– У меня все схвачено, я гусаром наряжусь! – крикнул Борька.

– Ага! Поручиком Ржевским! – брякнул Максим. – «Господа, – довольно удачно сымитировал он голос Шустова, – по этому поводу анекдотец!»

Все засмеялись.

Обиженный Борька бросился к нему с задней парты, его перехватил Колька, сгреб сзади за рубашку и вернул на место.

– Ну, что ж. Со вторым вопросом, я думаю, мы тоже разобрались, – заметил Кахобер, привыкший к подобным штучкам своих «бэшек». – Напоминаю: костюмы должны быть у всех. Иначе не удастся попасть на дискотеку.

– А учителя тоже будут в костюмах?

– Обязательно.

– А на вас какой будет? – пристали ребята.

– Оригинальный. Это все, что вам удастся из меня вытянуть, – предупредил Кахобер.

Тут в дверь постучались.

– Можно?

В класс вошел незнакомый мужчина средних лет. Ребята переглянулись: это еще что за фрукт?

– Это наш новый психолог Дмитрий Дмитриевич Романов, – ответил на немой вопрос Кахобер Иванович. – В нашем классе будет проведен один научный эксперимент.

– А нас спросили? Может, я не желаю быть подопытным шимпанзе для чьей-то диссертации, – недовольно проворчал Борька Шустов.

– Не будь, – приятным баритоном сообщил новый психолог школы. – В этом безболезненном эксперименте примут участие только добровольцы.

– Тогда другое дело. Я согласен!

Ира неодобрительно покачала головой. Борька иначе не мог, таким уж уродился. Если ему запрещали, он обязательно делал по-своему. Если разрешали, он все равно делал по-своему, но все же начинал при этом думать.

– В чем суть эксперимента? – уточнил он.

– Я раздам вам анкеты, вы их заполните, ответите на все вопросы теста, надеюсь, искренне и без всяких глупых острот, помня о том, что мы занимаемся серьезной работой. А после я их соберу, обработаю и получу результат.

– Ясно как божий день. Тест на интеллектуальное развитие, – буркнул Максим Елкин.

– А когда мы узнаем об этом результате? – опять встрял Борька.

– Вы? Вы узнаете о нем в конце учебного года.

– Ни фига ж себе! – возмутился он. – Столько ждать!

– Еще не поздно передумать.

– Я своих решений не меняю! – с пафосом заявил Шустов.

«Надо же! – невесело усмехнулась Ира. – Шустов своих решений не меняет!»

Через минуту классный всех отпустил.

– Максим, Борис, задержитесь.

– Сейчас он их пороть будет, – подметила сообразительная Аня, выходя в коридор.

Она взяла Иру под руку, потому что Ваня уже убежал на тренировку в спортзал и его поблизости не наблюдалось. Лапушка, как любовно называли в школе преподавателя физкультуры, организовал новую секцию – по вольной борьбе. Старшеклассницы, тайно страдающие по молодому физкультурнику, все поголовно жалели, что не могут в нее записаться. Согласитесь, как-то неженственно кидать через плечо парней. А вот Ваня с удовольствием принялся осваивать сложные приемы.

– А знаешь из-за кого весь сыр-бор? – Ира посмотрела на Аню, уверенная в ее реакции. – Из-за Серовой. Максим признался.

– Да ну! – Анька вспыхнула как свечка. – А она знает?

– По-моему, не догадывается.

– Так надо же ее просветить!

– Доверяю это ответственное задание тебе.

– А ты?

– А у меня Школа.

– Я и забыла. Тогда я к тебе вечером заскочу, расскажу, как тут и что.

Аня убежала, а Ира оделась и пошла домой.

Да, у нее Школа, но прежде…

9

Ира набрала воздуха в легкие, приклеила на лицо улыбку и постучала в дверь:

– Можно?

– Можно, – ответил Егор.

Она шагнула через порог, словно ступила на тонкий лед.

– Ты? Привет! – Егор обрадовался, и, кажется, вполне искренне. – Опять директора навещала?

– Нет. Его завтра выписывают. Чего ему надоедать? – Ира бодро подошла к кровати. – Я к тебе!

– Правда? – Бровь Егора эффектно изогнулась. – Тогда присаживайся, – предложил он.

Сегодня он был гладко выбрит и благоухал классным парфюмом. Если вдуматься, все правильно, он же свою девушку ждет. Причем не первый день. Ира вздохнула, не хотелось портить парню настроение, но…

– Отчитаться пришла за данное поручение. Понимаешь, записку я передала… – С этого места Ира начала придумывать историю, в общем, уверенно врать. Егор слушал внимательно. А Ира врала и наблюдала за ним. Непохоже, чтобы он так уж сильно расстроился, хотя пару раз его брови сдвинулись и на скулах заиграли желваки.

– Спасибо. Я всегда знал, что на тебя можно положиться, – поблагодарил он в конце. – Значит, Жанна улетела в Америку.

– Контракт! – напомнила Ира.

– Что ж, так устроена жизнь. Постоянно приходится выбирать: что сделать, как поступить.

«Да, выбирай, но осторожно выбирай», – поддакнула Ира про себя, хорошо его понимая.

– Ну вот, я тебе все рассказала, – произнесла она вслух. – Пойду?!

– Ты спешишь?

– Полчаса еще есть в запасе, – призналась Ира.

– Посиди со мной, – попросил Егор и взглянул на папку, пристроенную возле ее ног. – Ты, я смотрю, тоже свой выбор сделала? В архитектурный?

– Пока хожу на занятия в Школу искусств. Но к апрелю нужно определиться. Если решусь, то буду в архитектурный колледж поступать.

– Значит, после девятого уйдешь из школы?

– Так ведь многие уйдут. Кто по собственной воле, а кто по желанию учителей. Борьку Шустова выпрут, и отец не поможет, если он не подтянется.

Егор добродушно усмехнулся:

– Как там, в школе?

– Шумит!

Ира рассказала парочку новостей, потом решила развеселить его историей о классном часе. Она старательно отводила взгляд от неподвижных ног Егора. Он ни разу не поменял положения. Лежит себе и разговаривает как ни в чем не бывало. И если не знаешь, ни о чем и не догадаешься. Но Ира-то ведь знала и понимала, почему он не хочет видеть никого из знакомых и почему он сделал для нее исключение. Ему же скучно, а она случайный человек, оказавшийся рядом. И еще ее волновал этот консилиум, а спросить Егора она не могла.

– Что же ты все о других да о других, – перебил ее вдруг Егор. – Как у тебя у самой-то дела?

– Хорошо.

– «Хорошо» надо говорить бодрее, а «весело» – веселее, – заметил Егор, слегка видоизменив фразу из кинофильма.

– Я не знаю, что о себе рассказывать.

– Ну, расскажи, к примеру, как твой Илья в Италии поживает.

– Поживает, – неопределенно отозвалась Ира и удивленно взглянула на Егора. – А кто тебе сказал, что он в Италии?

– Не помню. – Егор покосился на нее. – Кажется, Толик Агапов. Мы с ним иногда видимся, поддерживаем отношения.

– А с Максом Орловым? – спросила Ира. – Вы с ним по-прежнему не разлей вода?

– Уже нет. Мы с ним крупно поговорили после того случая со Светкой, и на этом наша дружба закончилась.

– Надо же! – одобрительно произнесла Ира. – Я не знала.

– А зачем об этом кому-то знать? Это наши мужские дела.

– Наверное.

«Жизнь человеческая окутана тайнами», – подумала Ира. У Егора сейчас своя тайна, у Иры – своя. Прошлой весной у Светы Красовской была своя тайна. Но если что-то известно одному человеку, то об этом рано или поздно будут знать все, ну если не все, то многие… Вот так и Егор стал случайным обладателем тайны, что Света покупала тест на беременность. Спьяну он сболтнул об этом Максу Орлову, о котором у Иры остались неприятные воспоминания: слизняк, а не парень. И Макс лишний раз подтвердил ее мнение на свой счет. Он стал приставать к Свете, проходу ей не давал своими наглыми шуточками, ей даже пришлось из школы уйти. Егор, когда протрезвел, сообразил, куда его занесло. И кажется, попытался исправить свою ошибку. Это не умаляло его вины в той неприятной истории, но все-таки вселяло уверенность, что парень не безнадежен.

– Знаешь, Ир, я все время хотел попросить у тебя прощения. Слишком много за мной грехов накопилось: и Светка, и тот новогодний вечер, и спор этот идиотский.

Ира едва удержалась на стуле. Егор что, ясновидящий?!

– Той зимой у меня все шло шиворот-навыворот. – Егор нахмурился. – Я словно с цепи сорвался. Понимал же, видел, что нельзя так с тобой, а все-таки…

– Это уже давно прошло, – перебила Ира. – И быльем поросло!

– Нет, не мешай, мне нужно выговориться! – отказался он от ее великодушного подарка. – У меня после этой аварии словно внутри что-то сломалось. – У Иры поползли мурашки по спине. – Я подумал: что я за человек? Живу на всем готовом, как у Христа за пазухой. Озабочен всего лишь одной проблемой: как беззаботно, весело, наслаждаясь жизнью, провести свободное от учебы время…

Егор говорил торопливо, сбивчиво, а Ира удивленно слушала. Неужели этот открытый взволнованный парень – тот самый Егор Тарасов, который раньше отмахивался от всего с беззаботно-нахальной ухмылочкой?

А потом – Ира и сама не понимала, как это у нее получилось, – она пожаловалась Егору, что Илья собирался приехать к ней на Новый год, а теперь вот не приедет. А Егор в ответ прикоснулся к ее руке, как в прошлый раз, и сказал:

– Не расстраивайся. Знаешь, как строители говорят: «Если фундамент надежный, крепкий, все остальное можно исправить».

– А если ненадежный?

– Тогда лучше начать строить заново на новом месте.

– Это легче сказать, чем сделать.

– Верно, – согласился Егор. – Но кто тебе обещал, что в жизни все будет легко?

Их взгляды встретились.

– Прости, мне пора бежать, – сказала Ира, немного смущенная тем пониманием, которое внезапно возникло между ними.

– Придешь еще? – спросил Егор.

– Если хочешь.

– Хочу. А когда тебя ждать?

– Завтра. Нет, послезавтра. Завтра я буду к заключительной контрольной по алгебре готовиться, – пояснила Ира.

– Желаю написать на пять!

– Ой, я тебя умоляю! У меня – и пять?

– А что, такое невозможно?

– Возможно, но только не в этой жизни!

Егор рассмеялся: