Глава 41

Месяц спустя...

– Удивительно! – Уилсон хлопнул по столу свежим номером «Флайинг интеллидженсер». – Вот уж такого развития событий я никак не мог предвидеть!

Его голос эхом прокатился по столовой. Адам, который сосредоточенно мазал тост джемом, поднял взгляд на дядю:

– Что-то рановато для столь бурных эмоций. Что вас так взбудоражило? Плохие новости на бирже?

– К черту биржу! Есть кое-что поважнее. – Уилсон ткнул пальцем в газету. – Я только что дочитал последнюю главу «Таинственного джентльмена». Ты не поверишь, мой мальчик, но Эдмунд Дрейк, который в начале повествования был сугубо отрицательным героем, оказался замечательным человеком.

Адам насторожился и опустил нож. Сердце его дрогнуло. Неужели он может надеяться?

– Но я думал, что Дрейк там самый главный негодяй, – осторожно проговорил он.

– Я тоже так думал... да и все остальные, полагаю. – Уилсон отхлебнул кофе. – Но все оказалось не так просто. В последнем эпизоде он спас мисс Лидию и полностью разоблачил этого напыщенного лицемера – Джонатана Сент-Клера.

– Это тот, которого все считали главным положительным персонажем?

– Вот именно. По правде говоря, он мне никогда не нравился. Слишком безупречные манеры и безгрешная жизнь. Скучноватый такой тип. Полагаю, мне следовало догадаться, что Кэролайн никогда не позволит ему жениться на мисс Лидии. Ей нужен был именно такой человек, как Дрейк.

– Эдмунд Дрейк женится на мисс Лидии?

– Ну да! Невероятный поворот событий. Жду не дождусь, что Джулия скажет по этому поводу. Уверен, сегодня утром весь Лондон читает и перечитывает последний эпизод, не веря своим глазам. Изобретательность миссис Фордайс поистине не знает границ. Ей вновь удалось поразить всех и привести историю к неожиданному и впечатляющему финалу. Это совершенно необыкновенная женщина.

Адам швырнул салфетку на стол и встал:

– Прошу меня извинить, сэр.

– Что с тобой, мой мальчик? И какого черта ты не доел свой завтрак?

– Еще раз прошу меня простить, сэр, но мне нужно уйти. Есть одно важное дело, которым я должен заняться безотлагательно.

Несколько секунд Уилсон растерянно смотрел на него, потом выражение лица старого джентльмена изменилось. Он удовлетворенно улыбнулся и опять взялся за газету, обронив:

– Будь добр, передай от меня привет Кэролайн.

Она сидела в кабинете, наслаждалась солнечным светом, который лился сквозь широкие окна, лениво водила пером по бумаге, делая наброски для своего будущего романа.

Когда Адам вошел в комнату, Кэролайн подняла на него взгляд и вздрогнула. Его глаза горели хищным огнем.

– Адам, что случилось? Вы выглядите таким... озабоченным.

Он быстро пересек кабинет и оказался совсем рядом.

– Вы превратили Эдмунда Дрейка в положительного героя, – произнес он.

– Да. И почему это вас так взволновало?

Адам остановился у стола и, положив руки на его поверхность, навис над Кэролайн:

– Но почему вы это сделали?

Несколько секунд Кэролайн молчала, подбирая слова, потом осторожно сказала:

– Мне такой поворот событий показался интересным. Кстати, я удивлена тем, что вы знаете, чем закончился роман. Мне казалось, вы решили ограничиться чтением лишь одного эпизода.

– Уилсон не упустил случая просветить меня.

– Понимаю. Но почему вас так волнует судьба Дрейка? Вы же говорили, что обычно не интересуетесь литературой такого сорта...

Адам выпрямился и обошел стол. Он легко поднял Кэролайн со стула и поставил на ноги. Теперь они стояли лицом к лицу, и она видела, в каком напряжении находится Хардести. Он был словно натянутая струна.

– Я решил, что теперь у меня больше шансов. – Адам пристально смотрел в глаза молодой женщине, словно боялся пропустить малейший оттенок чувства или мысли.

– Шансов на что?

– На вашу любовь. Я люблю вас и надеюсь, что вы ответите мне тем же.

– Вы меня любите? – Кэролайн с восторженным изумлением всматривалась в его лицо.

– С того самого момента, как впервые увидел вас в этой комнате.

– Боже мой, Адам, я тоже люблю вас всем сердцем! – Задыхаясь от счастья, Кэролайн обвила его шею руками.

– Значит, вы согласны перестать мучить меня и выйти за меня замуж?

– Конечно! Признаюсь, мне ужасно хочется выйти за вас замуж, я только боялась, что ваше предложение продиктовано не любовью, а всего лишь долгом. Все знают, что вы всегда следуете правилам, и если вы считали себя обязанным...

– Кэролайн. – Голос Адама звучал негромко, но женщина почувствовала – то, что он сейчас скажет, очень важно и идет от самого сердца. – Я люблю вас всей душой и буду любить до самой смерти... а если все же есть иной мир, то и после смерти тоже. Ваше ответное чувство делает меня счастливейшим человеком на земле. И вы должны знать, что чувства мои продиктованы не правилами, а сердцем. Я хочу обладать вами, просыпаться рядом и засыпать, держа вас в объятиях и зная, что вы счастливы со мной. Правила и благородство могут идти к черту! Я готов лгать, воровать и нарушать все человеческие законы, лишь бы получить вас.

– Что же с вами случилось, сэр? – Кэролайн счастливо рассмеялась. – Какие речи! Неужели вы не хотите стать прототипом положительного героя моего нового романа?

– Герои хороши именно в романах, – отозвался Адам, поглаживая большим пальцем ее губы. – А я всего лишь человек, который хочет, чтобы любимая женщина ответила ему взаимностью.

– До конца моих дней, и если это возможно, то и после, – отозвалась Кэролайн, эхом повторяя его слова.

Солнечный свет, падавший сквозь широкие окна, заливал золотом мужчину и женщину. Уста их слились в страстном поцелуе. Они позабыли обо всем и вернулись к реальности лишь при звуках знакомого голоса.

– Здравствуйте, мистер Хардести, – сказала Эмма. – Вам не кажется, что для подобных забав несколько рановато?

– Доброе утро, мадам. – Адам неохотно оторвался от губ возлюбленной. – Вынужден с вами не согласиться – отнюдь не рано. Скажу больше – после того, как мы поженимся, я думаю именно таким образом начинать каждый новый день.

– Как романтично! – Милли вошла в комнату с чайным подносом и аккуратно опустила его на стол. – Кто хочет чаю?

– Я, пожалуй, выпью чашечку, – отозвалась Кэролайн, по-прежнему заключенная в кольцо сильных рук. – Адам как раз пытался убедить меня, что он не годится в качестве образца для положительного героя моей новой книги.

– Глупости! – воскликнула Милли, ловко разливая чай. – Он-то как раз и годится. Даже придумывать ничего не надо.

– Абсолютно героическая личность, – подтвердила Эмма, усаживаясь.

– Если вы соизволите переменить тему разговора, я буду вам весьма признателен, – подал голос Адам.

– Ну что же, – тотчас отозвалась Кэролайн. – Мы можем обсудить мой новый роман. Я как раз набрасывала его начало, когда вы пришли.

– Там будут медиумы и всякого рода исследования сверхъестественных возможностей человека?

– Конечно! – Кэролайн сделала шаг к столу. – Адам будет меня вдохновлять...

Хардести издал негромкий стон.

– Дорогая, пожалуйста...

– Успокойтесь, сэр, на этот раз я хочу воспользоваться не вашей внешностью и не чертами вашего характера.

– Чем же тогда? Моими талантами финансиста? Кэролайн села за стол и взяла ручку. Серьезно глядя на Адама, она заявила:

– Я имела в виду недюжинные силы вашего разума.

Ваш дар... – Что? – Адам непонимающе уставился на нее.

– Но это же очевидно!

– Да? Что именно? И для кого?

– Давайте рассмотрим факты, сэр. – Кэролайн изо всех сил старалась скрыть улыбку. – В наших приключениях бывали моменты, когда вы действовали, полагаясь на свою интуицию, и, должна признать, она ни разу вас не подвела. Разве это не является доказательством ваших необыкновенных талантов? Если вы пожелаете развить свой дар...

– Чушь какая!

Эмма подняла руку, заставив Адама замолчать, и торжественно кивнула:

– Кэролайн, безусловно, права, сэр.

– Конечно, наша девочка права! – улыбнулась ему Милли.

– Я уверен, вы ни одного примера привести не сможете! – воскликнул растерявшийся Адам.

– С самого начала вы провидели мое участие в этой истории, – лукаво блестя глазами, сказала Кэролайн. – Помните, вы пришли в этот дом наутро после смерти Элизабет Делмонт и в ходе нашего разговора обронили фразу о том, что со мной может случиться все, что угодно, если уж я оказалась замешана в этой истории. Вы оказались провидцем, так как теперь мы знаем – Дэруард Рид в то время уже думал обо мне как о преемнице Элизабет Делмонт. Ваше появление было не случайным...

– Само собой, оно не было случайным! Только провидение тут ни при чем! Все дело в логике и здравом смысле. Я просто прочел ваше имя в списке гостей миссис Делмонт.

– А тот вечер, что мы провели вдвоем в комнате на Стоун-стрит, – не моргнув глазом продолжала Кэролайн. – Если бы вы не выбрали именно эту ночь, чтобы соблазнить меня...

– Черт, Кэролайн, остановитесь!

Адам испуганно взглянул на тетушек, щеки его залила краска смущения. Дамы же лишь невозмутимо улыбались, глядя на его растерянность.

– Были и другие моменты, которые поразили меня и кажутся мне несомненным доказательством ваших сверхъестественных способностей, сэр. Но наибольшее впечатление произвели на меня ваши слова, сказанные в тот вечер, когда вы пришли сюда, расправившись с громилами, нанятыми Элсуортом.

– Что-то я не припомню, чтобы говорил что-то особо умное, – проворчал Хардести.

– Вы прочли написанные мной строки романа, – мягко напомнила Кэролайн. – Это была сцена, в которой Эдмунд Дрейк собирался напасть на мисс Лидию и совершить непоправимое. Я пыталась объяснить это тем, что он потерял голову от страсти. Вы сказали, что только негодяй или сумасшедший может использовать подобное оправдание. Никто не имеет права применять насилие к женщине.