— Из-за денег, — мрачно сообщил ей Джейсон. — Деньги и зависть длиною в человеческую жизнь.

Печаль избороздила его лицо морщинами, и у Каролин от боли сжалось сердце.

— Я расскажу тебе об этом. Я слышал признание Хью. Констебль и его помощник оставили их. Джейсон поднялся и прошел к горке у дальней стены.

— Мне бы не помешало выпить. А тебе чего-нибудь налить?

Каролин покачала головой.

— Нет? Не важно, я все равно и тебе налью. Это необходимо. Сегодня ты пережила настоящий шок.

— Так это все время был Хью? Как он это делал?

— Когда Синтия сбежала с Деннисом Бингемом, который во всем этом деле оказался жертвой, Хью уже отбыл в Вест-Индию, где и нашел тебя. Синтия намеренно оставила такие следы, которые лишь слепец мог не увидеть, и заказала рейс на имя Бингема. Но они, конечно, никуда не ездили. Если бы я не пребывал в такой ярости и не привык к вечной беспомощности Синтии в делах житейских, то непременно заподозрил бы неладное. Уж больно легко оказалось идти по их следу. Когда я прибыл на остров, Хью, должно быть, уже напал на тебя. Тогда ему ничего не оставалось делать, как возвращаться домой и готовить новое покушение.

— Но как он ухитрялся подкладывать мне в пищу мышьяк?

Джейсон нахмурился.

— Это делала для него Бонни.

— Бонни?! — задохнулась Каролин. — Нет!

— Очевидно, за долгие годы ее любовь к Синтии превратилась в манию. Я виню себя в том, что не слишком много придавал ей значения. Мне не следовало допускать к воспитанию Лорел столь неуравновешенную женщину. Но Синтия так настаивала, да к тому же девочка в то время пребывала в таком расстройстве. Я думал, что, если здесь будет ее старая няня из родного дома, она скорее примет Лорел. Сэр Невилл уволил Бонни, и та по-рабски была благодарна Синтии за то, что она взяла ее к себе. Она верила всему, что говорила ей Синтия. Как бы там ни было, Синтия и Хью сумели убедить ее в том, что она правильно поступит, если отравит тебя. Это, видите ли, помогло бы ее разлюбезной «мисс Синди». А раз так, то совесть ее была чиста.

— Мне так трудно в это поверить! Я думала, ты пытался меня отравить. Я отказывалась верить этому, но все было против тебя. А когда сегодня утром я увидела лошадь у дома викария, то чуть не умерла.

— У дома викария? — выдохнул Джейсон. — За что ни возьмись, я везде вел себя не правильно. Все было на руку Хью. Понимаешь, я знал, что кто-то пытается тебя убить, но не установил еще, кто именно. Ты подозревала меня. Умом я понимал это, но сердцу было больно. Мне нужно было выяснить, что происходит. Таким образом, я составил план, по которому убийца рано или поздно выдал бы себя. Я сделал вид, что уехал в Лондон, чтобы убийца думал, что ты одна дома и абсолютно беззащитна, — хотя, надо сказать, я нанял Уилсона для твоей охраны. Оставаясь в тени, я выжидал, чтобы поймать его с поличным. Я провел ночь в комнате наверху, чтобы в случае необходимости прийти тебе на помощь.

— Так это был ты! — рассмеялась Каролин, но смех ее прозвучал несколько истерично. — Ты даже не можешь себе представить, что я передумала: и ополоумевших родственников, и все на свете!

— Ты слышала меня?

Она кивнула.

— Кто-то пытался открыть мою дверь, и это разбудило меня. Чуть позже я услышала шум у себя над головой. Тогда я заподозрила, что на третьем этаже кто-то есть.

— Я проверял, заперла ли ты свою дверь. Я все испортил. Как настоящий идиот, я первым долгом отправился к Хью и посвятил его в свой план. Конечно, он ухватился за него. Для его целей он был просто идеален. Я солгал насчет поездки в Лондон. Хью и Нельсон могут подтвердить это. Сент-Джон заехал к тебе, проник в кабинет и стащил один из дуэльных пистолетов, — оставив при этом на письменном столе любовную записку от Марка Симмонса. Все эти годы я считал кузена лучшим другом. Мы и с Марком прекрасно ладили, и я не мог подумать, что он вступит из зависти в любовную связь с моей женой и будет строить планы, как расправиться со мной. А Хью… Он признался, что нарочно потерял меня в лабиринте еще в детстве…

— Но не проще ли ему было просто убить тебя без всяких ухищрений?

— Хью не так прост, чтобы сразу убивать. Он прежде всего хотел унизить меня. Кроме того, они хотели избавиться и от тебя. Титул и Браутон-Курт перешли бы по праву наследования к Хью, но все остальное досталось бы Лорел и жене. Я не хотел, чтобы в случае моей смерти Синтия полностью распоряжалась моими деньгами. Таким образом, я создал для Лорел некий имущественный фонд — фонд вверенного попечения на тот случай, если опекуном станет Синтия. Распоряжаться фондом предстояло трем людям: служащему банка, моему доверенному лицу и Хью. В случае смерти Синтии опекуном Лорел должен был стать Хью, причем без всякой доверительной собственности. Как видишь, я никогда не боялся, что он потратит деньги Лорел. Но они хотели получить и твои деньги!

— Мои деньги? — удивилась Каролин. — Но у меня нет никаких денег.

— Как раз-таки есть, и немало! Сэр Невилл несколько месяцев назад порвал с Синтией, каким-то образом узнав о ее супружеских изменах. Он вычеркнул ее имя из своего завещания и все оставил тебе. Об этом он сообщил Синтии. Именно тогда у Хью родился этот план, уже тогда были использованы связи с Симмонсом и Бингемом, а также многими другими, как дымовая завеса, чтобы прикрыть собственную связь. А с Бингемом Синтия бежала в Германию, где немедленно бросила его. Там, взяв твое имя, она и жила, пока ты здесь притворялась ею. После смерти сэра Невилла она приехала в Англию, чтобы забрать свои деньги. Они отчаянно пытались убить тебя сразу после смерти отца. Они боялись, что ты разгадаешь их план, как только узнаешь, что наследство перешло к тебе, а не к Синтии. Но, как многие корыстолюбивые люди, они переоценили твой интерес к деньгам. Они и представить себе не могли, что деньги волнуют тебя мало, так мало, что ты даже не полюбопытствовала насчет завещания отца.

Каролин вскинула голову, сердце ее учащенно забилось.

— Но ты же знал об условиях завещания, скажи, ты тогда же и прознал, что у Синтии есть близнец?

— Да! До того самого момента я ужасно мучился. Я не мог поверить, что я такой дурак, что вновь влюбился в Синтию, зная, какая она расчетливая и лживая шлюха. Все же я просто сгорал от любви. Мне приходилось уезжать из дома, чтобы не видеть тебя и не прикасаться к тебе. Ты не такая, как Синтия, я видел разницу, но так как я не знал, что у моей жены есть сестра-близнец, то мне и в голову не приходило, что ты — другой человек. Я не мог поверить, что Синтия так изменилась, стал думать, что она что-то замышляет. Когда же зачитывали завещание сэра Невилла, поверенный объявил, что все состояние переходит Каролин Мейбри, сестре Синтии Сомервилл. Я терялся в догадках, но там была Элизабет, которая с радостью сообщила мне о необузданной молодой девчонке, бросившей ради любви и семью, и богатство. Тогда я понял, что ты и была эта девчонка!

— О Джейсон! — проглотила горячие слезы Каролин. — Мне так стыдно, что я обманула тебя. Сначала мне казалось, что у меня есть оправдания. Позже я испытывала ужасные угрызения совести и чувствовала себя виноватой, но я просто не могла тебе рассказать все сразу!

— Но почему?

Джейсон подошел к ней и опустился на одно колено. С искренним выражением лица взял он ее руки в свои.

— Почему ты не сказала мне? Я ждал, надеясь, что ты откроешь мне правду.

— Я так боялась, что ты возненавидишь меня. Когда ты увидел меня в захудалой театральной труппе, ты проникся отвращением ко мне. Ты презирал Синтию за ее безнравственность, и я полагала, что ты будешь презирать меня за то, что я легла с тобой в постель, не будучи твоей женой. Я была уверена, что ты выбросишь меня из дому, как только узнаешь, кто я. Но я не смогла вынести расставания!

— Почему?

— Ты должен знать почему: потому что я люблю тебя!

— А тебе не приходило в голову, что и я тебя люблю? Меня совсем не волновало твое прошлое актрисы. С тобой в постели я обрел утраченный было рай. Так неужели мне презирать тебя за это? Я люблю тебя, Каролин.

— Нет, ты любил Синтию!

— Свою любовь к Синтии я утратил много лет назад, если она вообще существовала. Я полюбил женщину, которая вернулась со мной из Вест-Индии. Ты помнишь, когда я в первый раз сказал тебе о своей любви.

— Конечно, помню, — быстро проговорила Каролин. — В день папиных похорон, как только зачитали завещание.

— Точно. В ту минуту я понял, что передо мной не Синтия, а Каролин. И теперь я принял решение: мы поженимся. На суде Хью все станет известно. Мы не станем больше притворяться: ты не Синтия! А потом мне хочется называть тебя твоим настоящим именем.

— Но Джейсон, подумай о скандале!

— Да, сплетникам будет раздолье. Но наши настоящие друзья, такие как Джек и Флора, не отвернутся от нас. Что же касается меня, то я хочу жениться на тебе неприлично быстро. У меня нет намерений жить с тобой врозь еще целый год, чтобы соблюсти условности.

— В самом деле? — ослепительно улыбнулась Каролин. — Ты и вправду так думаешь?

— Да, ты для меня — все!

— Видно, действительно любишь, — рассмеялась она, — раз говоришь об этом сейчас, когда я вся вымазана грязью, а волосы торчат в разные стороны.

— Ты никогда не была для меня более желанной!

— Джейсон! — Каролин вся растаяла в его руках.

— Любовь моя, — сказал Джейсон и поцеловал Каролин.