Кажется, она не поверила, но докапываться не стала. Не разговор, а сплошное минное поле: хватит одного неосторожного вопроса, и все наши попытки наладить отношения пойдут прахом. Чтобы избежать этого, я решила сменить тему:

– Вы с Джошем уже обсудили вашу поездку?

Не знай я Мэл, не заметила бы, как она дернулась:

– Я сказала ему, что мне нужно подумать.

Мой неверящий взгляд заставил ее замереть:

– Но вы же уже сегодня вечером собирались стартовать, нет? Там всего один журналист, да и последние два дня никто больше не пытался заговорить со мной.

Она ничего не ответила, задумчиво уставившись мимо ноутбука.

– Мэл, я серьезно. Ты правда можешь ехать. Студия Лив недалеко от музея. Даже крюк делать не придется.

Мэл помолчала еще несколько секунд. Затем, наконец, решилась.

– Ты забираешь ее сразу после работы, и вы тут же едете домой.

Я попыталась сдержать довольную улыбку. Честно. Но она оказалась сильнее.

– Разумеется.

– И потом обе сидите дома. Перед отъездом оставлю вам деньги, чтобы вы могли заказать доставку.

– Мэл, – мягко перебила ее я. – Мы не первый раз остаемся одни. И случись что, всегда можем связаться с тобой. Или родители Джоша живут на краю света?

– Часа два, но зависит от загруженности дорог. Достаточно близко, чтобы в случае чего я могла вернуться.

– Не волнуйся, – попыталась я успокоить ее. – Ты ведь постоянно в разъездах по работе, и тогда на случай чрезвычайных ситуаций у нас тоже остается только миссис Эллиот.

– Волнение входит в установки по умолчанию, когда дело касается вас двоих, – фыркнула Мэл, но, судя по тому, как она отвела глаза, проблема не только в нас.

Я смутно догадывалась, что еще может сейчас занимать ее мысли.

– Ты наверняка понравишься его родителям, – робкое предположение попало прямо по больному месту.

Она выдавила полуулыбку:

– Надеюсь.

– Ты понравишься им, – повторила я и посмотрела на часы. Наконец-то. Подхватив стоящий у дивана рюкзак, закинула его на плечо. – Мне пора на работу.

– Лив заканчивает в шесть! – крикнула Мэл мне вслед, когда я одной ногой уже была за порогом.

– Знаю. Буду ждать ее в студии, – ответила я, быстро подмигнув ей. – До завтра. Повеселись там!

– До завтра, – откликнулась Мэл, и дверь закрылась у меня за спиной.

Мои шаги гулко отдавались на лестничной клетке. Не дав себе шанса засомневаться, я выскочила на улицу. Стоило мне выйти из подъезда, два репортера, которые паслись в нескольких метрах от дома, оглянулись. Меня накрыло облегчением, по правде, пусть я и уговорила Мэл ехать с Джошем, пока я шла к машине, сердце колотилось как сумасшедшее. Но я села, запустила двигатель и успела тронуться прежде, чем репортеры опомнились.

Ну что ж…

Музей – мое убежище, внутренний параноик продолжал нагнетать, что в любую минуту кто-нибудь может меня узнать. К счастью, пронесло. Все как всегда, ничего не происходило, и вскоре после пяти я, наконец, смогла отправиться за Лив в танцевальную студию.

На дорогу ушло полчаса – для Чикаго, считай, рядом. Еще пятнадцать минут на поиск парковочного места. Я вбежала в здание, когда до конца репетиции оставалось минут пять.

У закрытой двери сидела какая-то дама в брючном костюме. Как только я подошла, она оторвалась от глянцевого журнала у себя на коленях и, не успела я спросить, пояснила:

– Они сегодня немного задерживаются.

– О, спасибо.

И она сразу же вернулась к журналу.

Подыскав местечко через несколько стульев от нее, я принялась изучать узоры на потолке, но в конце концов полезла в телефон. После разговора с Эрин я удалила все аккаунты в соцсетях, в определенной мере это совпадало с моими желаниями, ведь так можно делать вид, что ничего никогда и не было. Чем я только думала, когда две ночи назад поддалась соблазну и решила, что забить в поисковик «NXT» – хорошая идея?

Не головой. Явно не головой.

И ладно бы это случилось один раз, но ведь на следующую ночь все повторилось. А теперь я сижу здесь и снова игнорирую голос разума.

NXT только-только начали мировое турне. Сейчас они в Азии, и, наткнувшись на расписание их выступлений, я решила посмотреть даты. Это что-то невероятное. Я сбилась, пытаясь сосчитать концерты, но от одной длины списка становилось не по себе. NXT уже несколько дней как в Японии и планируют еще немного задержаться там.

Я полистала видео, нашла пару статей о последних шоу, но в итоге зависла над фотографией с одного из первых концертов тура. Луч прожектора выхватил четверых парней, стоящих плечом к плечу под дождем из конфетти. Картинка казалась почти нереальной. Так далека она была от моей жизни.

Мой взгляд остановился на пятом участнике группы, он сидел в отдалении от остальных и смотрел на фанатов. Чжэ Ён. Нравились ли ему эти концерты? Внимание, огни, толпы людей. Или иногда он, как я…

Дверь студии распахнулась, с грохотом ударившись о стену, и мне пришлось убрать телефон в карман.

Парни и девчонки, ровесники Лив, хлынули в коридор. Лив вышла одной из последних. Они обсуждали что-то с мальчиком, которого я уже видела на их выступлении, но, стоило Лив заметить меня, разговор оборвался. Бросив своему спутнику: «Пока!» – она двинулась ко мне. Из ее косы выбилось несколько прядей, на вспотевший лоб налипли волосы.

– Поехали? – спросила она, перехватывая поудобнее спортивную сумку.

– Не хочешь переодеться?

Остальные ребята пошли в раздевалку слева от нас. Но Лив только встряхнула головой и вытерла пот со лба.

– Я дома в душ схожу.

– Не стоит терпеть до дома из-за меня. Я большая девочка, найду, чем себя занять, пока ты…

– Привет, Лив! – кто-то перебил меня, и я увидела, что из раздевалки выходят пятеро девушек.

– Энни, – натянуто улыбнулась Лив.

Я переводила взгляд с нее на эту Энни и обратно.

– Классная идея насчет концовки. Так держать.

– Спасибо.

В ответ на лесть Лив поморщилась. Голос Энни подрагивал от едва заметного возбуждения.

Она жадно глядела на меня:

– Это твоя сестра?

– Да, – сухо ответила Лив.

Глаза ее собеседницы сверкнули. Она обернулась на подруг и снова перевела взгляд на меня.

– Ты Элла?

Я в растерянности посмотрела на Лив, но та лишь поджала губы.

– Да?

Девочки принялись шушукаться. О чем именно, не разобрать – в студии довольно шумно, но тут одна из них достала телефон и включила камеру, меня накрыло нехорошее предчувствие.

Секунду Энни вглядывалась в мое лицо, потом загадочно усмехнулась. Она чуть понизила голос, впрочем, следя, чтобы никто не упустил ни слова:

– Он хорошо целуется?

Я зависла на пару секунд.

– Ч-что?

Ее подруги захихикали. Энни вскинула брови.

– Это ведь тебя сфотографировали с Чжэ Ёном? Колись, – заговорщицки подмигнула она. – Он и правда такой накачанный, как в клипах?

– Ты знакома с остальными парнями? – добавила другая девушка, глядя на меня поверх телефона.

Я открыла было рот, но снова закрыла. Открыла еще раз…

– Мне…

– Какие они на самом деле?

– Они носят фирменные шмотки?

– А у всех есть девушки?

– Как вы познакомились?

– Тебе и правда платили…

– Хватит! – Лив оборвала ее и, нахмурившись, зло посмотрела на девочек. – Оставьте мою сестру в покое!

Энни насупилась:

– Да будет, Лив. Тебе ведь тоже любопытно.

Кажется, сестричка уже закипала:

– Ты вообще в курсе, что такое частная жизнь? – Затем она перевела взгляд на девочку, которая снимала: – И убери, наконец, телефон, Рори!

Послушалась ли та, я уже не увидела.

– Идем, Элла, – буркнула Лив.

Увидев, что я встала, она развернулась к выходу.

Я молча пошла за ней. В машину мы сели тоже в тишине. Я никак не решалась повернуть ключ зажигания. А Лив упрямо уставилась на стекло перед собой. Несколько секунд спустя я откинулась на спинку сиденья и уронила руки на колени.

– Спасибо. – Я нарушила молчание. Короткая пауза, я посмотрела на нее, и слова, которые так часто вертелись на языке, полились сами: – Прости. Прости, что ничего не рассказала.

Лив не сразу оторвалась от окна. Не следи я так пристально за ее лицом, не заметила бы, как она хмурит брови. Все же она меня слушает.

Наконец она вздохнула:

– Вы смеялись?

Внезапный вопрос заставил меня закашляться.

– Что? О чем ты?

Она обернулась на меня. В ее глазах отражалось мое смятение.

– Я частенько при тебе вздыхала по Чжэ Ёну и остальным. А вы ведь уже встречались, да?

Слова застряли у меня в горле. Я ожидала чего угодно: гнева, обиды, разочарования. Но не таких мыслей… Сердце болезненно сжалось.

– Я бы никогда… Мы не…

Лив наблюдала, как я пытаюсь подобрать нужные слова.

– Я никогда не стала бы смеяться над тобой, Лив, – выдавила я. – Даже если я не понимаю твоего увлечения.

С какой бы уверенностью я ни говорила, кажется, Лив это не убедило. Она все еще выглядела напряженной.

– Ты говорила ему, что я фанатка? – тихо спросила она.

– Да, – честно ответила я и махнула рукой в сторону студии. – Я рассказала, как много их музыка значит для тебя, насколько большое место занимает в твоей жизни.

Она прикусила губу.

– Ты меня знаешь, Лив. Я бы в жизни ничего плохого о тебе не сказала, – попыталась я достучаться до нее.

– Но почему ты тогда молчала? – впервые с тех пор, как мы сели в машину, она смотрела мне прямо в глаза.

– Все ждала… подходящей возможности.

Как ни банально, но это правда.

– Чжэ Ён сказал, что по контракту он не имеет права заводить дружбу или… отношения.

Лив сверкнула глазами:

– Я думала, такие контракты сто лет как отменили!

Мне оставалось лишь с недоумением пожать плечами, я в отличие от нее в этом не разбираюсь и знаю только то, что мне сказал Чжэ Ён.