— А что ты видела? — тут же интересуется Даша.

— Ну он же… — я запинаюсь и подруга продолжает за меня.

— Божественный, — мечтательно протягивает она.

— Чего? — я не могу согласиться с ней.

Нет, тело у него, конечно, нереальное, но член… да как с таким живут?

— Он божественный. Мудак, конечно, но если Мирон такой же… — мечтательно тянет подруга.

— Я сразу умру, — стойко говорю я. — Ты видела габариты… там? Куда это в меня поместится? Я маленькая, худенькая, мне такие члены не по размеру.

Дашка смеется и крутит пальцем у виска, намекая на мою умственную несостоятельность.

— Дура ты, Князева. Не верь тем, кто говорит, что не в размере счастье. В нем. В нем счастье. Зато ты почувствуешь каждый миллиметр и точно кончишь, а не как я с Бортниковым, — она сморщивается и вздрагивает.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍


Дашкину историю потери девственности я очень хорошо помню. Именно после нее я решила, что если когда-нибудь и сделаю это, то только с тем, кто в этом разбирается. И вот после тех слов Кира я сомневаюсь, что Мирон в курсе, что делать с девственницами, что еще больше убеждает меня в том, что мы не пара.

— Спасибо тебе, Даш, что заступилась перед сестрой, — произношу я, игнорируя ее напоминание о Бортникове.

— Пф, — фыркает подруга. — Она иногда забывается.

С Дашей мы давно живем вместе. Еще с тех пор, как только познакомились в университете и стали лучшими подругами. Квартиру мне снимают родители, живущие в другом городе. Нет, сначала я жила в общежитии, как и многие студенты, но со временем, когда мама впервые посетила мое жилище, я переехала в чистую, уютную и привлекательную двушку. Рада ли я? Безумно. А с появлением Дашки стало не так скучно и проблемно платить по счетам.

Денег у родителей я брать не хочу до сих пор. Подрабатываю по вечерам официанткой и стараюсь содержать себя сама. Поначалу Дашка жила с Леной, но та предпочитала самостоятельную жизнь, да и мне было веселее с подругой, чем одной. Лена у меня, вроде как, временно и я надеюсь, что это так, потому что повторения того, что произошло сегодня, я попросту не выдержу.

Глава 7

Кирилл

— Да твою ж! — выругался я и обессиленно повалился на подушку.

Телефон сел, а зарядка была та-а-ак далеко, аж на другом конце комнаты: непосильном для меня сейчас расстоянии.

В горле запершило и опять начался приступ непрекращающегося кашля. Я походил на туберкулезника и через каждые десять минут думал, что выплюну собственные легкие. Оставалось начать кровью харкать.

Сука! Надо было ехать в родительский дом. Мама бы позаботилась обо мне, но я же на брата понадеялся, который шлялся черти знает где.

Гаденыш. Сам же подписался быть моей нянькой. Видимо, неделя оказалась для него слишком большим сроком, а болел я именно столько. Как раз с той самой субботы, когда додумался мокрым, в одной куртке сесть на байк.

Уставился в потолок, глянцевое покрытие искаженно отражало меня немощного, валяющегося в кровати. Жуткое зрелище. Потянулся к прикроватной тумбе, выпил жаропонижающее, не меряя температуру, потому что и так ощущал, она запредельная и, забравшись под одеяло с головой, кажется, уснул.

Следующее мое пробуждение было более удачным, если не считать того, что я все еще продолжал кашлять. Телефон лежал на тумбе и заряжался. Значит брат приходил. Ну хоть не кинул меня, и на том ему спасибо.

Кряхтя поднялся с кровати и с трудом, но все же сделал пару шагов. Вскоре я понял что все не так уж плохо и, видимо, пока действие таблеток не закончилось, я мог находиться в вертикальном положении. Решил сходить в комнату брата, но там оказалось пусто.

Уже собирался возвращаться обратно и звонить Мирону, потому что сил сидеть в одиночестве не было никаких, нянька он мне или кто? Сделал шаг и, не донеся ногу до пола, услышал голоса с первого этажа.

Брат привел домой женщину? Да ну нах… Я должен был это узреть. Держась за перила и стеночку я медленно спустился на первый этаж, безумно, в этот самый момент, жалея о том, что уговорил родителей купить нам с Миром двухуровневую квартиру.

Уже на последних ступеньках понял, что разговор велся на английском.

Ну не-е-ет… Сделал над собой усилие и по максимуму тихо прошел в коридор, дальше двигаться не стал, потому что в висящем на пол стены зеркале прекрасно отражался диван гостинной, на котором сейчас сидели Мирон и конечно же Лунтик. Вот же неуемная какая.

Неделю ее не видел и сейчас при взгляде на нее показалось, что Ева изменилась. Вообще, она как то довольно странно себя вела, щеки были еще краснее, чем тогда, когда она пялилась на мой член. В глазах немое обожание, да она чуть ли не в рот моему брату заглядывала. Мирон не замечал всего этого в упор, или делал вид, что не замечал.

Девушка начала поворачивать голову и я тут же отскочил, не хотел, чтобы она видела меня таким убогим. Тихо дошел до кухни, налил себе кипятка в кружку, бросил заварку, мед, лимон, малину. Попробовал получившуюся бурду. Чуть не выплюнул, напрягся и все же проглотил, потом еще и еще, глоток за глотком.

Хватит болеть и прохлаждаться, нужно скорее поправляться, потому что в этот момент в голову пришло идиотское решение. Я ей помогу. Ну жалко же Лунтика. А так, глядишь, что и выгорит. И Мирон в выигрыше останется, ну неплохая же девчонка, особенно если ее привести в порядок.

Только вот мой самодельный коктейль сделал еще хуже, или черт его разберет, почему мне так резко поплохело, но я еле дошел до своей комнаты и рухнув на кровать, сразу же вырубился.

Пришел в себя весь потный и мокрый, подушка под головой была сырой, так же как и теплое пуховое одеяло под которым я находился. Но мне совсем не хотелось из-под него выбираться, мне было холодно.

Я захрипел и попытался приподнять голову, тут же встретился взглядом с испуганным Лунтиком сидящим в мягком кресле-груше.

Вот черт. Белочка пришла. Хотя в моем случае зайчики…

— Я умер и попал в ад? — с трудом просипел, сразу как откашлялся, — или я сейчас бьюсь в предсмертной агонии и ты злобный дух, явившийся мне поведать о моих злодеяниях?

— Идиот, — спокойно протянула девушка.

— Ты дух прошлого или настоящего?

— Нет, ну точно идиот, — закатила Ева глаза и сморщила нос.

— Ну они же явились к Скруджу перед смертью.

— Они к нему явились в канун Рождества, балбес.

— Что ты здесь делаешь? — рыкнул и тут же закашлялся.

Пока в очередной раз выплевывал свои легкие, Лунтик подорвалась с места и подбежала к кровати.

— Может водички?

— У-у-у… ты мое наказание? Где Мир?

— Ему срочно пришлось уехать, — переминаясь с ноги на ногу и заломив руки, тихо сказала Ева, — он попросил за тобой посмотреть.

— Идиот.

— Зачем ты так? Он заботится о тебе, любит.

Ну как ей объяснить, что это издевательство. Я слаб как котенок. А он мне девку в комнату. Да еще какую, с зайцами на трусах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍


— Ева, — сипло протянул я и опять закашлялся, девушка растерянно сделала шаг и наклонилась ближе ко мне. — Кто на этот раз?

— Что?

— Что за зверье сегодня изображено на твоих трусах?

— Придурок! Это не он, а ты идиот, самый настоящий идиот.

— Эй, не кричи! Не видишь, я болею? Дай лучше сиропчика от кашля.

Махнул головой в сторону тумбы и почувствовал как извилины в моей голове начали трястись и биться друг об друга, чуть ли не со звоном монет. Кошмар.

— На.

Открыл глаза и увидел ложку с сиропом прямо перед носом. Ева внимательно смотрела на мой рот, а я на нее.

Хммм, что-то в этом было, женская помощь, однозначно приятнее, чем никудышная помощь брата.

— Спасибо, — шепнул и лег обратно на подушку. Ева закрутила крышечку на сиропе и я, наблюдая за быстрыми движениями ее пальцев, произнес, быстрее чем понял, — посиди со мной рядом.

Лунтик кивнула и села на край кровати, словно боясь, что эта самая кровать ее сожрет или, что опять из-под все той же кровати вылезет чудовище и тоже ее сожрет.

— Прости.

— Что? — округлила девушка свои голубые глазища.

— Я говорю, что перегнул в прошлый раз. Не хотел тебя обидеть, это правда. И хочу исправиться.

— А в ванной? — сморщив носик, недоверчиво спросила она.

— Я думал ты специально ко мне пришла.

Нет, ну, а что мне ей было ответить? Прости, но за пять минут до этого, я кончил, представляя как ты мне сосешь?

— Выглядела ты… Знаешь, совсем не двусмысленно, правда те зайчики, должны были меня насторожить.

— Кролики.

— Что?

— Там были кролики. Не зайчики, — почти по слогам, серьезно сказала Ева, и я заржал, как ненормальный, тут же закашлялся, как смертельно больной чахоточник, но так и не прекратил ржать.

— П-прости… я… ты… — хрипел я, пытаясь что-то сказать, между приступами смеха и кашля, — я не хотел тебя обидеть.

Ева резко встала с кровати. Я простонал от досады, а девушка подошла к тумбочке, взяла сироп и начала внимательно читать, что-то на этикетке, потом открутила колпачок и глотнула прямо из бутылочки.

— Эй! Ты чего? Вдруг заразишься, я же так же с бутыля пил.

— Ну да, тебе, наверное, не привыкать с бутыля пить. Просто я решила проверить, не алкоголь ли тут, а то очень у тебя странное поведение, — Ева уперла руки в бока и посмотрела на меня, как самая настоящая училка, — извиняешься, и ведешь себя так, словно почти не придурок.