Пью необходимо остановить, подумала Белинда, и глаза ее наполнились слезами. Бедный старик! Он ничего не сделал — просто имел то, что нужно было Пью, в данном случае лошадь. Сколько еще людей убьет этот мерзавец, прежде чем его схватят?

После похорон они не мешкая пустились вдогонку за Пью.

Мужчины молчали, но Белинда видела, что они обеспокоены. Пью вновь ехал верхом, и если он двигался всю ночь, а скорее всего так и было, то вполне мог добраться до перевала и спуститься в Дайю раньше них.

Они двигались вперед с максимальной скоростью, и, когда наконец подъехали к полицейскому посту в верхней точке Чилкутской дороги, было уже почти темно. Дуглас и Джош ворвались в полицейскую палатку.

Белинда соскользнула с седла и бросила поводья на землю. Лошадь устало опустила голову. Она услышала скрип троса, медленно наматывавшегося на лебедку. Девушка взглянула на длинный спуск, но не заметила ни одного путника.

Дуглас и Джош, выйдя из палатки, бросились туда, где стояла огромная грузовая лебедка с тросами, похожая на гигантское железное насекомое. Белинда слышала их громкие взволнованные голоса.

Белинда с Аннабел и отцом, не сговариваясь, побежали за ними. Механик, следивший за лебедкой, тянул длинный рычаг, а Джош и Дуглас осматривали склон, почти скрытый разыгравшейся метелью.

Примерно на середине спуска на ветру раскачивалось что-то большое и темное.

— Что это? — спросила подбежавшая Белинда. — Что тут за суматоха?

Джош повернулся к ней, лицо его сияло.

— Это Пью! — крикнул он, перекрывая визг лебедки. — Дежурный полицейский на пропускном пункте сказал, что Пью появился здесь за полчаса до нас и решил спуститься вниз на тросе. Механик меняет направление движения, чтобы вернуть его сюда. Наконец-то мы добрались до него!

— О, Джош! — Больше не в силах сдерживаться, Белинда бросилась в его объятия.

Он крепко поцеловал ее, и она, забыв о присутствии остальных, ответила ему страстным поцелуем.

Затем, смутившись, она отстранилась и увидела, что Морган задумчиво улыбается. Аннабел ободряюще кивнула ей, а лицо Дугласа было напряженным и холодным. Белинда почувствовала грусть, оттого что причинила ему боль, но счастье ее было слишком велико, чтобы печаль продержалась долго. Дуглас найдет себе другую. Возможно даже, Аннабел. Она весело улыбнулась.

Джош тихо рассмеялся.

— Отпразднуем позже, — шепнул он ей на ухо, и она покраснела.

— Все кончилось! — крикнула она Аннабел, беря сестру за руку. — Я просто не могу в это поверить!

Ее слова заглушил высокий жалобный скрип, и механика, обслуживающего лебедку, отбросило назад.

— В чем дело? — в замешательстве спросила Белинда. — Что случилось?

— Лебедку заело! — растерянно ответил Джош. — Он не может смотать трос!

Глава 23

Лестер Пью, закутанный в одеяло, в котором раньше были продукты, медленно раскачивался взад-вперед в сгущающейся тьме. Он дрожал от холода под сильными порывами метели.

Кожаные стропы косо свисали с поскрипывающего троса. Правда, неудобства придется терпеть недолго. Еще немного, и он будет внизу, на дороге в Дайю. Пью потер спрятанные под одеялом руки и улыбнулся. Он прибыл на пропускной пункт, когда только начало смеркаться и последние путники заканчивали подъем на перепал.

Лебедка для доставки грузов была свободна, а механик, помнивший Пью по предыдущим путешествиям, охотно соорудил специальные постромки и отправил его вниз. Теперь никакие преследователи не смогут догнать его. Попытка в темноте спуститься вниз по крутым ступеням была бы слишком рискованной. А что касается троса, то он задумал вывести его из строя, как только окажется внизу. Это позволит ему выиграть кучу времени.

Пью поерзал в неудобных постромках, изо всех сил стараясь не смотреть на проносящуюся под ним землю, над которой он парил подобно гигантской птице.

Да, теперь он в безопасности и рано или поздно вернется, чтобы отомстить тем, кто преследовал его. Пью был уверен, что наступит момент и он снова встретит их и тогда, попав в его руки, они будут страдать и молить его о пощаде. Он улыбнулся, представив себе, как они будут ползать перед ним на коленях, а затем сунул руку в карман куртки и достал одно из нескольких маленьких пирожных, которыми его любезно снабдил начальник пропускного пункта.

Но как только он стал запихивать сладости в рот, постромки дернулись вперед, затем назад, и ремни врезались в его тело.

Поперхнувшись крошками, Пью схватился за веревки, которые крепили постромки к тросу. Он сильно раскачивался и вдруг понял, что трос остановился.

А потом он вновь начал двигаться. Но теперь он двигался назад, в гору! Это невозможно! Но он действительно поднимался наверх.

Повернувшись, насколько позволяли ремни, Пью оглянулся и стал смотреть вверх. На вершине горы на фоне светлого участка неба ему удалось различить несколько фигур, суетящихся вокруг опор лебедки.

Дикая ярость захлестнула его. Они подтягивают его наверх, как пойманную на крючок рыбу! Какое унижение!

Внезапно трос опять с лязгом остановился, и от этого резкого звука, прокатившегося по всей его длине, он запел, как струна. Висящий на постромках Пью опять стал отчаянно раскачиваться. Когда размах колебаний немного уменьшился, Пью снова взглянул наверх. Фигуры около лебедки засуетились. На лице Пью появилась улыбка, напоминающая звериный оскал. Судьба вновь на его стороне! Очевидно, лебедку заклинило, и они не могут смотать трос и поднять его. Вдруг он помрачнел — ведь точно так же очевидно, что он не сможет спуститься вниз. В глубокой задумчивости он опустил руку в карман за следующим пирожным. Он найдет выход. До сих пор ему это удавалось.

Размышляя над возможными вариантами спасения, он вонзил зубы в очередное пирожное.


— Проклятие! — Джош ударил себя кулаком по бедру. Он стоял рядом с остальными и смотрел на трос и висящего внизу человека. — Ты можешь исправить лебедку?

— Не знаю, — пожал плечами механик. — Днем это было бы гораздо легче. Время от времени ее вот так заклинивает.

— И это должно было случиться именно сейчас! — сердито покачал головой Джош. — Пью чертовски везет! Каждый раз, когда кажется, что мы уже добрались до него, он совершает неожиданный поступок или ему улыбается удача!

Белинда взяла Джоша под руку и прижала его локоть к себе.

— Но на этот раз он никуда не денется. — Она показала на трос. — Может, нам и не удастся добраться до него, но и он никуда не убежит. Даже если нам придется ждать до утра, он все еще будет там.

Джош вздохнул.

— Ты так считаешь? Но будет ли он там? Знаешь, я становлюсь суеверным, когда дело касается этого человека. Я не удивлюсь, если он придумает способ спуститься вниз, даже если ему для этого придется вырастить крылья и улететь!

— Я понимаю ваши чувства, Роган, — криво усмехнулся Дуглас. — Но будь он самим дьяволом, при весе около трехсот фунтов он не сможет освободиться от ремней и с такой высоты спуститься на землю. Если лебедку не удастся починить сегодня, мы просто подождем до утра и тогда вытащим его наверх.

— Да, но утром тропа будет кишеть золотоискателями, если только мы не поставим кого-нибудь внизу перекрыть тропу, а они могут поднять шум. Говорю вам, у меня нехорошее предчувствие.

Помрачнев, они подошли к обрыву и посмотрели вниз. Темная масса, которая была Лестером Пью, медленно раскачивалась из стороны в сторону, как какой-то чудовищный маятник.


Висевший над землей в кожаных постромках Лестер Пью был занят. Ему удалось, хотя и с большими трудностями, вытащить из-под себя одеяло, и теперь он при помощи спрятанной в трости шпаги резал плотную ткань на узкие полосы. Если связать эти полосы вместе, то они достанут или почти достанут до земли. Пью сделал небольшой перерыв, чтобы дать отдых рукам, и отправил в рот последнее пирожное. Это поддержит его силы, пока он не доберется до Дайи, теперь он в этом не сомневался.


На вершине горы, держась в стороне от собравшихся вокруг опор лебедки людей, стоял мужчина, который следовал за ними от самого Доусона. В хмурой задумчивости он смотрел вниз, на склон. Он стоял так, пока преследователи не устали ждать и не отправились всей группой в полицейскую палатку. Остался только механик, при свете лампы возившийся с лебедкой.

Незнакомец направился к опорам лебедки, намеренно производя как можно больше шума, чтобы не испугать механика.

— Думаешь, тебе быстро удастся ее исправить? — спросил он.

— Сомневаюсь, — покачал головой механик, не отрываясь от работы. — На этот раз ее здорово заклинило. Боюсь, раньше утра ее не починить — тогда я хоть буду видеть, что делаю.

Мужчина вернулся к тому месту, откуда ему был виден склон. Он различал огромную фигуру Лестера Пью, раскачивавшегося из стороны в сторону. Вдруг он охнул и, прищурившись, стал смотреть вниз — горевший в низине костер ярко вспыхнул, и стало видно, что делает Пью.

Незнакомец внезапно принял решение и стал внимательно оглядываться вокруг. После долгих поисков он нашел нужный ему предмет — тот стоял у стены небольшого навеса, где хранились дрова.

Когда мужчина вернулся к опорам лебедки, на плече у него был тяжелый топор с обоюдоострым лезвием. Неторопливо он поднял руку, а затем резко опустил ее на шею механика. Тот беззвучно упал на землю.

Незнакомец быстро оттащил его в сторону и встал около троса. Затем поднял над головой топор и изо всех сил опустил его на трос.

Посыпались искры, и металлические нити стали рваться с жалобным стоном; трос завибрировал. Топор взлетел и опустился еще раз, и трос вновь запел. Он бил и бил по тросу, и наконец все нити оборвались, и трос исчез из виду, скользнув по склону горы подобно гигантской змее.

Снизу донесся жалобный человеческий крик, и все стихло.

Мужчина вздрогнул и уронил топор на землю. Молча постояв на краю обрыва, он снял шляпу и, прижав ее к сердцу, стал смотреть на склон горы; губы его шевелились в беззвучной молитве.