— Да, — поменяв тон, ответила ему, — я одна. И предвещая твои вопросы и комментарии, да, я занималась именно тем, о чем ты подумал. Доставляла себе удовольствие.

Кажется, мне удалось его смутить.

— Прости, — сказал Роман, — я не ожидал, что так получится. Нужно было просто отключиться.

— Нужно было, — согласилась с ним.

— Не смог, прости. Ты так стонала, я чуть не свихнулся.

— Вот только давай не будет обсуждать мои стоны, — прервала я его признания.

— Прости, мне трудно сдержаться.

— Тогда давай просто закончим этот странный разговор, — предложила я.

— Нет, постой, — поспешно сказал Роман. — Не бросай трубку. Знаешь, я хотел тебя увидеть.

— Зачем? — удивилась я.

— Просто подумал, что мы можем встретиться, поужинать, поговорить, — стал пояснять Роман. — Узнать друг друга получше.

Интересное предложение от мужчины, который несколько минут назад практически присутствовал в тот момент, когда я получала удовольствие.

Я и раньше не собиралась встречаться с Валишевским — младшим, а теперь-то и подавно.

— Не думаю, что это хорошая идея, — возразила Роману.

— Но почему?

— Мы с тобой слишком разные, — сказала первое, что пришло в голову.

— Странная отговорка.

— Я старше тебя, — привела следующий, железный, с моей точки зрения аргумент.

— А это вообще самая нелепая отмазка, которую я слышал, — заявил парень.

Я прикинула, что бы еще сказать, но в голову, как назло, ничего не лезло.

— Господи, — сказала в сердцах, — ты мне просто не нравишься.

И положила трубку.


4


Надо отдать должное Валишевскому, он не стал перезванивать и навязывать мне свое общество.

А потом я закрутилась, и совсем позабыла о нем. А что такого? Ну, свела меня судьба с богатым (хорошо, очень богатым) мальчиком, ну, предложил он встретиться, и что? Даже если убрать разницу в возрасте, что у нас может быть общего? Его отец за руку здоровается с членами нашего правительства, у него сестра герцогиня, а я?

Нет, меня не одолевали комплексы. Просто мне давно уже не шестнадцать. В тридцать пять смотришь на жизнь реально, без розовых очков. Как там говорят? Принца уже не жду, но к стуку копыт еще прислушиваюсь? Я, пожалуй, уже и не прислушиваюсь. Ну, не всем же выходить замуж и рожать детей. В конце концов, женщин на планете больше, чем мужчин. Вполне возможно, что мне пары так и не достанется. Что ж теперь, посыпать голову пеплом? Глупо и нерационально.

Что до Романа Валишевского, то я могла допустить, что у нас с ним может быть одноразовый секс, но не более того. В принципе, ничего плохого в этом я не видела, останавливало только то, что никаких «постельных» эмоций он у меня не вызывал. Да, он красивый. И что? Красивых на белом свете немало. Что теперь, со всеми в койку прыгать? Так у меня, пожалуй, сотрется там все. Нет, я у себя одна. И себя, любимую, люблю.

Придя к выводу, что Роман Валишевский не герой моего романа, простите за тавтологию, я выкинула его из головы.

К тому же у меня в жизни наметились некоторые перемены, которые требовали быстрых и решительных действий.

Внезапно, после нескольких лет свободных отношений, Миша решил осчастливить меня. Он собрал свои вещи и ушел из дома. Это было бы еще половиной беды. Ужас заключался в том, что он захотел, во что бы то ни стало, сделать из меня порядочную женщину. Короче, жениться на мне.

С этой целью он заявился ко мне домой, не застал и остался караулить у подъезда.

Вернувшись вечером, я увидела дивную картину: лавочка у подъезда, на ней мой незадачливый любовник в окружении пары внушительных чемоданов.

И вот как-то сразу поняла — все, туши свет, сливай масло. В смысле, Миша явился по мою душу.

— Машина где? — просила вместе приветствия.

— Жене оставил, — ответил любовник, поднимаясь с лавки.

— Благородно, — согласилась.

А что? Ведь действительно благородно, мог бы и не оставлять.

— Квартиру тоже? — уточнила на всякий случай.

— Да.

— Молодец, — похвалила мужика. — А жить где планируешь?

Он с удивлением посмотрел на меня. А я что? У меня ведь не гостиница, правда? В конце концов, я никогда не просила его уходить из семьи и на нашем совместном проживании тоже не настаивала. Так отчего же он не просто притащился ко мне с багажом, но и еще смотрит, как на предателя родины?

— Ты ко мне с вещами приехал, что бы остаться навсегда?

Михаил согласно кивнул.

- Я тебя люблю, — сообщил он в качестве аргумента, объясняющего, почему нам следует жить вместе.

С моей точки зрения, наличие чувств аргументом не являлось от слова «совсем». К тому же я, если уж честно, сильно сомневалась в этих самых чувствах.

Нет, мы с Мишей люди друг другу не чужие, можно даже сказать, близкие и в чем-то даже родные. Но если я всех своих родных возьму к себе жить, моя жилплощадь этого не выдержит.

Можно, конечно, приютить любовника на несколько дней, пока он не решит вопрос с жильем, но что-то подсказывало, что потом его будет довольно проблематично выставить вон.

— Миш, — вздохнула и селя на лавку, — зря ты ко мне приехал.

— Может, я и от жены ушел тоже зря? — усмехнулся Михаил и опустился рядом со мной.

— Может, и зря, — согласилась с ним.

— Ань, ты меня совсем не любишь? — грустно спросил мой любовник.

И вот как прикажете отвечать на этот вопрос? Люблю я его или нет? В общечеловеческом смысле, пожалуй, что да. Все-таки мы уже долгое время «приятельствуем». И если я сейчас скажу, что да, люблю, то отвертеться от Мишки будет нереально. Он не поймет, отчего я не хочу с ним жить.

Но ведь любовь, это не только встречи по средам в гостиничном номере, секс и обсуждение его жены? Вернее, это абсолютно не любовь. Это просто, секс с женатым мужиком. Для здоровья, и еще потому, что привыкла к нему, а другого искать нет ни времени, ни сил. Да и где его найдешь, этого другого? Все более или менее приличные мужики женаты. А те, кто свободен, или в разводе и имеют специфический багаж в лице бывшей жены и детей, или такие чмушники, что никому и даром не сдались. Нет, конечно, есть на свете и нормальные свободные мужчины. Умные, состоявшиеся, ответственные и привлекательные. О них всегда кто-то слышал («а у двоюродной сестры моей подруги сосед….»). Но, вот только честно, кто таких видел? И, что бы, не на картинке, а живьем, в жизни? Вы видели? Я вот нет.

— Выходи за меня замуж, — продолжил давить Мишка.

— Ты разведись сначала, — осадила его.

Кстати, давно заметила, что именно женатые мужчины с таким рвением раздают подобные предложения. Сколько моих приятельниц рассказывали подобные истории? И не сосчитать. Начинались они, как правило, со слов: «Вот я разведусь, и мы поженимся». А заканчивались практически всегда одинаково. Как в анекдоте: не смогла я, не смогла.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— И разведусь, — с вызовом ответил Мишка.

Я уже открыла рот, чтобы бросить язвительную реплику, но вовремя прикрыла. Так он решит, что я в нем заинтересована, возьмет, да и разведется. Куда мне его тогда девать? Обратно к жене отправлять? Вдруг, она не возьмет? А перед глазами уже мысленно сияла огромная надпись: «Мы в ответе за тех, кого приручили». Нет, нет, нет! Я не готова брать на себя ответственность за Мишку!

— Миш, уже поздно, — похлопала его по руке. — Давай так: сегодня переночевать я тебя пущу. Но завтра ты найдешь себе другое пристанище.

— Не нужен, значит, — горько сказал Мишка.

— В моем доме, нет, — ответила прямо и честно. — Ни в качестве соседа, ни в качестве мужа не нужен. Прости.

Мишка полез карман пиджака, я испуганно замерла, но он достал свой мобильный.

— Такси вызову, — сказал и открыл мобильное приложение.

Нет, я не буду спрашивать, куда он поедет. Он свалился, как снег на голову, и не спросил, нужно ли мне такое счастье. Вот и я не буду интересоваться, есть ли ему, где жить. В конце концов, Мишка взрослый и небедный мужик, в городе полно гостиниц, да и аренду жилья никто не отменял. Пусть решает свои проблемы сам, без меня.

— Ты никогда меня не любила, — обвинил он меня, когда вызвал машину.

— Я никогда не говорила, что люблю, — напомнила ему.

И это правда. Никогда, даже в самые горячие моменты наших с ним отношений, про любовь я не говорила. И не потому, что такая принципиальная. Просто любовь для меня это что-то совершенно другое. Зачем же тогда врать?

— Не говорила, — согласился любовник. — Почему?

— Не люблю врать, — я пожала плечами.

— Значит, не любишь. Зачем же тогда? Три года?

Я даже растерялась от таких вопросов. А действительно, зачем?

— Я тебя на аркане в койку не тащила, — заметила на всякий случай. — И не насиловала.

— Да, — ответил Мишка и, помолчав, добавил: — Получается, ты ни в чем передо мной не виновата.

— Ты винишь меня? В чем? В том, что ушел от жены?

— Если честно, это она меня ушла, — ответил Мишка. — Собрала мне чемоданы и выставила за дверь.

— Узнала, что ты ей изменяешь? — задала я вопрос.

— Нет. Сказала, что разлюбила.

— А ты?

— А я не знаю.

— Миш, — попыталась я его утешить, — ничего, может, еще помиритесь.

— Мы и не ссорились. Просто жили. Я своей жизнью, она своей.

Что еще ему сказать, я не знала. Поэтому, когда подъехало такси, выдохнула с облегчением.

— Мы же не расстаемся? — спросил Мишка, когда вещи были уложены в багажник.

— Нет, — покривила я душой.