— Алло, это…

— Глори! — воскликнула, сразу вспомнив, Андреа. — Вы Глори, помощник Джека!

— Ой! — Глори послушала несколько секунд и положила трубку.

За это время Андреа успела подойти к столу.

— Если здесь вы, значит, он… — Она задохнулась от гнева.

— Не нервничайте, дорогуша. Джек…

— Он лжец!

— Да.

— Обманщик!

— Положим…

— Мерзкий доносчик!

Глори упёрлась ладонями в стол и приподняла своё тело.

— Но он порядочный мальчик по своему нутру.

— Что?!

— К чему так кричать? Садитесь.

Андреа осталась стоять, все тело её было напряжено.

— Не стану я садиться!

Глори обошла стол и усадила Андреа на стул, уронив при этом её кардиган и сумку на пол. Тяжёлая рука Глори на плече Андреа не позволяла ей подняться.

— Выслушайте меня. Джек иногда встревает туда, куда не хотел бы. Но он старается поступать по совести… если его не разозлят.

Андреа почувствовала приступ гнева.

— Вы знаете, что он сделал мне?

— Наверное, вы раньше сами ему что-то сделали?

— Ну… — Андреа отвела глаза. — Он лгал мне все время. Даже тогда, когда мы обсуждали, как отвязаться от моего шпиона.

— Мне не сразу удалось выудить у него всю эту историю, но, кажется, началось все тогда, когда он спас тебя в самолёте, хотя ему не надо было совать в это свой нос.

— Но это было бы неправильно, — возмутилась Андреа.

Глори наставила палец ей в лицо.

— Вот видишь, ты же ожидаешь от Джека правильных вещей. Он поступил так автоматически.

— Ах, я не знаю, что и думать! Я только хочу, чтобы он сейчас был здесь!

— Послушай, дорогуша. Ну почему бы тебе не отправиться домой и не лечь спать? Я и сама собираюсь сейчас уходить.

— Вы тоже обманщица! Вы хотите остаться здесь и дождаться его!

Глори высокомерно фыркнула.

— Не твоё дело, что я собираюсь делать! У меня есть на это право.

Андреа быстро прикинула в уме.

— Я дам вам пятьдесят долларов, если из офиса уйдёте вы.

— Гм… Ну давай посмотрим на твои пятьдесят долларов. — Глори раскрыла ладонь и пошевелила пальцами.

Андреа полезла в сумку, извлекла бумажник и стала в нем шарить. Там были пятёрки, одна двадцатка… Когда она наконец привыкнет к своему новому положению и будет помнить, что у неё теперь нет денег Корбина, которые можно транжирить? У неё не набиралось пятидесяти! Чувствуя себя весьма неловко в платье от Шанель, Андреа стала отсчитывать доллары, выкладывая их на ладонь Глори.

— Двадцать, двадцать пять, двадцать шесть, двадцать семь, тридцать два, тридцать три…

На этой сумме Глори смущённо её остановила:

— Достаточно. Остальное будешь мне должна.

— Ну спасибо.

Глори сложила купюры и сунула их себе за лифчик.

— Никогда не знаешь, что за тип встретится тебе на улице.

— Это верно, — согласилась Андреа.


* * *

Джек подошёл к своему офису в одиннадцать вечера. Он приготовил ключ, однако ключ не понадобился. Входная дверь была незапертая.

— Глори! Ты знаешь, что в это время офис должен быть закрыт!

Ответа не последовало.

Внезапно Джек ощутил страх. Казалось, все было в порядке, негромко работало радио, рассказывая о бейсбольном матче, на столе Глори горела лампа и стояла банка бобов.

Однако стул был пуст.

Где же она?

Дверь в другую комнату была приоткрыта, однако света там не было. Джек подкрался к двери и толкнул её плечом.

Сноп лунного света из окна падал на его стол. Его рабочее кресло было обращено к окну, и на нем кто-то сидел. Глори любила его удобное кресло, иногда в нем засыпала. Лёгким движением Джек схватился за подлокотники и повернул кресло к себе.

Перед ним сидела Андреа, глаза которой метали молнии.

Ошеломлённый Джек только и смог еле слышно произнести:

— Будь я проклят…

— Если Бог существует, то так оно и будет.

Глава 8

— Андреа…

Джек отступил на шаг, не находя в смятении слов, что было для него весьма нехарактерно. Но сегодня у него был чертовский трудный день в атлетическом клубе.

Андреа медленно поднялась. В комнате было тихо, если не считать долетавшего с улицы шума транспорта да приглушённого звука радио в соседней комнате. Джек стоял прямо и, казалось, был парализован той энергией, которая его овевала.

Она разыскала его.

Это должно было случиться.

Он собирался ей все рассказать.

Она придвинулась к нему. Совсем близко.

Дорогие духи щекотали ему ноздри. Он ожидал её реакции. И это случилось. Её левая рука поднялась и залепила ему пощёчину. Это потрясло его даже больше, чем она ожидала.

— Ты выглядишь удивлённым, Джек.

— Я совсем забыл. Инстинктивно ожидал удара справа.

— А я так хотела тебе верить!

— Я знаю, — спокойно сказал он.

— И ты вселял в меня надежду.

— До определённого предела. Я говорил тебе, чтобы ты никому не верила.

— Откуда мне было знать, что и ты входишь в это число?

— Это так и одновременно не так. Я…

— Перестань! — Андреа стала ходить по комнате, её тело, обтянутое белым открытым платьем, плавно изгибалось, чёрные блестящие волосы струились по обнажённым плечам. — Тебе больше не удастся делать из меня дурочку!

Это было так далеко от его планов — в его намерения входило сделать ей лучше. И ещё никогда подобное желание не было столь сильным. Он ощущал излучаемую ею энергию и чувствовал, как его плоть в брюках увеличивается. Он отчаянно хотел её. Что за нелепая ситуация! Он вдруг рассердился и хриплым голосом проговорил:

— Ты не должна была приходить сюда.

Она резко повернулась к нему.

— Ну да, как же — я поломала тебе всю игру, бесстыжий негодяй! Все это время ты вторгался в мою личную жизнь, доносил о каждом моем шаге — за деньги!

— Таким способом я добываю себе на жизнь. Изучение маркетинга — это всего лишь крыша на случай, если есть опасность, что меня разоблачат.

— Ты был моим героем, Джек! — горестно выкрикнула Андреа. — Ты должен был защищать меня!

Опасные голубые огоньки заплясали в его глазах. Он шагнул к ней.

— Я говорил тебе, что делать с Корбином, но ты меня не послушала.

Андреа вдруг почувствовала, что прижата к столу. Однако она была слишком возбуждена, чтобы испугаться.

— Ну да, ты был весь напичкан ценными советами.

— А это что? Ты называешь этот клочок материи платьем? — Он потянул за мягкую ткань, и его рука оказалась между её приподнятых лифом грудей. — Ты оделась таким образом, зная, что увидишь именно меня?

Её подбородок задрожал.

— Нет.

— Тогда какую цель ты преследовала?

— Подумай сам, мистер исследователь маркетинга.

— А что, если бы на моем месте оказался тот пьянчуга с самолёта? Что бы он сделал, увидев тебя в этой дорогостоящей и ничего не скрывающей тряпице?

— Может, облапил бы меня так, как ты?

Джек медленно покачал головой, отчего волосы упали ему на лоб. На его лице появилась сдержанная улыбка.

Андреа с подозрением посмотрела на него:

— Я уже целых два часа тебя ненавижу.

— Ты только пыталась.

— И преуспела в этом.

— Посмотрим. — Свободная рука Джека легла ей на спину, он притянул Андреа к себе и заглушил её протесты долгим поцелуем. Его язык проник в глубину её рта. Его страсть оказалась заразительной. Несмотря на гнев, она ответила ему столь же неистово.

Джек знал, что подобный напор способен остановить все разговоры. Но он ни в коем случае не хотел потерять её. Он позже скажет ей, что нуждается в ней даже больше, чем она нуждается в нем. Ему невыносимо видеть, как сталкиваются их интересы.

Обычно бойкий и разговорчивый, Джек испытывал затруднения, когда требовалось раскрыть свои подлинные чувства людям, которых он любил. За всю жизнь таких людей ему довелось встретить очень немного.

Его беспокоил тот факт, что Андреа пришла в столь открытом платье, чтобы встретиться в столь неуютной части города с сыщиком, который способен на все. Почему она решилась на это?

И вдруг к нему пришло осознание простой и пронзительной истины: Андреа пришла сюда, чтобы отвести удар от него. Защитить беззащитного бизнесмена. Именно об этом она беспокоилась во время их последней беседы. Она боялась, что Корбин каким-то образом узнает о нем, Джеке.

И несмотря на его предупреждения и её заверения, она отправилась к этой ищейке.

Никто, кроме Глори, никогда раньше о нем не беспокоился.

Эта мысль придала новый импульс действиям Джека, и Андреа смогла это почувствовать. Он стал откровенно сдёргивать с неё платье, не обращая внимания на наличие молнии сзади. Андреа ощутила, как её элегантное платье спустилось до талии, задержавшись на бёдрах. Обняв её, Джек приник ртом к её грудям.

Сладостно заныло в нижней части живота. Андреа стала изгибаться, чувствуя, как жар охватывает все её тело. Его рука сдёрнула платье, и оно упало на пол. Настала очередь шёлковых трусиков.

Она не оказывала сопротивления. Более того, она стала расстёгивать Джеку ремень и брюки. Задержав дыхание, Андреа высвободила из плавок его восставший пенис.

— Ах, моя сладкая. — Шёпот над её ухом был жаркий и искренний. — Верь мне и впредь. Пожалуйста.

Оперевшись руками и попкой о край стола, она подставила ему себя и вскрикнула от наслаждения, когда его ладонь накрыла, а затем нежно сжала пухлый густоволосый лобок. Поласкав его некоторое время, Джек осторожно положил Андреа на полированную столешницу, которая оставалась свободной после того, как Глори погладила ему вещи. Он приподнял и развёл Андреа колени и опустил между ними лицо, целуя внутреннюю сторону атласных бёдер, пощипывая губами влажные складки и шелковистые колечки волос и вдыхая её мускусный аромат. Это было настоящим блаженством — исследовать милые женские тайны, и Джек не мог сказать, как долго это длилось.