Перед домом были разбиты пестрые цветники. С другой стороны дома расстилался огромный изумрудно-зеленый газон, окаймленный живописным ручьем, у которого высился покосившийся голубой павильон. От дома в разные стороны разбегались липовые аллеи. Широкая аллея из голубых елей вела от ворот имения к самому крыльцу, и, собравшись с духом, Алексей направил по ней коня.

«Как говорится, двум смертям не бывать, а одной не миновать», – сказал он себе и отважно вступил во владения противника.


А между тем обитатели Ловцов давно подготовились к приему именитых гостей. В доме царил идеальный порядок, в вазах благоухали цветы, горничные сменили платочки и русские сарафаны на заграничные чепцы и нарядные розовые платья. Сам хозяин по такому важному случаю извлек из сундука дорогой фрак вишневого бархата, купленный в Первопрестольной лет десять назад, и повязал вокруг плотной шеи белоснежный шелковый платок.

Что же касается его дочерей, то они были одеты со всей тщательностью. На Елене было элегантное платье из темно-красного муара с черными кружевами. Лизу же, на которую делалась основная ставка, отец заставил облачиться в ее самый роскошный наряд: платье из голубой тафты, богато отделанное белоснежными кружевами, низкие кружевные перчатки и голубые атласные туфельки. В этот раз ее волосы были завиты, украшены заколкой эспри с перышками белой цапли, и в живописном беспорядке распущены по обнаженным плечам. В ушах трепетали каплевидные жемчужные сережки, изящное жемчужное колье украшало грудь, в руках она держала кружевной, расшитый золотыми узорами веер.

Словом, младшая дочь Михаила Потаповича Безякина выглядела так, будто собиралась отправиться на придворный прием. Впрочем, визит князя Тверского и был для ее отца тем же самым, чем стал бы для самого Алексея приезд императора в его особняк на Фонтанке. И ударить в грязь лицом смекалистый помещик не собирался.

Правда, в отличие от отца, Лиза была совсем не рада предстоящему визиту князя Тверского.

– Нет, ты подумай, – жаловалась она сестре, – из-за отцовской причуды мне придется целых полдня потратить на этого заносчивого князька! Да как только папеньке могла прийти в голову такая нелепая идея – пригласить его к нам на обед? Он испортил мне весь сегодняшний день.

– А по-моему, – с улыбкой возразила Елена, – ничего особенно неприятного в этом Тверском нет.

– Для тебя – может быть, но не для меня. Как вспомню ту ужасную погоню в лесу, мне становится дурно.

– Но ведь ты уже отомстила ему на балу, отказавшись пойти с ним танцевать. Разве этого не достаточно?

Лиза лукаво усмехнулась.

– Да уж, это была незабываемая сцена. Видела бы ты его лицо в тот момент! Он смотрел на меня так, будто был готов разорвать на части. Тем более удивительно, что он принял приглашение отца.

– Будь осторожна, – предостерегла Елена, – я подозреваю, что Тверской – не тот человек, который легко прощает обиды.

– Мне все равно, какой он человек, потому что мне от него ничего не нужно. Если я из-за чего-то расстраиваюсь, то только из-за того, что не поехала кататься и упустила возможность встретить Андрея. А все папенька виноват, – сердито заключила Лиза. – Он никак не оставит мысль выдать меня за богатого.

Елена глубоко вздохнула.

– Да, отец действительно слишком честолюбив. Однако мне кажется, – она нерешительно взглянула на сестру, – что твой выбор тоже не очень удачен. Андрей Тупицын…

– Ах, перестань! – раздраженно перебила Лиза. – Опять ты начинаешь, Элен? Мы ведь, кажется, условились, что ты не будешь больше говорить мне о недостатках Андрея. Я люблю его, и этим все сказано.

– Прости, но ты уверена, что это серьезное чувство? И что сам Андрей хочет этого брака, как и ты?

– Если не хочет сейчас, то захочет потом, когда я… О, черт! Кажется, приехал Тверской. – Досадливо прикусив губу, Лиза подхватила кружевной веер и несколько раз торопливо взмахнула им перед лицом. – Признаться, я до последнего надеялась, что этот визит не состоится. Но, видно, удача сегодня не на моей стороне.

– А, может, как раз на твоей? – поддела ее Елена. – Ладно, не дуйся, все будет хорошо. Это всего лишь обед, который скоро закончится.

Они едва успели подняться с диванов, как двери распахнулись, и в комнату в сопровождении Михаила Потаповича вошел Алексей.

– Прошу, ваше сиятельство, покорнейше прошу, – приговаривал Безякин, с важностью шествуя впереди гостя и широко разводя руками. – Мои драгоценные дочери уже заждались вас. С тех пор, как получили ваш ответ, только и спрашивают: «Ах, когда же приедет этот красавец кавалергард?» – Михаил Потапыч довольно рассмеялся.

Лиза вспыхнула, услышав столь откровенную ложь. Алексей заметил ее смущение и насмешливо ухмыльнулся, что привело девушку в настоящее бешенство. Но делать было нечего: пришлось изобразить радушие, присесть в реверансе и позволить Тверскому поцеловать руку. После обмена банальными любезностями Михаил Потапович пригласил князя осмотреть парадную часть дома.

– Я просто вне себя, – прошептала Лиза, когда отец с гостем перешли в соседнюю комнату. – Ты видела, как он посмотрел на меня после папенькиного вранья? Это немыслимо!

– Не принимай близко к сердцу.

– Да как тут оставаться спокойной?! Разве не очевидно, что папенька решил сосватать меня за этого противного Тверского?

– Да, но это совсем не означает, что его затея увенчается успехом. Не забывай, что Тверской – один из лучших столичных женихов. К тому же, у него вполне может быть в Петербурге невеста.

Лиза быстро взглянула на сестру и сосредоточенно нахмурила брови.

– Пожалуй, ты права, – задумчиво протянула она. – Вряд ли знатный и богатый аристократ заинтересуется дочерью уездного помещика. Что ж, тем лучше. Хорошо, я последую твоему совету и не стану принимать близко к сердцу. В конце концов, это всего лишь гость, который скоро уедет назад, в свой Петербург!

От Алексея не укрылось, что, как только он повернулся к Лизе спиной, она тотчас бросилась к сестре и что-то возмущенно зашептала ей на ухо. Сознание того, что ему удалось так легко вывести дерзкую девицу из себя, улучшило его настроение, и он принялся с живейшим интересом осматривать дом.

Парадных комнат оказалось пять, и из каждой открывался прелестный вид на разные уголки парка. В середине анфилады находился парадный зал, или, точнее, зальчик, потому что назвать залом помещение, равное малой гостиной петровского дворца, было трудно. Стены этой комнаты затягивали розовые штофные обои, на окнах висели красновато-коричневые шелковые портьеры. Мебель мореного дуба имела несколько кустарный, но в целом неплохой вид. Слева от зальчика находились синяя столовая и зеленая бильярдная. Справа – желтая гостиная со старомодным роялем и небольшой угловой будуар.

Эта комната являлась совместным владением сестер и была довольно мило, хотя и немного старомодно отделана. На стенах – белые ситцевые обои с набивными розочками, на окнах – голубые сатиновые занавески. Таким же сатином были обиты диван и несколько стульев с прямыми спинками – явный показатель того, что в комнате не только отдыхали, но и работали. В дальнем уголке ютился круглый чайный столик, покрытый белоснежной скатертью с кружевами. На подоконниках теснились горшки с геранью, алоэ и домашней розой, усыпанной нежными розовыми бутонами.

«И любят же они розовый цвет, – с добродушной иронией подумал Алексей. – Мечтательные барышни!»

На глаза Алексею попались пяльцы с неоконченными вышивками, и он живо представил, как Лиза с Еленой сидят в этой прелестной комнатке, вышивая салфетки и весело болтая о всяких женских пустяках. Невольно в памяти Алексея всплыл будуар Анастасии Белозерской, пропитанный запахом чувственных духов, и воспоминание почему-то вызвало у него неприятное чувство. Он вдруг осознал, что за последнюю неделю ни разу не вспомнил о любовнице, и это слегка озадачило его. Сказать по правде, он никогда не давал себе труда задуматься, любит ли эту женщину по-настоящему, но все-таки… Все-таки выходило нехорошо.

– А теперь, ваше сиятельство, прошу к столу, – объявил Михаил Потапович, довольный тем, что знатный гость с таким почтительным вниманием слушал его объяснения. – Конечно, мы люди простые, и все у нас не так, как у вас в Петербурге. Но уж не взыщите, батюшка: чем богаты, тем и рады.

Они вернулись к дамам и уже собрались перейти в столовую, когда двери распахнулись и в зал вошел еще один гость. Лица всех присутствующих вытянулись от изумления.

– Его сиятельство граф Сергей Юрьевич Воронцов, – с опозданием пропищала горничная.

Алексей едва не присвистнул от такого сюрприза. Но в следующий момент уже понял, что к чему. Его приятель приехал в Ловцы, чтобы увидеть Наташу, имевшую неосторожность назваться родственницей Безякиных.

– Какая неожиданная радость! – воскликнул Михаил Потапович, устремляясь навстречу графу. – Вот уж, ваше сиятельство, не думал, не гадал. Позвольте узнать, чему обязан счастью видеть вас в Ловцах?

– Да вот, – отвечал Сергей, улыбаясь чуть растерянной и смущенной улыбкой незваного гостя, – надоело, знаете ли, сидеть взаперти. Решил навестить ближайших соседей.

«Ничего себе ближайшие соседи, – насмешливо подумал Алексей. – Как минимум двадцать верст».

– И правильно, правильно сделали, – с живостью подхватил Михаил Потапович. – В вашем ли прекрасном возрасте жить отшельником! Позвольте познакомить вас с моими дочерьми.

– Да мы уже, кажется, были представлены… на каком-то вечере у предводителя. – Во взгляде Сергея отразилось непередаваемое изумление, когда он, наконец, заметил Алексея. – Тверской? Глазам своим не верю! Ты… здесь? Вот так встреча!

Алексей шагнул ему навстречу, и приятели крепко обнялись. Начались удивленные восклицания, расспросы, и вскоре вся честная компания переместилась в столовую. Михаил Потапыч уселся во главе стола, а гостей рассадил по обе стороны от себя, так, что Тверской оказался рядом с Лизой, а Воронцов – с Еленой. Алексей было обрадовался, но, заметив, что Лиза «выпустила шипы», решил оставить ее до поры до времени в покое.