Остановитесь.

___

Вы не можете.

___

Вы серьезно?

___

Поппи, почему?

Дышать становится нечем. Я должна ответить.

Вы думаете, я могу просто взять и уйти? 200 человек сидят в ожидании.

Сэм немедленно выстреливает в ответ:

По-вашему, он вас любит?

Верчу кольцо из золотых прядок. Любит ли меня Магнус? И что такое вообще любовь? Никто этого в точности не знает. Никто не может дать ей определение. Никто не может доказать, что любит кого-то. Но если жених выбирает кольцо в Брюгге специально для тебя, то это хорошее начало, верно?

Да.

Скорее всего, Сэм был готов к такому ответу, потому что его реплики появляются стремительно.

Нет.

___

Ошибаетесь.

___

Остановитесь. Остановитесь. Остановитесь.

Мне хочется закричать на него. Это несправедливо. Он не должен говорить этого сейчас. Он не способен переубедить меня.

И что я должна сделать???

Тут дверь открывается. Входит преподобный Фокс, а за ним Тоби, Том, Анна Лиза и Руби. Все говорят разом, перебивая друг друга.

— О боже! Вот это пробка! Я думала, мы из нее никогда не выберемся…

— Да, но без вас не начали бы. Вы ведь не на самолет опаздывали.

— Ага, от них такой подлянки запросто можно ждать. Однажды выкинули мой багаж, потому что я примеряла джинсы и не слышала объявления…

— Здесь есть зеркало? Мне нужно подкрасить губы…

— Поппи, вот печенье…

— Да не хочет она печенья! Она должна быть само изящество! — в ужасе кричит Анна Лиза. — Что случилось с твоей вуалью? А с платьем? Почему все смято?! Дай я…

— Все хорошо, почти миссис? — Руби обнимает меня, а Анна Лиза дергает за шлейф. — Готова?

— Я… Думаю, да.

— Выглядишь супер. — Тоби хрустит печеньем. — Куда лучше, чем было. Эй, Феликс хочет быстренько поприветствовать тебя. Ты не против?

Все суетятся вокруг меня, а я чувствую себя беспомощной куклой. Даже двинуться не могу, потому что Анна Лиза все возится со шлейфом. Телефон снова бикает, и преподобный Фокс тут же подает голос:

— Пожалуй, телефон лучше выключить?

— Давай он пока побудет у меня, — тут же предлагает Анна Лиза.

Я смотрю на телефон. Новое сообщение от Сэма. Ответ на мой вопрос. Но стоит ли читать его сейчас, за минуту до того, как направиться к алтарю? Вот я здесь, в церкви, в окружении братьев и подруг… Это моя настоящая жизнь. А не человек, с которым я общаюсь при помощи эсэмэсок. Пришло время расстаться с ним. Оборвать эту нить.

— Спасибо, Анна Лиза.

Выключаю телефон и смотрю, как гаснет экран. Вот и все. Теперь это просто мертвая металлическая коробочка. Отдаю ее Анне Лизе.

— Какая-то ты скованная… — говорит подруга.

— Все нормально.

— Эй, отгадайте, что произошло! — Это Руби. — Забыла сказать, у нас появился очень знаменитый пациент! Тот самый бизнесмен, о котором постоянно говорят в новостях. Сэр Николас… как его там?

— Сэр Николас Мюррей? — недоверчиво спрашиваю я.

— Он самый, — сияет она. — Позвонила его помощница и записала ко мне на процедуры! Сказала, что меня порекомендовала одна особа, чье мнение он ценит очень высоко. И кто только это мог быть, как ты думаешь?

— Я… понятия не имею.

Я тронута. И испугана. В жизни не думала, что сэр Николас прислушается к моим рекомендациям. Как я встречусь с ним? Что, если он упомянет о Сэме? Что, если…

Нет. Хватит, Поппи. К тому времени, как ты снова увидишься с сэром Николасом, ты уже будешь замужней женщиной. И тот странный небольшой эпизод окажется в прошлом. Все будет хорошо.

— Скажу органистке, что можно начинать, — говорит преподобный Фокс. — Займите свои места в процессии.

Анна Лиза и Руби встают позади меня, Том и Тоби — по бокам, держат меня под руки. В дверь стучат, и в комнатку просовывается совиное лицо Феликса, брата Магнуса.

— Поппи, выглядишь потрясающе!

— Спасибо! Входи!

— Просто хочу пожелать тебе счастья. — Он приближается ко мне, осторожно огибая широкий подол платья. — И сказать, что я вне себя от радости. Мы все ужасно рады, что ты станешь членом нашей семьи. Мои родители считают тебя классной.

— Правда? Оба?

— Ага! — Он энергично кивает. — Они без ума от тебя. Так испереживались, когда ты сказала, что свадьба отменяется.

— Отменяется? — звучит изумленный хор из четырех голосов.

— Ты отменяла свадьбу? — дергает меня за руку Том.

— Но когда? — волнуется Анна Лиза. — Поппи, ты нам ничего не сказала. Почему?

Прекрасно. Как раз то, что мне нужно: массовая истерика в исполнении родственников и подруг.

— Это было минутное сомнение. Просто сдали нервы.

— Мама устроила Магнусу так-у-у-у-ю взбучку. — Глаза Феликса весело смеются за стеклами очков. — Кричала, что он дебил и никогда не найдет никого лучше тебя.

— Правда? — заливаюсь румянцем я.

— Ага. Просто взбесилась. Даже швырнула в него кольцом.

— Швырнула фамильным кольцом?

Это ведь страшно дорогое кольцо, Ванде не следует швыряться такими ценностями.

— Да нет, золотым колечком. Этим вот. — Он кивает на мою руку. — Угодила Магнусу прямо в лоб. Круто, правда?

Феликс хохочет.

— Я думала… Думала, Магнус купил его в Брюгге.

Феликс удивлен.

— Это мамино кольцо. Было мамино.

— Так. — Облизываю пересохшие губы. — Феликс, что произошло? Расскажи мне всю историю, только ничего не пропускай.

— Ну… Мама велела Магнусу больше не соваться к тебе с тем кольцом. Достала откуда-то золотое колечко и объявила, что не переживет, если ты не станешь ее невесткой. А тут папа встрял: «И чего так дергаться, все равно у Магнуса духу не хватит жениться». А Магнус заорал, что они его достали, и тут все стали кричать, ну как обычно, а потом… нам принесли заказ из ресторана. — Он моргает. — Вроде бы все.

Анна Лиза тут же высовывается из-за моей спины:

— Так вот почему у тебя другое кольцо. А я всегда говорила, что изумруд не твой камень.

Это кольцо Ванды. Еще одно кольцо Ванды. Магнус вовсе не купил его специально для меня. Поднимаю руку к лицу и точно в тумане разглядываю кольцо на пальце.

— Ладно, увидимся! — говорит Феликс и выходит из комнатки.

— Увидимся… — шепчу я.

— Готовы? — Это преподобный Фокс.

Мы входим в церковный зал. Меня встречает восхищенный гул. Кругом цветы, покачиваются дамские шляпки. Вижу на том конце прохода Магнуса.

Желудок делает кувырок. Я не могу… Мне нужно время подумать…

Но времени у меня нет. Звуки органа набирают силу. Торжественно вступает хор. Преподобный уже рядом с Магнусом. Свадебная церемония началась, и я — ее героиня.

— Смотри, чтобы она не споткнулась, — хихикает один из моих братцев.

И вот мы идем по проходу, гости улыбаются мне, я бы и рада ответить им безмятежно счастливым взглядом, но мои мысли столь же безмятежны, как частицы в Большом адронном коллайдере.

Это не имеет значения… это всего лишь кольцо… я слишком остро реагирую…

Но он солгал мне…

Нет, вы только посмотрите на шляпку Ванды…

Музыка чудесная, Люсинда правильно сделала, что пригласила хор…

Я двигаюсь плавно? Черт. Невеста не должна ковылять и спотыкаться.

Хватит, Поппи. Взгляни на вещи шире. У тебя прекрасные отношения с Магнусом. Не так уж важно, сам он купил тебе кольцо или нет. А что касается Сэма…

Стоп. Забудь Сэма. Будь реалисткой. Это твоя свадьба. Сосредоточься.

Я сделаю это. Я могу это сделать. Да. Да. Давай!

Почему у Магнуса все лицо в испарине?

Когда я подхожу к алтарю, эта мысль вытесняет все прочие. Выглядит Магнус ужасно. Если уж я кажусь больной, то у него не меньше чем острый приступ малярии.

— Привет. — Он криво улыбается мне. — Ты прекрасна.

— С тобой все хорошо? — шепотом спрашиваю я, передавая букет Руби.

— А почему бы и нет? — бормочет он невпопад.

Музыка смолкает, и преподобный Фокс расплывается в широченной улыбке. Похоже, он обожает свадьбы.

— Возлюбленные мои, мы собрались здесь, перед лицом Господа…

Слышу знакомые слова, которым вторит гулкое эхо, и чуть прихожу в себя. Вот оно. Вот чего я так ждала. Клятвы. Древние, магические слова, которые столько раз звучали под этими сводами…

Да, может, мы и не безупречная пара, и поссорились перед свадьбой. Но разве бывают идеальные пары?

— Магнус. — Преподобный Фокс поворачивается к жениху, и вся церковь замирает. — Берешь ли ты эту женщину в свои законные жены, чтобы жить с ней по Божьему установлению в святом браке? Будешь ли ты любить, утешать и почитать ее и заботиться о ней в болезни и здравии и, отказавшись от всех других женщин, хранить себя только для нее одной, пока смерть не разлучит вас?

Глаза у Магнуса будто стеклянные, он пыхтит, словно готовится преодолеть марафонскую дистанцию.

— Магнус?

— О'кей, — отвечает он чуть слышно. — О'кей. Сейчас. Я могу сделать это. — Он сильно, глубоко вдыхает и громким, театральным, возносящимся к потолку голосом гордо провозглашает:

— Согласен.

Согласен?

Согласен?

Он не слушал?

— Магнус, — шепчу я, — ты должен ответить не так.

Магнус явно ничего не понимает.