– Ладно. Можешь заплатить, но я верну тебе деньги, как только мы вернемся в общежитие. Я всего лишь беру у тебя взаймы.

Он соглашается, и мы заходим внутрь.

Я покупаю чипсы и содовую. Заодно прихватываю связку апельсинов по скидке, чтобы было хоть что-то из здоровой пищи.

На обратном пути мы молчим. Думаю, он все еще на меня злится. Но мне без разницы. Он не обязан платить за меня. Это неправильно. И он врет, когда говорит, что я ничего ему не должна. Люди ничего не делают просто так. Они всегда хотят что-то взамен.

Пока мы едем, я разглядываю дорогую машину Гаррета. Из салона еще не выветрился запах нового автомобиля. Бежевые кожаные сиденья очень мягкие, а воздух благодаря кондиционеру кажется ледяным. Я еще никогда не ездила в такой удобной машине.

Вернувшись в главное здание, Гаррет останавливается у моей двери.

– Ты пойдешь со мной на ужин или нет? – Он действительно злится. Мне казалось, к этому времени он выпустит пар.

– Сейчас схожу за деньгами. Подожди здесь. – Я захожу в свою комнату и беру со стола двадцатку. Возвращаюсь и вручаю деньги ему, стесняясь попросить сдачу.

К счастью, он начинает копаться в кошельке и отдает мне ровно столько, сколько должен.

– Увидимся позже, Джейд. – И он уходит.

– Там дорого? – интересуюсь я, все еще стоя в коридоре со сдачей в руке.

Он уже в дверном проеме, что ведет к лестнице.

– Что?

– Тот тайский ресторан, о котором ты говорил. Там дорого?

– Думаю, около десяти баксов за блюдо.

– Хорошо. Тогда я смогу пойти. В семь будет нормально?

Он колеблется, будто бы пытается осмыслить, что только что произошло.

– Конечно. Тогда до встречи.

Надеюсь, он не возомнил, будто я пригласила его на свидание. Я просто пыталась быть социально активной, как советовал Райан. И мне действительно нужно питаться. К тому же, я начинаю склоняться к мысли, что Гаррет не так уж и плох. Вообще, я бы даже сказала, что мне даже была приятна его компания в то короткое время, что мы провели вместе.

Весь остаток дня я раскладываю вещи и разбираю то немногое, что привезла из дома. Около четырех в мою дверь кто-то стучится. Это парень в форме службы доставки, который держит мини-холодильник.

– Куда поставить? – спрашивает он хриплым голосом.

Я веду его к свободному месту у стены возле розетки. В глубине души я сержусь на Гаррета за то, что он взял покупку холодильника на себя, хотя я прямо сказала, что он мне не нужен. Но тем не менее пить прохладную содовую будет приятно.

Когда курьер уходит, мимо моей все еще открытой двери проходят две девушки.

– Приветик. Меня зовут Сиерра, а это Ава. Мы увидели открытую дверь и решили заглянуть. Мы живем дальше по коридору.

– Привет. Меня зовут Джейд.

Они обе оценивающе осматривают меня, а затем изучают мою необжитую комнату.

– Так откуда ты? – любопытствует Сиерра. Она высокая и очень загорелая. У нее длинные светлые волосы. Она одета в сарафан канареечного цвета и босоножки на ремешках.

– Из Айовы.

Судя по их лицам, они без понятия, где это. Почему люди с побережья не знают, где находится середина? Они что, никогда не видели карту?

– Это около Колорадо? – спрашивает Ава. Она на несколько дюймов ниже Сиерры, с еще более темным загаром и каштановыми волосами до плеч. Отдельные прядки окрашены в золотистый цвет. Она очень худенькая, и тесная майка с V-образным вырезом еще больше подчеркивает ее огромную, неестественно округлую грудь, которая наверняка была увеличена. Нереально, чтобы она была настоящей.

– Хм. Ага, это близко к Колорадо, – отвечаю я, будучи не в настроении преподавать им урок географии.

– Я недавно видела тебя с Гарретом. – Сиерра сверлит меня взглядом, будто думает, что я пытаюсь встречаться с этим парнем.

– Ага. Я познакомилась с ним, когда въезжала сюда.

– Я видела, как ты уезжала с ним.

Мне не нравятся ее намеки.

– Мы просто сходили на ланч. Вот и все.

– Будь с ним поосторожней. Он сердцеед.

Ава и Сиерра хихикают. У меня складывается впечатление, будто они поделились какой-то особой тайной шуткой про Гаррета.

– Что же, ладно, было приятно познакомиться с вами. Мне нужно закончить с уборкой. – Я поднимаю футболку и начинаю демонстративно складывать ее в надежде, что они поймут намек и уйдут.

– Сегодня вечером в паре кварталов отсюда будет вечеринка. Если хочешь, можешь пойти с нами.

– Думаю, я уже иду туда с Гарретом. – Моя фраза вызывает у меня раздражение. Теперь они точно подумают, что я мечтаю с ним встречаться.

– Гаррет пригласил тебя? – Сиерра переглядывается с Авой. – Тогда встретимся на месте.

Они выходят, и я начинаю гадать, что такого о Гаррете они от меня скрыли. Они явно чего-то недоговаривали. И почему Сиерра назвала его сердцеедом? Он использует девушек? Возможно, сестра Жасмин страдала из-за него. Не знаю, но мне еще нужно удостовериться в том, что Гаррет друг. И только друг. 

6

В десять минут восьмого ко мне стучится Гаррет. Открывая дверь, я успеваю сочинить комментарий о его опоздании, но когда вижу его, все мысли вылетают из головы.

Даже не знаю, как такое возможно, но он выглядит еще сексуальнее, чем во время ланча. На нем темные джинсы и светло-голубая рубашка-поло, которая подчеркивает цвета его глаз и плотно облегает его атлетические плечи, тем самым вновь притягивая мой взгляд к его телу, от которого просто невозможно оторвать глаз. Наверняка под этой рубашкой скрывается накачанный благодаря тренировкам в бассейне пресс.

– Почему ты так вырядился? – спрашиваю я, пытаясь скрыть свои истинные эмоции.

– Я не вырядился. Просто надел футболку и джинсы.

Еще от него пахнет потрясающим одеколоном.

– Ага, заметно.

– В чем дело? Тебе не нравится? – Он критически осматривает себя, как будто сомневается в собственном выборе. Мне нравится, что я пошатнула его самоуверенность. Даже не знаю почему, ведь никаких оснований придираться к бедному парню у меня нет.

– Какая тебе разница, нравится мне или нет?

– Никакой. – Он выпрямляется и скрещивает руки на груди. – Теперь моя очередь критиковать твой наряд?

– Конечно. Вперед.

Он внимательно рассматривает меня с головы до пят.

– Классическая черная футболка и джинсы. Тебе очень идет.

– Не то чтобы меня волновало твое мнение, но спасибо. Теперь мы можем идти?

На его лице расцветает улыбка. Думаю, ему начинают нравиться мои издевки.

Мы идем в тайский ресторанчик в торговом центре возле кампуса. Это не фешенебельное место, что хорошо. И средняя цена за блюдо – от восьми до десяти долларов. Тоже хорошо. Гаррет ничего не говорит, когда я расплачиваюсь за себя сама. Он бы не осмелился после того инцидента в продуктовом.

После ужина мы отправляемся на вечеринку. Я в ужасе. В школе я иногда захаживала на тусовки, но они никогда мне не нравились. Я не могу находиться вблизи алкоголя. Это приносит слишком много тяжелых воспоминаний из детства.

Вечеринка проходит в старом, обветшалом доме. Мы заходим в открытую комнату, где стоят пара потрепанных диванов и сдвинутый в сторону журнальный столик. Вот и вся обстановка. Это скорее дом для тусовок, а не для проживания. Если бы в Мурхерсте было студенческое братство, то это место идеально подошло бы для его собраний.

На часах половина девятого, и народу пока не много, но кое-кто уже успел перебрать. В глубине комнаты устроен импровизированный бар: длинный складной столик сплошь заставлен стопками, пластиковыми стаканчиками и бутылками с крепким спиртным. Это зрелище навевает воспоминания о матери и бутылках водки, которые были постоянными гостями на нашем кухонном столе.

Я вновь перевожу внимание на Гаррета, который сейчас стоит рядом с двумя парнями.

– Джейд, это Блейк, – говорит он. – Блейк, это Джейд.

Я пожимаю руку долговязому парню с волнистыми светлыми волосами и темным загаром. Одетый в пляжные шорты и футболку, он, кажется, хочет походить на сёрфера, что весьма странно, ведь мы вроде как в Коннектикуте.

– Блейк настоящий придурок, но по неведомой нам причине мы продолжаем позволять ему зависать с нами, – произносит Гаррет.

Парень, стоящий рядом с Блейком, подает голос:

– Не всегда. Иногда, когда Блейк в стельку пьян, мы запираем его в комнате. Он буйный пьяница.

Буйный пьяница. Прямо как моя мать. Мне нельзя находиться возле таких парней. Теперь, когда я знаю, что в друзьях у Гаррета пьяницы, мое мнение о нем несколько падает.

– Кстати, я – Деккер. – Парень протягивает мне руку. Он почти одного со мной роста. У него короткие каштановые волосы и очки в черной оправе. Он одет в мешковатые клетчатые шорты, ярко-зеленую рубашку с закатанными рукавами и кожаные сандалии.

– Из-за очков Деккер может показаться тебе умником, но ты не ведись, – говорит Гаррет. – Его чуть не выперли из старшей школы.

Деккер поворачивает ко мне и поясняет:

– Они не воспринимали меня таким, какой я есть. Математика и естественные науки – это не мое. Я – писатель. Художник письменного слова. Я был слишком оригинальным для той школы.

– Ну а у тебя какая история? – с небольшой ухмылкой спрашивает меня Блейк. Мне уже неприятен этот тип. От древесного запаха его одеколона у меня болит голова.

– Я только недавно приехала. Я из Айовы.

– Айова? Это где-то посередине?

– Ага. В середине, – отвечаю я, закатывая глаза.

Блейк игнорирует сарказм или же ему совершенно наплевать. Вместо этого он переводит свое внимание на бар.

– Встретимся позже, ребята. Пришло время отрываться.