Поэтому я побежала.

***

Он притянул меня ближе к себе, его рука лежала у меня на талии.

— Не останавливайся, — сказал он.

С нами были другие люди. Девушка. Три других парня. Они были молоды, и я задалась вопросом, мимолётно, сколько мне лет.

— Выдёргивать её таким образом было ошибкой, — сказал другой темноволосый парень. Он был меньше ростом, чем тот, кто первым схватил меня, менее внушительным. — Я боюсь, какие это может вызвать последствия.

— Мы можем побеспокоиться об этом позже, — сказал мой парень. Не зная его имени, я начала думать о нём, как о своём. Казалось, что он знал меня, во всяком случае. — Прямо сейчас мы должны вывести её отсюда.

Звуки, не очень далеко, заставили нас остановиться. Мы свернули в пустой кабинет и ждали, пока ситуация не показалась безопасной.

— Как меня зовут? — спросила я светловолосого парня, находящегося справа от меня.

— Элизабет, — ответил он. Он указал на других, выпаливая как на духу их имена, прежде чем сказал своё, которое, по его словам, было Кас.

Я думала, что моё имя Пустота. Но это звучало менее знакомо, чем Элизабет, поэтому я поверила этому Касу, и решила, что, в любом случае, Пустота — ужасное имя.

— Мы твои друзья, — сказал ник. — Все остальные враги. Запомни это.

— Я запомню.

Мы повернули и направились вдоль стен, которые возвышались над моей головой, но не достигали потолка. Стены везде были одинаковые.

Где-то вдалеке кто-то закричал:

— Найдите их!

Это был женский голос. Голос показался мне знакомым.

Шшш. Это наш маленький секрет.

— Не останавливаемся, — сказал парень.

Мои ноги болели и мои плечи горели, а моя голова не переставала пульсировать, но замедление не представлялось как вариант. Поэтому я продолжала двигаться.

Когда мы завернули за угол, мужчина, одетый в черное, приблизился к нам, и девушка из нашей группы — Анна — взвела свой пистолет. Но она была недостаточно быстра. Кто-то ещё вывел из строя мужчину раньше нас.

Группа мужчин и женщин внезапно появилась из коридора. Я помнила то, что мне сказал Ник, что все остальные были врагами, и мгновенно застыла в его защитной хватке.

Трев заметил это и положил успокаивающую руку мне на плечо.

— Эти люди пришли, чтобы помочь. Они не наши враги.

Наша группа друзей слишком быстро разрасталась, и было слишком много людей, чтобы вести их учет.

Новоприбывшие люди были одеты в ничем не примечательную одежду — джинсы, фланелевые рубашки, ботинки — но у всех было оружие и соответствующий вид, полный решимости и желания отомстить, отпечатанный на их лицах.

— Я рад, что у вас получилось, — сказал Трев. — Нам может понадобиться помощь. — Он кивком указал на высокого мужчину, стоящего напротив. — Это Доктор Седвик, терапевт Элизабет.

Выражение лица Ника сменилось на удивление, поэтому я постаралась выглядеть удивленной тоже.

— Терапевт Элизабет — один из Отступников? — спросила Анна.

— Агги тоже была, — добавил Трев. — Чтобы прояснить ситуацию.

— Поговорим об этом, когда все закончится.

Терапевт шагнул вперед и изучил меня быстрым взглядом своих карих глаз. У него были добрые глаза.

— Слава Богу, с тобой всё в порядке.

— Да, — просто ответила я.

Линия его густых бровей резко нахмурилась. Он глянул на Трева.

— Скажи мне, что вы попали сюда вовремя. Скажи мне, что они не стёрли её.

Трев насупился.

— Мы нашли её, когда она прошла уже через половину процесса изменения памяти.

Терапевт громко выругался, и попытался скрыть дрожание нижней губы, с силой зажав свой рот. Он выдохнул через нос.

— Мне так жаль, Элизабет. Я исправлю это. Я клянусь. Они заплатят за то, что они сделали с тобой и с Агги.

Голоса прозвучали примерно в двадцати футах вдали, за которыми последовали быстрые удары ног.

— Мы должны идти, — сказал Ник.

— Мы прикроем вас. — Терапевт махнул своей группе, стоявшей впереди. — Удачи.

Наши группы разделились. Я взглянула через плечо на мужчину, когда он отступил, что-то стало изводить меня изнутри, когда он исчез за стеной.

Наш путь петлял через еще несколько коридоров, но, в скором времени, мы попали в засаду. Темноволосый парень с зелеными глазами убил мужчину голыми руками. Я втянула воздух.

Анна застрелила другого мужчину, и он рухнул на пол.

Другой мужчина быстро продвигался по коридору. Этот мужчина был крупнее, чем предыдущие, с сердитым видом на лице и несколько шрамов рассекало его челюсть.

Анна побежала, упав на колени, и скользнув по полу, ударила мужчину в коленную чашечку рукояткой своего пистолета. Он взвыл. Кас ударил его в лицо, а затем выстрелил ему в ступню.

Еще один упал.

Стены, которые выглядели совершенно одинаково, которые заманивали нас в свой лабиринт, исчезли. Мы повернули налево и прошли через открытую дверь.

Оказавшись внутри, я поняла, что это было складское помещение, со швабрами и вениками и заполненными архивными шкафами. Комната — а не её содержимое — казалась туманно-знакомой, словно это было место, о котором я мечтала.

— Я пойду первым, — сказал Сэм. Сэм, был тем парнем с зелеными глазами и с непроницаемым выражением лица. — Я подтяну девушек наверх.

Он запрыгнул на вершину архивного шкафа и подтянул себя внутрь отверстия в потолке. Вскарабкавшись, он развернулся, до тех пор пока он не смог высунуть голову обратно из отверстия.

— Элизабет следующая, — сказал Ник, и он подвел меня к архивному шкафу.

В дверном проеме возникла тень. Анна громко вскрикнула.

Выстрелил пистолет.

Парень, находившийся на потолке, ругаясь себе под нос, потерял хватку и выпал через отверстие, рухнул на меня и потянул меня вниз за собой.

Еще больше тел заполнило комнату. Еще больше врагов, одетых в черное. Битва разгоралась.

— Не стрелять, — приказала женщина. — Не навредите Элизабет!

Сэм заворчал и скатился с меня, оставляя за собой пятно чего-то красного на моей груди.

Пистолет упал на пол, скользнув по бетону, и остановился всего лишь в нескольких дюймах от меня.

Я потянулась к нему, взяла его в свою руку, и поднялась на ноги.

Все остальные — враги.

Я положила свой палец туда где должен находиться палец и нажала.


Глава 40

НИК

Агенты лежали на полу, клубок из ног и рук, кровь бежала ручьями по грязному бетону.

Сзади меня прозвучал выстрел, я практически мог почувствовать, как пуля разрезала воздух, покинув гнездо барабана, пролетая мимо меня, ударившись в грудь Доктора Тарроу.

Еще одна пуля. Затем еще одна.

— Все остальные — враги, — прошептала Элизабет, и затем начала дрожать.

Колени Доктора Тарроу подкосились. Она уставилась на свою дочь, её глаза были широко раскрыты и налиты кровью.

— Элизабет, — её голос надломился, когда кровь окрасила её белую лабораторную одежду в черное. Слезы бежали по её лицу. Она ухватилась за дверной косяк, и нахмурилась. — Я не враг тебе.

Ещё один финальный выстрел убил доктора, она повалилась, очередное тело на бетонном полу.

— Пошли! Пошли, — сказал Трев, когда он освободил дверь от тел и, хлопнув, закрыл её, подперев её складской метлой для надежности.

— Я пойду первым, — сказал я, так как Сэм был ранен в руку и едва ли мог удерживать себя вертикально.

Я запрыгнул на архивный шкаф и забрался в вентиляционную шахту, а затем развернулся, чтобы выглянуть обратно в чулан. Первой я принял Элизабет. Трев объяснил ей каким путем идти, и она начала ползти на четвереньках в направлении нашего освобождения.

Следующей была Анна.

— Дальше я помогу ей, — сказала она мне. — Не беспокойся.

Благодаря помощи Трева и Каса, мы справились с тем, чтобы затащить внутрь Сэма.

Кас поднялся следующим. Трев поднимался последним. Я закрыл за собой вентиляционную шахту.

Звук нашего перемещения отражался через вентиляцию, но чем дальше мы пробирались, тем больше в шахте пахло свежим воздухом и соснами. Когда крышка смотрового люка на уровне земли открылась, холодный воздух ворвался внутрь, и мои пальцы окоченели.

Когда я выбрался наружу, грязь начала хлюпать под ногтями и я глубоко вдохнул. Трев протянул мне руку, чтобы подняться. Это было довольно странным знаковым дерьмом, происходящим здесь, некоторые мосты были возведены и всё такое.

Я взял его руку и поставил ноги на землю.

За те часы, которые мы провели в лаборатории, небо почернело. Луны не было, были только серебристые звезды и качающиеся верхушки деревьев.

Кас закрыл вентиляционную шахту за нами.

— В какой стороне выход?

Трев указал налево.

— На востоке.

Элизабет обхватила себя руками, и выглядела потерянной. Я должен был держать себя в руках, находясь в лаборатории, но сейчас, снаружи, вблизи от освобождения, всё что случилось навалилось на меня.

Мы не добрались до неё вовремя, и они стёрли её воспоминания. Или, как минимум, частично стерли. Она застрелила собственную мать. Она даже не узнала её. Это будет воспоминанием настолько живым, что, когда оно вернётся, это разрушит её.

— Эй, — сказал я. — С тобой всё в порядке?

Она нахмурилась и пробежала зубами по нижней губе.

— Я не знаю. Я чересчур ... растеряна.