, о которых девушка даже не слышала. Но самое приятное было то, что книги, по всей видимости, читали, а не просто собрали здесь для вида. Кроме того, некоторые были явно зачитаны, поскольку их переплеты износились и потрескались от частого использования.

– Вы тоже поклонница Барда [1]?

Лилиан подскочила и, обернувшись, столкнулась лицом к лицу с обладателем голоса, который вырвал её из задумчивого состояния. Недалеко, небрежно прислонившись к дверному косяку, стоял хозяин дома, герцог Биллингем. У Лилиан перехватило дыхание от удивления. Еще не прошло и пятнадцати минут с тех пор, как она поклялась, что будет его избегать, и вот он здесь. И всё же её первой реакцией было не сожаление или досада, а нечто совсем иное. Девушка тут же спрятала это чувство подальше, когда Крэторн криво улыбнулся ей, приглашая разделить с ним его веселье.

Но она не стала этого делать. Вместо этого Лилиан отошла от книжной полки и скромно сложила перед собой руки.

– Я – англичанка. Разве даже закон не требует быть почитателем Шекспира, ваша светлость? – спросила она.

Девушка тотчас же пожалела о своих словах, когда кривая усмешка герцога переросла в широкую улыбку, а в его нефритовых глазах заплясали смешинки. От этого у неё замерло сердце. Проклятье, она развеселила его! Неправильно так вести себя с ним, если она хочет, чтобы герцог не замечал её и забыл о ней.

– Возможно, этот закон написан в книгах. – Размышляя над её словами, он шагнул к ней. – Если его там нет, я предложу подобный на рассмотрение Палате Лордов, когда мы соберемся через пару недель. Уверен, что все партии окажут ему большую поддержку.

У Лилиан на языке вертелся остроумный ответ, но она заставила себя проглотить его. Не в её интересах вести с ним игривую перепалку, как бы заманчиво это не выглядело.


– Я не хотела помешать вам, – сказала девушка, решительно избегая пристального взгляда Саймона, как будто она совершенно им не интересовалась. – Моя подруга, леди Габриэла решила отдохнуть, но я чувствовала себя слишком бодрой, чтобы последовать ее примеру.

– Понятно, – сказал он с довольным вздохом и огляделся. – Ну, если в этом доме и есть какая-нибудь комната, чтобы успокоить вас, то это библиотека. Она долгое время была моим любимым местом, где я мог собраться с мыслями.

Лилиан в течение долгого напряженного мгновения пристально смотрела на стоявшего перед ней мужчину. Если бы не существовало связи между их семьями, она позволила бы себе признать, что он очень привлекателен. И особенно в физическом плане, потому что никто не мог бы отрицать тот факт, что Саймон Крэторн являлся прекрасным представителем своего пола.

Но кроме этого, в нем было и нечто большее. Уже после нескольких мгновений проведенных с ним, она поняла, насколько он умен. И очевидно, хорошо начитан, что всегда импонировало ей. Не говоря уже о том, что всякий раз, когда Крэторн улыбался, она не могла отвести взгляд от его губ. И это намного сильнее действовало на Лилиан, заставляя ее дрожать и угрожая ее спокойствию.

Девушка с усилием стряхнула с себя странное наваждение от того эффекта, который он на неё производил.

– Но вы пришли сюда, чтобы побыть наедине, ваша светлость. Я не хотела бы мешать вам.

Она шагнула было к двери, но он быстро и внезапно преградил ей дорогу. Так же, как и тогда, когда несколько часов назад он взял ее за руку, Лилиан с трудом сглотнула и посмотрела на него. На его очень красивое, очень дружелюбное лицо.

– Я пришел сюда не потому, что хотел побыть один, – мягко сказал он. – Я зашел, потому что дверь была приоткрыта. И я не просил вас уйти, мисс Мэйхью.

Лилиан моргнула. Тот факт, что он помнил её имя после сегодняшнего знакомства со многими леди, только усложнял проблему: очевидно же, что она стала для него легко запоминающейся. И если она, как пришпоренная, выскочит из комнаты, намереваясь сбежать от него, герцог тогда её точно не забудет.

И хотя это было ей не свойственно, Лилиан должна стать ужасно скучной.

– Ну, книги могут быть такими пыльными, вы не находите? – спросила она, усердно пытаясь не бросать тоскливые взгляды на возвышающиеся полки. Может быть, у неё никогда больше не будет шанса исследовать эту удивительную комнату, и девушке было больно от того, что придется покинуть это место.

При виде её очевидного отвращения к книгам его улыбка пропала. Лилиан чуть было не выдала себя вздохом облегчения. Если повезёт, он подумает, что она непроходимо глупа, и на этом всё закончится. Но вместо этого герцог пожал плечами.

– О, ну что ж, если вы чувствуете себя неуютно в этой комнате, тогда пойдемте, я проведу для вас большую экскурсию по остальной части дома. Уверен, что мы сможем найти, по крайней мере, одну комнату, которая вам понравится.

Крэторн протянул ей согнутую руку, и девушка уставилась на неё. У него была очень красивая рука. Даже через камзол Лилиан могла увидеть очертание мускулов. Почему он не мог быть дряблым, ленивым и непривлекательным?

– Мисс Мэйхью?

Она моргнула и, взглянув на него, обнаружила, что Саймон смотрит на неё с легкой улыбкой, приподняв уголки своих красивых губ. Он всё еще протягивал руку, и Лилиан, наконец, взяла её, отчаянно пытаясь не замечать искру, пронзившую её, когда она прикоснулась к нему.

Они неторопливым шагом вместе вышли в коридор так, словно у Саймона не было никаких более важных дел, чем показывать ей свой дом. Конечно же, так не должно быть. В конце концов, он герцог. У него есть множество обязанностей, тогда почему он так сосредоточен на ней?

– Я так понимаю, что вы и леди Габриэла – очень хорошие друзья, – заметил Саймон, жестом указывая ей на прекрасную комнату с фортепьяно, стоящим у большого окна, из которого открывался вид на холмистую местность поместья.

У Лилиан чуть не перехватило дыхание от восторга. Какой бы ни была эта семья, вкус у них был отменный. Фортепьяно было красивым и, очевидно, о нем хорошо заботились, потому что черная поверхность сияла должным образом. Возможно, позже Габби могла бы сыграть на этом инструменте. Подруга была поразительно талантлива.

– Габби моя самая лучшая подруга, – пояснила девушка, когда они вышли из комнаты и продолжили свое путешествие, идя по коридору. – Она почти ровесница моего младшего брата, но наши матери некогда дружили, так что мы знаем друг друга почти всю жизнь. Мы стали близки, несмотря на разницу в возрасте.

Он чуть откинул назад голову, прищелкнув языком:

– Ай, мисс Мэйхью. Между вами не может быть такой уж большой разницы в возрасте, чтобы об этом упоминать! Вы не намного старше своей подруги.