Кира достала телефон и пролистала записную книжку, вот и нужный телефон.
— Enoteca Pinchiorri, Buona sera!
— Buona sera! Vorrei riservare una tavola per due persone.
— Si, certo. Com’ il Suo cognome?
— Savrasova
— Grazie!
— Prego!
«Вот дело и сделано».
— «Твои везде мне видятся черты, твои повсюду слышатся слова, где б ни был я — со мною только ты, и, тем гордясь, ты чуточку права».
Саврасов обнял Киру и поцеловал обнаженное плечо.
— «И все же, сердцем похвалы любя, старайся жить, заносчивой не став: Ведь слыша где-то про сварливый нрав, я тоже вспоминаю про тебя…». Асадов, я люблю его стихи. Хотя многие мои знакомые считают их примитивными, слишком простыми для из интеллекта. Но обычно самые важные вещи — самые простые. Поужинаем в городе?
— Не устала бродить по городу?
— Нет. Разве можно устать от этой красоты. Недалеко от Санта-Кроче есть ресторан, пойдем?
— А ты готова?
— Нет, я надеваю вечернее платье исключительно для сна. Пошли, я все равно уже столик заказала.
— Сейчас.
Он с силой стиснул ее, словно хотел навек заключить ее в кольце своих рук и никуда не отпускать, но потом все же ослабил хватку и даже позволил высвободиться.
Ресторан Enoteca Pinchiorri приветствовал их неброской вывеской и внушительной картой вин. Саврасов уже решил заняться изучением итальянского языка, его порядком раздражало, что Холодкова что-то обсуждала с официантами, а он не понимал что именно.
— А чем вы говорили?
— О том, что я слишком хороша для тебя.
Кира видела, как на мгновение лицо Саврасова застыло, а потом стало привычно насмешливым. Но она не знала, что слова только что сказанные ей, совпали с его мыслями, он и сам считал, что не заслуживал ее.
— А он тебя заслуживает?
— Он обещал познакомить меня с богатым аристократом.
— Не мешаю?
— Нет, я сначала с тобой закрою контракт, а потом вперед за аристократом.
— Желаю удачной охоты, Акела.
— Да не злись, я пошутила. Мы всего лишь обсудили меню, и я попросила принести карту вин, вот кстати и она.
«Когда мы в следующий раз поедим в Италию, а мы поедем, и черт с ним с договором, Кира все равно будет со мной, и я буду понимать все что она говорит. Ты же собирался вывести ее на достойный уровень? Или забыл? Не будет она с тобой. Она достойна большего, и ты это знаешь».
— Коста, ты собираешься дуться весь вечер?
— Я не дуюсь.
— Заметно.
Кира стала из-за столика, поцеловала его в щеку и взъерошила волосы.
— Я сейчас вернусь, официанта не трогай, он ни в чем не виноват, это у меня шутки дурацкие.
Саврасов открыл меню, здесь все было понятно, английский все же был международным языком. Он сделал заказ, потом выбрал вино. К возращению Киры он уже пробовал открытое вино и дал добро на разлив его по широким фужерам. Холодкова села за столик, услужливый официант пододвину ей стул.
«Вот, черт, я уже ее к официантам ревную».
— Вино просто великолепно, хороший выбор, Коста.
— В винах я научился разбираться, как и в машинах, аксессуарах, костюмах.
— Можешь открыть курсы «стиль от Саврасова». Тебя многие копируют.
— Подражание лучшая форма лести.
— Но лесть на тебя не действует?
— Смотря, кто льстит.
— Если я начну?
— Боюсь, что этого я не дождусь.
— Хорошо меня изучил. Не думал, что так много информации в налоговых декларациях. У тебя же скоро день рождения, что тебе подарить?
— Себя.
— «Лучший твой подарочек, это я». Необычно, я привыкла, что от меня все время что-то требуют, что-то просят.
— Имея тебя, что можно еще желать?
— Вот как-то иметь меня они не очень-то желали.
— Не играй словами.
— Словоблудие моя профессия. А как все же ты узнал, что я собираю веера?
— Это моя тайна.
— Пытать? Или бесполезно?
— Я свои источники не выдаю. Ещё вина?
— Да. И закажи бутылочку с собой.
— Что придумала?
— Ничего. Просто хороший вечер, хорошее вино…
— И ты решила хорошенько напиться?
— Ха-ха-ха. Не только.
Кира провела пальцем по бутылке.
— Заодно обмеры проведем.
Воображение Саврасова тут же нарисовало картину обмеров, кровь со страшной силой ударила в голову и не только в голову. А она словно специально распаляла его, то откинет волосы, то облизнет губы, простые движения стали пыткой. Ему уже давно хотелось утащить ее обратно в гостиницу, этот ужин казался бесконечным. Телефон в коем-то веки затрезвонил вовремя, срочные дела отвлекли его от фантазий.
Кира со скучающим видом достала свой смартфон, куча сообщений, куча звонков и все срочные и все важные, но сейчас ей было на это плевать. Хотя Фабио все же стоило перезвонить, что она и сделала.
Саврасов уже полчаса слушал, как Кира с кем-то разговаривала на этом чертовом итальянском языке, он даже слышал быструю эмоциональную речь собеседника, но не понимал ни слова и опять злился.
— Завтра мы идем в Уффици, работа. А послезавтра возьмем машину и покатаемся по окрестностям, здесь и природа уникальна. Как, а?
— Кукую машину?
— Любой кабриолет, ветер в лицо, развивающиеся волосы и свобода.
— Одно условия, я за рулем.
— Конечно ты, я права не брала.
Кира зачерпнула ложечкой мороженое, а потом, передумав, положила ложечку обратно в креманку. Она сделала едва уловимое движение рукой, и официант тут же появился рядом.
— Il conto, per favore
Не смотря на испепеляющий взгляд Косты, она расплатилась за ужин. Его это взбесило, тем более что это не осталось незамеченным другими посетителями. Впервые Саврасов почувствовал себя жигало, это ведь часто встречающийся здесь тип мужчин. Она стремительно бежала по ночным улицам Флоренции, он быстрым шагом шел за ней и злился, с каждым шагом злость в нем возрастала. Не привык он к унижениям. К тому времени как они добрались до номера, он кипел как чайник. Как только дверь закрылась, он развернул к себе Киру и тряхнул ее.
— Мы уже обсуждали, что я в состоянии тебя оплачивать, — сквозь зубы прошипел Саврасов.
— Опять начинается.
— Не путая меня со своими мальчиками-приживалами.
— Тебя спутаешь, «я привык получать всё, что хочу»! — завелась Кира.
— Я не жигало, и не привык, чтобы меня все время унижали!
— А не привыкла быть на содержании! Я сама в состоянии себя оплачивать, свои билеты, гостиницу. И мне, черт возьми, никогда не платили деньги за постельные услуги. Я привыкла всё решать сама!
Кира в раздражении скинула босоножки и прошла в гостиную.
— Привыкла. И за себя, и за весь свой детсад!
— Мой детсад — люди, а не договор купли-продажи!
— Мои партнеры обычно не жульничают!
— Кто бы говорил, образец честности и порядочности!
— Это ты всегда все недоговариваешь, и все тебе не нравится!
— Я не помню, чтобы я говорила, что мне не нравится Флоренция!
— От города ты в восторге, тебя вот только компания не устраивает, тебе бы жигало или Лоренцо!
Кира взяла со стола буклет и швырнула его в Косту, к ее сожалению, он увернулся.
— Нет, я должна была закричать на весь ресторан «Хватит есть Саврасов, пошли ты меня поимеешь»!
— Чего?!
— Ничего! Теперь уже ничего!
Кира прошла в спальню, сдернула с кровати покрывало, взяла подушку и пошла на террасу.
— Такой день испортил, дурак. Связалась на свою голову с душевнобольным.
Холодкова положила подушку на диванчик, легла и накрылась покрывалом.
— Не выдумывай, иди спать в спальню.
— Мне и здесь неплохо. Ночи теплые, прекрасный вид и от тебя подальше.
— Не так уж и далеко.
— Да, ты прав. Только в гостинице нет свободных номеров и на ближайшие даты вылетов нет.
— Всё уже спросила, всё уже узнала!
— Да, всё спросила, всё узнала. Я сплю!
— Не буду больше беспокоить.
Холодкова накрылась с головой, сквозь покрывало она слышала, как Саврасов ушел с террасы, и как хлопнула входная дверь.
«Вот дурак, из-за какой-то ерунды всё испортил. Мужской шовинизм в действии».
Через полчаса Кира выбралась с террасы, прошла в ванную комнату, где привела себя в порядок и переоделась в пижаму. Спать совсем не хотелось, если бы она была дома, то включила бы на всю громкость музыкальный центр и танцевала бы до утра, но она была не дома. Так и ходила она из угла в угол в этом шикарном одиноком номере.
Саврасов не знал, сколько времени он бродил по улицам Флоренции, он так и не понял, почему так разозлился. Никогда он не вел себя как полный идиот, только с ней. Просто он хотел быть с ней, а она нет. Если бы не соглашение она бы рядом и на минуту бы не задержалась, эта мысль не оставляла его, он всегда ждал от нее подвоха, даже там где его не было. Всегда ждал, что она сбежит, исчезнет. А уже после сегодняшнего у нее есть на это полное право. Нужно извиниться, прежде чем она исчезнет.
После очередного круга по номеру, Кира вспомнила о купленной бутылке вина. «Раз уж не получилось с хорошим вечером, так хорошенько напьюсь». Холодкова заказала сыр и фрукты в номер, и с провизией и вином обосновалась на террасе. Но даже великолепное вино не вернуло то ощущение радости.
— Вот идиот!
— Ты права, я идиот.
— Идиот и есть. Вино будешь?
— Отравленное?
— Да.
— Буду.
Саврасов сел на диван, наполнил бокал и пригубил.
— Что за яд?
— Сначала хотела стрихнин, но потом стало жалко тебя, слишком страшная смерть, так что умрешь во сне лет через сто.
"Всего лишь сделка" отзывы
Отзывы читателей о книге "Всего лишь сделка". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Всего лишь сделка" друзьям в соцсетях.