АлиСанне биологичка сразу же стала тыкать. Но если «ты» от Нилыча, Анны Владимировны, Люблинского и других коллег звучало в ушах АлиСанны почти музыкой, знаком симпатии и признания, то в устах Клавдии Ильиничны оно было сродни оскорблению.

К счастью, кабинет биологии, а Клавдия Ильинична, как я уже упоминала, была как раз биологом, располагался на пятом этаже за актовым залом, и кроме него в крошечный коридорчик выходили двери ещё только двух классов, химии и труда. Поэтому АлиСанна с Клавдией Ильиничной до поры до времени пересекалась даже реже, чем с Валентиной Викторовной и Калерией Павловной, и рассказ об этих трёх дамах мы пока закончим. Добавим ещё только то, что если большинство коллег по первой школе навсегда стали для АлиСанны примером того, какими должны быть учителя, то эта прелестная троица (кстати, между собой эти дамы прекрасно общались и даже дружили) стала живой иллюстрацией к тому, до чего АлиСанна ни за что не хотела бы докатиться.

Однако всё же пора, пора их пока оставить и рассказать о том, как АлиСанне работалось. Потому что работалось ей хоть и нелегко, но очень, очень интересно. Вы сомневаетесь в том, что в школе может быть интересно? Напрасно. Я намерена вам доказать обратное. На примере АлиСанны, конечно.




Глава четвёртая,

в которой АлиСанна неожиданно для себя получает

в придачу к шестому ещё и девятый класс


Недолго АлиСанна наслаждалась небольшой нагрузкой и работой только с шестым «А». Потому что буквально через две недели её вызвала Марианна Дмитриевна и сказала:

- Алис, нужно взять ещё один класс. Больше некому. Никак он в расписание не ложится.

- Хорошо, - легко согласилась ещё не обстрелянная и потому покладистая АлиСанна. Хотя нет, не только поэтому. Она просто неконфликтный и хорошо воспитанный человек, наша с вами АлиСанна.

Поэтому она согласилась, и в её жизни появился девятый «Г», физико-математический класс. Шестнадцать юношей и четыре девушки. Девятнадцать из них младше АлиСанны на четыре года, один - высоченный здоровенный Сёма Брюсов - на три. Как хочешь, так и справляйся.

Перед первым уроком в девятом «Г» АлиСанна тряслась даже сильнее, чем перед первым рабочим днём в своей жизни. Девятый физмат – это вам не шестой. Это совсем другие люди.

АлиСанне живо вспомнилась одна из серий «Ералаша», в которой брали интервью у смелой девушки-каскадёра. На вопрос, не страшно ли ей выполнять сложные трюки, хрупкая длинноволосая красавица отвечала, что нет, потому что раньше она работала учительницей в физико-математической школе. АлиСанна серию вспомнила и похолодела. Не иначе и её ждёт оживший стараниями учеников скелет и много других развлечений, от которых раньше времени поседеешь, пожалуй. Но тут на помощь пришла пословица о том, что двум смертям не бывать, а одной не миновать. АлиСанна махнула рукой на страхи и отправилась работать. Учитель она, в конце концов, или нет?!

Надо сказать, что в те далёкие годы в их школе каждый одевался кто во что горазд, включая учителей. Бухгалтер Марьяна Львовна, например, как уже упоминалось, запросто щеголяла в коротеньком зелёном платьице и ярко-красных колготках. Или наоборот. Поэтому АлиСаннин рокерский прикид никого не удивлял и не возмущал… Как? Я забыла рассказать, что АлиСанна была рокером? Как же я так? Придётся сделать небольшое отступление и восполнить пробел.


Отступление второе, не очень маленькое

Итак, АлиСанна была рокером. Правда, довольно оригинальным. То есть, рок-музыку она очень любила. Предпочитала преимущественно отечественную, потому что, так уж сложилось, для неё в песне важна была не только музыка, но и текст. А в плане текстов русские рокеры впереди планеты всей (ну, это на взгляд АлиСанны, тут можно и поспорить, конечно, но она совершенно искренне была в этом уверена и до сих пор, кстати, мнения своего не поменяла).

Оригинальность же её заключалась в том, что при всей любви к рок-музыке АлиСанна была абсолютной трезвенницей, не пила ничего крепче кефира, не курила, наркотиков не употребляла, токсикоманией не страдала, матом не ругалась (про это вы уже знаете) и вела высоконравственный образ жизни. Что в те времена в среде рокеров было (да простят меня рок-музыканты и поклонники рок-музыки, но против правды не попрёшь) большой редкостью. Не удивлюсь, если АлиСанна вообще была единственной в своём роде. То есть для неё котлеты были отдельно, а мухи отдельно. Рок-музыка и рок-поэзия – это её, АлиСаннино, а вот образ жизни рокеров, это, извините, пусть другим останется.

Зато рокерский «прикид» её вполне устраивал. И в институт и на работу АлиСанна ходила в чёрных джинсиках, изящной женской «косухе» (куртке с косой молнией, излюбленной рокерской одежде), с кожаным же рюкзачком, густо увешанным значками и булавками. Довершали картину маленькие серебряные серёжки-черепа в ушах. Ах, да! И бандану, бандану она тоже частенько носила, чёрную такую, с черепами же…

В первый раз встретив её в школьном коридоре в таком виде, младшая дочка директрисы Марина восхищённо выдохнула:

- Вот это да-а-а! Всю жизнь мечтала, чтобы у меня такой учитель был! Везёт твоим ученикам.

- Да ладно тебе, - смутилась скромная АлиСанна и продолжила ходить на работу в косухе.

Но при этом никаких сакраментальных «секс, наркотики, рок-н-ролл» в её жизни не было. То есть, как вы уже поняли, третья составляющая известной триады шла без первых двух. Вот таким интересным человеком была АлиСанна.

С этим, кстати, связана забавная история из её рабочей жизни. Вся школа знала про любовь АлиСанны к рок-музыке и про её трезвый, скромный, едва ли не аскетичный образ жизни. И вот купила АлиСанна билет на концерт обожаемой группы «Алиса» (любовь к этой группе была основана вовсе не на том, что были они тёзками), который должен был состояться в знаменитой «Горбушке», ДК имени Горбунова, традиционном месте выступлений рокеров. Радовалась она этому событию чрезвычайно и чуть или не всей школе о предстоящем походе на концерт рассказала. И вот на следующий день после состоявшегося мероприятия пришла она на работу, а навстречу ей по коридору торопился куда-то завуч Люблинский. Увидев АлиСанну, он остановился, кровожадно потёр руки и сказал:

- Ну, здравствуй, пьяный подросток!

АлиСанна вытаращила на него глаза и только хотела поинтересоваться причиной такого обращения, как из своего кабинета вышел Нилыч и на весь коридор пророкотал:

- А! Вот и пьяный подросток явился!

Глаза Али Санны и так очень даже большие от природы стали и вовсе огромными, примерно как у долгопята. Если вы знаете о ком я, то всё уже поняли и АлиСанну, какой она была в тот момент, живо представили. Если не знаете, советую посмотреть их, долгопятовые, то есть, фотографии, потому что они станут прекрасными иллюстрациями к моему рассказу. Ведь АлиСанна в тот момент была натуральным долгопятом. Хорошеньким таким глазастеньким долгопятом в «косухе», чёрных джинсиках и с классным журналом девятого «А» под мышкой. К счастью, никто больше рядом не возник и пьяным подростком её не назвал, а то бы она и вовсе уподобилась третьей собаке из сказки Ганса Христиана (ну, или Ханса Кристиана, кому как больше нравится) Андерсена «Огниво», у которой, как известно, глаза были с башню.

Но и то, что она стала похожей на долгопята, привело Люблинского и Нилыча в восторг и чрезвычайно довольное расположение духа. Налюбовавшись до нельзя изумлённой АлиСанной, они смилостивились и всё ей объяснили.

Оказывается, накануне вечером в программе «МузОбоз» (была такая передача про современную музыку, помните?) рассказывали как раз о концерте «Алисы». Нилыч и Люблинский (и, кстати, как потом выяснилось, не только они, но ещё и добрая половина школы) случайно включили телевизор, услышали знакомое слово «Алиса», которым им АлиСанна на радостях им все уши прожужжала, и заинтересовались. Сюжет шёл дальше, корреспондент заливался соловьём, в красках описывая происходившее. И  услышали коллеги АлиСанны примерно следующее:

- Толпы пьяных подростков штурмовали двери знаменитой «Горбушки»…

И картинкой к этим словам шло изображение абсолютно трезвой и очень внимательно слушавшей Константина Кинчева (как бы сейчас сказали, фронтмена группы «Алиса») АлиСанны.

- Представляешь, твоё, Алис, умное, интеллигентное лицо и текст – «толпы пьяных подростков»! – хохотал Нилыч. Люблинский фыркал и усмехался в бороду.

АлиСанне тоже стало смешно. А ещё она в очередной раз поняла, как ей повезло с её потрясающими коллегами и как она их любит. Они ещё немного пошутили, подивилась причудливому выбору видеоряда телевизионными деятелями и отправились работать. И никому в голову не пришло поверить тому, что АлиСанна и вправду была в тот вечер «пьяным подростоком» и на этом основании отстранить от работы. Такие вот отличные у неё были коллеги. Да и начальство тоже.

Кстати, с телевидением АлиСанне вообще очень «везло», потому что попадала в «ящик» она частенько и всегда с приключениями. То решат с подружками первого сентября прогулять пару пар в институте и отправятся в центральный «Детский мир» (ну, нравилось им по нему бродить) да и попадут в новостную программу. То телевизионщики снимут, как АлиСанна ведёт урок, покажут сюжет про жизнь московских учителей… А потом ещё раз покажут… И снова покажут… Но уже с закадровым текстом не про жизнь, а про взяточничество, коррупцию и прочие преступления в учительской среде.

И снова над АлиСанной будут подшучивать развесёлые коллеги, называя её уже не «пьяным подростком», а "коррупционером и расхитителем государственной собственности". И вопросы будут задавать из серии: «Что ты стырить-то смогла, АлиСанна? Ящик мела, что ли? Или классную доску умыкнула для личных нужд? Поделись опытом. А то мы никак всем коллективом придумать не можем, что бы такое стащить с работы!»