— Давай кушать.

Занявшись завтраком, Сьюзен как-то забыла о рисунке. Приготовила тосты с сахарной пудрой и горячий шоколад. Потом позвонила Линде, и они договорились провести день на воздухе.


— Привет, брат. Что случилось? — Гретхен оторвала взгляд от бумаг и сдвинула очки на макушку. — Рано закончил работу?

— Да что-то не работается. — Грант опустился в кресло напротив. — Вот я и подумал, может, съездишь со мной куда-нибудь поесть? Вернешь мне равновесие разумным материнским подходом?

— Да, он действует на детей, но тебе вряд ли поможет. — Она ехидно улыбнулась. — Может, тебе не хватает клетчатки в рационе?

— Сказать такое может только человек, у которого вместо мозгов клетчатка. Серьезно, Гретхен. Мне кажется, я теряю разум.

— Тебе, пожалуй, без него было бы лучше, — съязвила она.

Грант метнул на нее злой взгляд, запустил пальцы в волосы и тяжело вздохнул.

— Что, проблема с женским полом? — спросила Гретхен. — Так расскажи, облегчи душу.

— Я приехал, чтобы ты успокоила меня, а ты нервируешь, — сказал он, усмехнувшись. — Мне сейчас нужны материнские, а не врачебные советы.

— Как тебе будет угодно. — Гретхен вдруг щелкнула пальцами. — Постой, у меня есть что-то для тебя, это, возможно, тебя развеселит. Вот, принес один мальчуган.

Гретхен протянула ему помятый листок, который извлек утром из своей курточки Джейми. Гретхен хотела расспросить Сьюзен, что это за художественное произведение, но та быстро ушла. А Джейми только твердил: «Для Гранта».

Грант внимательно вгляделся в яркие каракули. На его красивом лице появилось озадаченное выражение.

— Грант!

Он поднял глаза.

— Джейми еще здесь?

— Кэсси повела его в ванную. У нас сегодня был пудинговый день искусства. Кэсси хочет отмыть его до прихода матери.

— Разумно. А то его мама начинает нервничать, если не соблюдается порядок, — насмешливо сказал Грант.

Гретхен взглянула на него с любопытством.

— Я все-таки не понимаю, почему мы так расходимся во взглядах на мать Джейми! — Стукнула входная дверь. — А вот как раз и она!

Грант хотел было пониже опуститься в кресле, но Гретхен ухватила его за воротник и выставила из кабинета. В этот момент вернулся из ванной Джейми. Щеки у него были ярко-розовые.

Гретхен отпустила Кэсси, потушила в кабинете свет и заперла дверь. Ни Грант, ни Сьюзен не успели опомниться, как она сунула в руку Гранта ключи и сказала:

— Я убегаю. Опаздываю на встречу. Запри, когда все уйдут, ладно?

Грант не сумел даже возразить, а Гретхен, уже в дверях, крикнула:

— Не спешите! Это прекрасное место для беседы. Спокойное. Безлюдное. С кучей игрушек для Джейми. — И Гретхен закрыла за собой дверь, оставив их одних.

— Похоже, мы попали в ловушку, — пробормотал Грант. — Пора бы мне научиться распознавать, когда Гретхен что-нибудь замышляет.

— Ничего. Она оказала услугу мне, — тихо сказала Сьюзен, наблюдая, как Джейми нырнул в ящик с разноцветными шарами разных размеров.

Грант устремил на нее вопрошающий взгляд.

— Я искала повод, чтобы извиниться перед тобой, — пояснила она.

— Если ты говоришь об этом дурацком заявлении, то оно ничего не изменило, — ответил Грант.

— Не только о заявлении. И о... многом другом. Я не доверяла тебе. Осуждала. Не понимала.

— А сейчас?

Грант в сомнении поднял брови. Умные женщины не делают резких поворотов просто так.

— Стараюсь разобраться во всем. Мне стало кое-что известно от Гретхен. Теперь я знаю, почему ты работаешь для адвокатуры общества защиты отцовских прав.

— И что же, одобряешь? — не веря тому, что слышит, спросил Грант.

— Я предвзято и как-то однобоко считала, что только женщина должным образом может позаботиться о своем ребенке. Во мне говорил мой горький опыт, а не трезвый ум. Прости меня.

— Принимаю твое извинение. Я сталкиваюсь со множеством несчастных людей, Сьюзен. И всегда вижу, когда человек страдает.

Сьюзен смотрела на Гранта совсем другими глазами.

— Спасибо. Это поможет мне объяснить и все остальное.

— А что, есть и еще что-то? — озабоченно спросил Грант.

— Хочу объяснить, почему я подписала это глупое заявление, что меня разозлило.

Грант взял ее за локоть и подвел к маленькому стульчику.

— Сядь. Это, наверное, займет много времени.

Сьюзен выложила все. Рассказала о непутевом муже Линды, о том, какая она прекрасная мать, о ее страхе потерять детей и о том, как она сама была возмущена тем, что Грант решил защищать такого человека.

Грант спокойно слушал. А когда Сьюзен закончила, нахмурился.

— Как жаль, что ты не рассказала мне этого раньше. Для всех нас было бы проще.

— Ты не взялся бы тогда за дело Джонатана?

— Я мог бы передать его кому-нибудь другому. Джонатан имеет право на юридическую помощь, так же как и Линда. Но адвокатом мог стать не обязательно я.

— Ну так кто-то другой будет давать ему советы.

— Он имеет на это право, независимо от того, одобряем мы или нет его точку зрения, — беспристрастно пояснил Грант. — Я уже давно решил, что Блейкам нужен посредник, который разобрался бы в их разногласиях. И как раз сегодня я свел их с таким человеком. Если они оба согласны с ним поработать, я надеюсь, что они смогут прийти к разумному соглашению. Это все, что я могу пока сказать. Остальное — конфиденциальные сведения.

— Спасибо, что рассказал мне об этом. Линда — моя близкая подруга.

— Если дела пойдут как надо, и у нее, и у детей все будет в порядке. — Грант взял Сьюзен за руку. — Не понимаю, почему ты так плохо всегда обо мне думала. Очевидно, виной тому — твой прошлый неудачный брак, а не мои поступки. Но, заверяю тебя, я делаю все, что в моих силах, чтобы не дать семьям распасться.

Сьюзен чувствовала, что если не уйдет, то расплачется. Ей так необходимо было услышать эти искренние слова Гранта! Они обрадовали ее, но умиротворения не принесли. Разговор с Грантом вызвал в ней бурю эмоций и желаний, с которыми, ей казалось, она распростилась навеки.

Грант поглаживал ее руку, и Сьюзен вдруг с ошеломляющей ясностью поняла, что этому мужчине можно по-настоящему доверять. Недаром она его полюбила. По телу ее пробежала нервная дрожь.

— Сьюзен, что с тобой? — обеспокоенно спросил Грант.

— А? Не знаю.

Не находя себе места, Сьюзен подошла к Джейми:

— Поедем, дорогой. У мамы много дел.

— Нет! — Джейми сердито взглянул на мать. В обеих руках он держал по шару.

— Положи шарики на место. Мне... нам надо ехать. — Сьюзен разогнула его пухлые пальчики, вынула шарики и подняла Джейми на руки.

Он кричал, будто его резали на куски. И вдруг резко наклонился и протянул руки к Гранту. Сьюзен потеряла равновесие и упала бы, если бы Грант не подхватил их обоих. Он осторожно высвободил Джейми из ее рук.

— Я так соскучился по нему, — прошептал Грант, прижавшись губами к кудрявым волосам мальчика.

Джейми успокоенно вздохнул и прильнул к Гранту. И не было ему дела, от какого там кутюрье одежда и галстук Гранта, стоившие больше, чем их с матерью недельное пропитание.

Грант перевел взгляд на Сьюзен.

— И по тебе соскучился, — добавил он.

У Сьюзен дрожали губы. Она едва сдерживала слезы.

— Ну вот, мы тут, — беспомощно вымолвила она.

— Мне так не хватает наших утренних встреч, когда ты привозила Джейми. Он был такой свеженький, чистенький, немного сонный. А ты — подтянутая, бодрая, готовая бросить вызов всему миру. — Грант грустно улыбнулся. — А потом я с нетерпением ждал тебя вечером. Это были последние минуты моего рабочего дня. Общение с детьми, кажется, изменило меня. — Грант с улыбкой посмотрел на Джейми, который теребил его дорогой галстук.

Зажав в руке край шелковой ткани, Джейми с серьезным видом вглядывался в лицо Гранта. Потом вдруг отпустил галстук и обхватил руками его лицо.

— Ты мой папа? — озабоченно спросил он.

У Сьюзен от изумления перехватило дыхание.

— Гретхен рассказывала, что последние дни они много говорили о мамах и папах, потому что у одного из детей появился братик, — пояснил Грант. — И Джейми, наверное, задумался, есть ли у него отец.

— Понятно, — пролепетала Сьюзен. — Прости, что он...

— Простить? За что? Я бы хотел, чтобы Джейми называл меня папой. — Синие глаза Гранта смотрели ей в лицо.

— Хотел бы?

— Да. До знакомства с вами обоими я даже не предполагал, что могу сказать такое. А сейчас мне хотелось бы стать отцом.

— Ты будешь хорошим отцом, — взволнованно сказала Сьюзен.

— Ты так считаешь?

Она только кивнула.

— Хорошо. Тогда я сделаю вот что.

Он поставил Джейми на пол и опустился на одно колено. Джейми, подражая ему, сделал то же самое и потянулся к левой руке матери, в то время как Грант взял ее правую руку.

— Сьюзен, ты выйдешь за меня замуж?

Она затаила дыхание, опасаясь, что если что-то скажет, то обнаружит, что это был только сон. У ее ног на коленях, с любовью глядя ей в лицо, стояли два самых дорогих ей человека.

Грант взглянул на Джейми и сказал:

— Я цинично относился к браку до тех пор, пока этот мальчуган и его мама не пленили мое сердце.

Он снова перевел взгляд на Сьюзен.

— Насмешка судьбы, не правда ли? Я нашел то, что искал всю жизнь, в таком месте, где меньше всего ожидал, — в яслях моей сестры. Я люблю тебя, Сьюзен, и люблю твоего сына.

Сьюзен казалось, что сердце у нее разорвется от счастья. Может ли быть что-то прекраснее?


Оказалось, что может. Сьюзен поняла это в день своей свадьбы. Жизнь с Грантом сулила один головокружительный сюрприз за другим.