Наступая на ноги пассажиров и не извиняясь, Хани бросилась к задней двери последнего вагона и, подхватив юбки, перемахнула через поручень. Оказавшись на земле, пригнулась и прокралась вдоль вагонов к лошади.

— Привет, — тихо сказала она. — Ты меня помнишь, мальчик?

Конь поднял голову, а Хани гладила его по бархатной морде, осторожно вставляя ногу в стремя, потом, ухватившись обеими руками за луку седла, подтянулась и села верхом. Взяв поводья, она склонилась к лошадиному уху и шепнула:

— Я знаю, Нарцисс, что ты устал, но нам с тобой придется совершить небольшую прогулку, и как можно быстрее.


Кейт как раз зажигала лампу в гостиной, когда ей показалось, что приехал Рейс. Она выбежала во двор и действительно увидела своего мужа, который появился, ведя за собой понурого одноухого мула.

— Откуда это бедное старое животное? — еле сдерживая смех, спросила она. — Где Нарцисс?

— Твоя дочь его украла, — нахмурившись, буркнул Рейс.

— Слава Богу, по крайней мере она жива и здорова, — облегченно вздохнула Кейт.

— Только до тех пор, пока я до нее не доберусь.


Уже светало, когда Кейт и Рейса разбудил крик их сына Зака:

— Папа! Мама! Скорее! Дяде Айзеку плохо!

Рейс выскочил из спальни, путаясь в Длинной ночной рубашке. Кейт, едва успев накинуть халат, поспешила за ним. В кухне они увидели распростертого на полу Айзека.

— Дядя Айзек упал, мама, — дрожащим голосом объяснял Зак. — Мы говорили о Хани, о том, как вернуть ее домой, и вдруг ноги у него подкосились, и он упал. Может, это я виноват. Мы поспорили: я сказала, что папе надо было вчера вечером ехать на поиски, а дядя Айзек…

Успокаивая сына, Кейт привлекла» его к себе и спросила Рейса:

— Что с Айзеком?

— Он дышит. Зак, беги за доктором Калленом. Стучи, пока не достучишься. Скажи, что он срочно нужен.

Зак моментально выскочил из кухни.

Кейт опустилась на колени рядом с Айзеком и пощупала пульс: он был ровным.

— Айзек, — позвала она.

Рейс покачал головой.

— Давай положим его на кровать.. — Подсунув одну руку под могучие плечи, а другую — под колени, Рейс без труда поднял старика так, словно это был спящий ребенок, и понес в его комнату.. -

— Что это с ним, Кеййт? — Рейс был растерян. — Айзек ни разу в жизни не болел.

— Не знаю, дорогой. Ему ведь уже за семьдесят. В этом возрасте… — Она замолчала, боясь расплакаться. — Сейчас придет доктор и поможет ему.

— Дай-то Бог, — прошептал Рейс.

— Он идет, папа, — ворвался в комнату запыхавшийся Зак.

За мальчиком и вправду появился Сэмьюэл Каллен, в наскоро заправленной в брюки клетчатой рубашке и с черным чемоданчиком в руках.

— Кейт! Рейс! Какого черта?.. — начал было доктор, но при виде лежавшего на кровати старого Айзека запнулся и, оттолкнув Рейса, сел рядом с ним. — Когда это случилось? — осведомился он, открывая свой чемоданчик.

— Совсем недавно, — ответила Кейт.

— Он просто упал, — вставил Зак.

— Он никогда не болел, док. Что с ним?

Каллен пощупал пульс.

— Вроде нормальный, — пробормотал он. Поочередно поднял веки, а потом прижался ухом к груди больного.

Кейт и Рейс встревожено переглянулись.

— Он умирает, док? — прошептал Зак.

— Тише, сынок. Дай доктору осмотреть дядю Айзека.

— Да, будет лучше, если вы выйдете, Кейт.

— Я никуда не уйду, — уперся Рейс.

Кейт потянула мужа за рукав, но он не сдвинулся с места.

— Ладно. Тогда уйду я, Рейс. Не знаю, зачем ты вообще послал за мной, если ты лучше разбираешься в медицине, чем я.

Доктор встал, и тут Рейс наконец сдался:

— Хорошо, мы выйдем, но всего на минуту. И я тебя предупреждаю: если ты не позовешь меня, когда этот человек будет умирать, я с тебя шкуру спущу, док.

— Он все сделает как надо, Рейс. — Кейт взяла мужа под руку и вывела из комнаты.

— Закройте за собой дверь, — крикнул доктор им вдогонку.


Рейс мерял шагами холл, все время бормоча себе что-то под нос и так часто называя доктора «чертовым знахарем», что Кейт не выдержала и уже собралась напомнить мужу, кто помог появиться на свет четверым здоровым малышам — их детям, а однажды вылечил Хани от тяжелейшего воспаления легких, но тут Сэмьюэл Каллен вышел к ним. Он показался Кейт скорее растерянным, чем встревоженным.

— Что с ним, док?

— Ну… — Доктор почесал в затылке, посмотрел на Кейт, потом — на Рейса. — Точно сказать не могу. Возможно, сердце. Или просто возраст. Но это серьезно. Очень серьезно. Я ничем не могу помочь. Мне очень жаль, Рейс.

Кейт показалось странным, что их семейный доктор так старательно отводит взгляд, но вероятно, он просто не хотел увидеть их расстроенные лица.

— Сколько у него еще осталось времени? — глотая слезы, спросил Рейс.

— Трудно сказать. Это может случиться в любую минуту. — Доктор пожал плечами.

Кейт проводила доктора, а когда вернулась, застала Рейса понуро стоящим у кровати Айзека.

— Я не могу просто так уйти и оставить его, — охрипшим голосом сказал он. — После стольких лет…

— Ну и не уходи, — поддержала его Кейт. — Оставайся.

— А как же Хани? Как вернуть мою малышку?

— Она уже не малышка, — возразила Кейт. — Как знать, может, так рассудил Господь, что она должна сама найти дорогу домой.

Глава шестая

Хани изо всех сил терла голые руки, стараясь согреться. Она провела долгую ночь в переулке, где находился извозчичий двор и откуда просматривался вход в гостиницу. Если у Гидеона Саммерфидда не было крыльев, чтобы улететь, он все еще должен быть в гостинице. Как только он выйдет, она последует за ним — хоть на край земли, если понадобится! — и вернет свои деньги.

Свои. Теперь она думала об этих деньгах именно так: не отцовские, не Гидеона Саммерфидда, не принадлежащие банку или вкладчикам — свои.

— Бедняга Нарцисс, — пробормотала девушка. Она не решилась расседлать коня, хотя ей и удалось выкрасть из конюшни торбу овса. — Счастливчик Нарцисс, — со вздохом добавила она, потому что у нее самой со вчерашнего утра маковой росинки во рту не было.

Всю ночь Хани напряженно глядела то на дверь гостиницы, то на дорогу, ожидая, что появится ее отец — либо на взмыленной лошади, либо вообще пешком. Представив себе эту картину, она чуть не рассмеялась. Что же получается? Она выслеживает Гидеона. Отец выслеживает ее. Ну и компания: банкир, вор и… А кто она, Хани?

Она глянула на окна комнаты Гидеона. Черт бы его побрал! Наверно, всю ночь почивал в тепле!

Мысль о Гидеоне вызвала странный трепет в желудке — словно вспорхнуло множество бабочек. Презрительно фыркнув, она приписала это ощущение голоду. Не могло же такого быть оттого, что она просто вспомнила об этом негодяе!

Между тем уже рассвело и на улице стали появляться люди. По мостовой протарахтел молочный фургон. Сняли ставни с окон банка. В этот самый момент из гостиницы вышел Гидеон Саммерфидд.

Бабочки в желудке снова встрепенулись, но на этот раз она решила, что просто волнуется. Но не от вида же этого бандита! Гидеон стоял на крыльце, расставив длинные, стройные ноги, и затягивал на поясе ремень. Потом он двинулся, на ходу расправляя плечи, и солнце заиграло на его волосах цвета корицы. Нечего им восхищаться, одернула она себя. От него ей нужно единственное — чтобы он привел ее туда, где спрятан мешок с деньгами, украденными в банке Логана.

Сейчас он, наверно, придет сюда за своей лошадью. Она вывела Нарцисса через заднюю дверь и стала ждать.

Но Гидеон проследовал не в конюшню, а медленно, почти лениво, направился в сторону банка. На секунду он остановился у входа. Потом Хани увидела, как он напрягся, вынул из кобуры револьвер и вошел в банк.

Боже мой! Он собирается его ограбить! Первым побуждением Хани было позвать на помощь. Но потом она передумала. Нет. Пусть грабит. Пусть утащит еще одну сумку, набитую наличностью. Она его выследит и вместо одной сумки вернет две! Мечтательно улыбаясь, девушка прислонилась к стене конюшни и стала ждать.

Очень скоро Гидеон вышел из банка с таким видом, будто он всего лишь сделал очередной вклад, и как ни в чем не бывало зашагал по улице. И странное дело — никакой тревоги, никто не стреляет в грабителя и не гонится за ним. Словно ничего не произошло.

Впрочем, чья-то физиономия мелькнула в окне банка и тут же исчезла. Какой-нибудь кассир, подумала Хани, такой же трусливый, как их Кеннет.

Может, это и к лучшему, что никто не гонится за Гидеоном. Когда она вернет деньги — притом целых два мешка, — никто не станет оспаривать ее славу. Она заслужит уважение отца, доказав, что она человек не только ответственный, но и настойчивый в достижении цели.

Как она и предполагала, Гидеон оседлал в конюшне свою лошадь и уехал.

— А теперь в путь, Нарцисс, — шепнула она, взобравшись в седло.


Гидеон снял шляпу и вытер рукавом пот.

— Вот упрямая девчонка, — пробормотал он. Едет за ним весь день. Он дважды сделал большой круг, а она ехала все время прямо, видимо думая, что он где-то за поворотом. Неужто дуреха не понимает, что заблудилась?

Почему она, черт возьми, его преследует? Он узнал коня Логана — банкир был на нем, когда встречал Гидеона. Стало быть, Логан встретился со своей кассиршей где-то на пути следования поезда. Чего Гидеон не мог понять, так это почему вместо того, чтобы остаться под защитой Логана, мисс Эдвина Кэссиди украла его лошадь.

Наверно, мечтает вернуть банкиру деньги. Но она ошибается, если думает, что но приведет ее к месту, где они спрятаны.

А теперь еще и заблудилась. В довершение всего одета как последняя шлюха.. Ей повезло, что он засунул кое-что из ее; вещей в седельную сумку, потому что собирался при первом удобном случае отправить их в Санта-Фе. Но эти благие намерения не были главным — просто он не мог вот так сразу расстаться с этими вещами. Это все, что у него оставалось после того, как он посадил ее в поезд.