Ночь прошла – последствия остались

Лолита

Наверное, связаться с Лизой было плохой идеей, поскольку она вполне может стать свидетельницей моего позора. А завтра об этом будут знать все наши знакомые, все значимые люди богатого общества, вокруг которых заострена моя жизнь. К счастью, или к сожалению, но для меня нет ничего важнее, чем мнение тех, кто имеет влияние здесь, в никогда не спящем городе.

- Что ты здесь делаешь? – процеживаю сквозь зубы достаточно тихо – меня определенно не слышно за соседним столом, но двоюродная сестра, могу поспорить, улавливает каждое мое слово.

Запоминает жестикуляцию, мимику, минуту моей слабости, волнения. Потом она использует это как оружие против меня самой. И даже подозревая о будущих проблемах, я не могу остановиться, не могу молчать. Почему эта жалкая прислуга здесь? Он следил за мной? Разве это возможно? Но буквально пару часов назад мы оба были в его квартире, а сейчас - в одном ресторане, но лишь один в качестве гостя. Снова.

Герман явно напрягся. Он растерялся. Переводит взгляд с меня на сестру. Та вслушивается, наверное, даже в мое взволнованное дыхание.

- Ты за мной, следишь, что ли?

Парень стоит, как вкопанный, однако молчит. Ни слова не сказал.

- Отвечай! Следишь?

Теперь уже и другие гости «Варшавы» поворачивают в мою сторону свои любопытные головы.

- Потише, потише… - говорит, наклоняясь, Лиза. – Ты что творишь? Хочешь к себе внимание привлечь?

Герман так ничего и не ответил. Я ему готова череп проломить. Сама понимаю, что основная вина на мне, что нужно быть сдержанней, умней, но не хочется… Всю ответственность за произошедшее сваливаю на официанта. У того глаза огромные – а ведь какие роскошные у него глаза…

- Нет, - наконец, медленно выговаривает парень. – Конечно, не следил. После того… как мы расстались, я не знал, куда ты пошла, ты ведь не оставила номер телефона, или…

Замолчи! Замолчи! Замолчи! У меня внутри кричит даже печень, что Герману стоит заткнуться сейчас же. Лиза ахает, она театрально прижимает ладони ко рту, счастливых искорок в ее взгляде не скрыть. Можно понять, о чем думает эта рыжая идиотка.

- ЭТО твой новый друг? – говорит сестра, указывая большим пальцем на официанта, стоящего перед нами.

Герман смотрит на палец Лизы так, словно хочет его сломать. Но сдерживается, что хорошо для него. Лиза произнесла первое слово в своем предложении («ЭТО») так, будто Гера прокаженный, а не просто человек из отнюдь не высшего света.

- Нет, мы не друзья, - встревает Герман, - просто Лола провела ночь в моей квартире в Лобне.

Мне кажется, сестра упадет со стула. Она не просто шокирована, она, возможно, завопит от радости поделиться сенсационными сплетнями с подружками за чашкой мокко.

- Ты только подумай, - бормочет она, глядя мне в глаза, ни разу даже не моргнув.

- Я не спала с ним! – первое, что приходит мне в голову, выпаливаю я.

Лиза разражается смехом, и теперь большинство людей в зале наблюдают за нашей компанией.

- Не спала! – кричу громче, как будто так заставлю сестру перестать ржать.

Даже не верится, что мы с ней связаны родственными узами. В этот раз Герман молчит, он не пытается ее уверить в том же, что и я. Его роль выполнена. Теперь он может коварно и победоносно ухмыляться мне, собственно, что он и делает.

- Идиот! – взмахиваю руками, вставая с места, чтобы побежать вслед за Лизой, которая направляется к своей машине, продолжая хохотать, как полная дура.

Прежде чем выйти и ресторана, я разворачиваюсь и показываю Герману средние пальцы обеих рук.

- Надеюсь, тебя уволят! – ору я в отчаянии. – И из «Моны» тоже!

Каблуки стучат об асфальт, пока я бегу, что есть силы к автомобилю, в который уже садится Лиза. На парковке несколько зевак с интересом на меня глядят.

- Подожди, - прошу ее, выдохшись. Придерживаю дверь, не давая сестре ее закрыть, как только она залезает на заднее сидение стильного авто. – Пожалуйста, подожди! – говорю громче, и она, наконец, поднимает на меня свои коровьи глаза.

Мы несколько минут просто смотрим друг на друга: я на нее - со страхом, она на меня – с вызовом и жалостью. Знаю, что вызвала у нее отвращение к себе. Костяшки пальцев у меня побелели, сами пальцы болят от того, что я намертво ухватилась за ручку.

- Пожалуйста, - с чувством начинаю, - пожалуйста, Лиза, умоляю тебя, никому не рассказывай! Никому не рассказывай! Я клянусь тебе, ничего не было.

- Если ничего не было, чего же ты боишься? – медленным уверенным тоном отвечает та.

Конечно, в ее руках преимущество надо мной.

- Я боюсь того, что никто мне не поверит. – Вздохнув, качаю головой. – Я была пьяна, понимаешь? Сильно пьяна. Герман предложил остаться ночью у него, а утром отправиться домой.

Лиза хмыкает:

- А на такси почему не поехала?

Стыдно говорить правду. Очень стыдно. Но еще хуже то, что она думает о моей связи с этим мальчишкой.

- Денег не было! – выкрикиваю я так, что водитель подскакивает на месте. – Довольна? Да, вот так я теперь живу, никто больше меня обеспечивает, отец деньги обещал не присылать, карточки заблокировал. Сказал, что пора становиться самостоятельной, пора работу найти.

Лиза, по всей видимости, устала меня слушать. Она отцепляет мою руку от дверцы автомобиля, хоть я и пытаюсь этому помешать, и после велит Артему уезжать. А когда машина дает задний ход, я быстро отхожу назад. Окно со стороны Лизы опускается. Последнее, что я вижу, прежде чем «Ауди» выезжает с парковки, это то, как улыбается мне сестра – победоносно. Я всегда была лучше нее, а сейчас упала в ее глазах. Чуть ли не на коленях у нее стояла. Я.

Не могу поверить, что теперь это – моя жизнь.

***

Знакомый шлагбаум в бело-красную полоску встречает меня у входа в бутик-отель. На ровном асфальте передо мной стоят трое высоких охранников – все темнокожие брюнеты из ближнего зарубежья. Пропускают меня, как гостью, но один из них, видно, самый старший, что-то проговаривает в свою рацию. Потратила три сотни из последней тысячи, чтобы добраться сюда, дабы испортить жизнь одному выскочке. Все-таки ненависть к «мелкородью» у меня в крови.

По гравийной дорожке навстречу мне бежит девушка со стрижкой каре, в черных обтягивающих брюках, белой рубашке и сиреневым платочком, обвязанным вокруг шеи.

- Добрый день, - звучит ее мелодичный голос, когда она останавливается возле меня. – Могу вам чем-то помочь? – На бейдже я вычитываю, что ее зовут Маргарита, и она работает менеджером здесь, что вполне предсказуемо. – Проводить вас в наш ресторан, или вы хотите заказать банкет?

Снисходительно ей улыбаюсь. Вот наивная.

- Ни то, ни другое, - говорю я, продолжая идти вперед к зданию, где, как уже знаю, находится ресепшен. – Хочу пожаловаться на банкет.

Волнительное дыхание девушки, вызванное быстрой ходьбой с целью меня догнать, прерывается. И если бы не ее настойчивые шаги позади, я могла бы предположить, что она уже упала в обморок.

- К-конечно, вы в п-раве, - заикаясь, произносит Маргарита. – К-конечно.

Она, возможно, курировала свадьбу Амины и Кости. А, может, и нет. Но в любом случае, Марго занимается мероприятиями, проходящими в «Моне», а значит, она переживает, что я какая-то гостья, не довольная банкетом, проведенным непосредственно ею.

- А ч-что было не так? – наконец, решается менеджер на вопрос, когда мы достигаем центральных дверей.

Я бросаю взгляд на деревья невдалеке: с ветвей свисают искусственные белые ангелочки. Смотрится очень гармонично.

- Один ваш официант испортил праздник, - почти незамедлительно отвечаю я. – Знаете, грубил, хамил, рассказывал коллеге, неуместные в тот момент, анекдоты, а тогда, между прочим, жених с невестой исполняли свой первый свадебный танец.

Заканчиваю свою речь, и Маргарита тяжело сглатывает, оглядываясь на стеклянные двери, обрамленные коричневой рамой. Я уже поворачиваюсь, делая шаг в их направлении, как менеджер ловит меня за руку. Она ловит мой взгляд, и, спохватившись, отпускает меня, принимаясь заламывать себе пальцы.

- А какого числа, говорите, состоялся банкет?

Я еще ни-че-го по этому поводу не говорила. Но, улыбнувшись снова, моргаю и выдаю:

- А вспоминать даже не нужно. Позавчера это было. Во-о-он в том зале, - пальцем показываю на здание напротив, скрывающееся за деревьями и большой вырезанной из дерева шишкой.

- Балл Рум, - шепчет Марго про себя, заливаясь румянцем. – Вот блин.

Она опустила глаза вниз, задумавшись. А я твердо решила, что мне нужно пообщаться с главным администратором. Но Марго вновь останавливает меня – в этот раз словесно, не давая пройти к заветной двери.

За нею гости пьют кофе, сидя, по виду, на весьма комфортных диванах фиолетового цвета. Листают журналы, общаются, расплачиваются с официантами, принесшими гостям чековые книжки.

- Это я ответственна за мероприятие в субботу… - она замолкает, приоткрыв рот. – Как мне к вам обращаться?

- Лолита, - коротко отвечаю я.

- Лолита… мы приносим свои извинения…

Прерываю ее на полуслове:

- Мы – это кто?

- Я говорю, от имени всего персонала нашего отеля… Мы просим прощения, если что-то было не так.

- А я говорю от имени нашего стола! Мы остались недовольны, я хочу поговорить с тем, кто сможет мне помочь решить проблему.

Маргарита поджимает губы, потом быстро хватается за момент, открывает передо мной массивную дверь, приглашая внутрь.

- Давайте пройдем, присядем, я закажу вам чаю, или кофе, и мы обо всем поговорим более подробно.

Скривившись, показывая себя более внушительной, чем являюсь, я все-таки принимаю ее предложение. В частности, потому что в кармане у меня осталось всего семьсот рублей, нужно искать работу, желательно, ту, где платят сразу, или хотя бы в течение недели. Не знаю, реально ли это в Москве. Но мне этого делать отнюдь не хочется, так не лучше ли убить время за порчей жизни кому-то другому?