Наверное, это был самый трудный и самый длинный разговор в их жизни. Лиззи долго плакала и не могла принять того, что он ей рассказал, но она дала ему шанс. Дэвид не мог поверить, что она дает ему шанс.

Уходя, он поцеловал ее в бледную щеку и сказал:

— Мне нужно заехать в офис на пару часов. Потом я вернусь. Тебе что-нибудь нужно?

Она отрицательно покачала головой и закрыла глаза.

— Дэвид, — Лиззи окликнула его в дверях. — Я передумала.

Он замер, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание. Она передумала. Он больше не нужен ей.

— Привези мне дневник своей матери. Я хочу его почитать.

Сердце снова начало биться в груди.

— Хорошо, — хрипло сказал Дэвид. — Я привезу его.

— А потом я хочу, чтобы ты поехал домой и, наконец, выспался, как следует. Мне не нравится твой вид.


Глава 27

— То есть, вы хотите сказать, что были с Томасом Греем в ночь на двадцать шестое июля?

Детектив Эндрю МакКуин с недоверием смотрел на девушку, сидящую перед ним, и не мог понять, что в ней нашел Томас Грей. Яркий макияж, развязные манеры, чупа-чупс во рту. Странный выбор для бизнесмена с неплохим состоянием. Хотя, кто их маньяков поймет?

— Ну да. Была.

— В пятницу? — переспросил МакКуин.

— Ага. И в субботу, и в воскресенье. Что непонятного?

— Тогда почему вы до сих пор не заявляли об этом?

Девушка со смачным звуком выдернула леденец изо рта и откинулась на стуле.

— Я же говорю, мы с Томми поссорились, и я ушла от него. Знаете ли, он бывает редким засранцем.

Детектив мысленно согласился с ней, Грей тот еще засранец, но вслух ничего не сказал.

— И что же вы делали в пятницу ночью?

— А ты как думаешь, красавчик? — ответила Саманта Кросс и подмигнула.

— Мистер Грей отлучался куда-нибудь в пятницу?

— У меня болело горло, приходил старый доктор, осматривал меня. Томми на это время свалил в бар пропустить пару рюмок. Не хотел мешать, — она равнодушно пожала плечами.

— Как долго его не было?

Она задумалась на несколько секунд, вертя во рту дурацкую конфету.

— Да не больше часа, я думаю.

— Ясно. Ответьте мне на один вопрос. Почему Томас Грей не сказал, что вы были с ним в ту ночь?

— Это все из-за этой идиотки Лиззи.

— Кто такая Лиззи?

Она уставилась на него вопросительно.

— Мужик, ты что газет не читаешь? Элизабет Сандерс моя родная сестра. Мы близнецы.

МакКуин сглотнул. Если сестра этой размалеванной девки выглядела так же, то он вообще не мог понять, что творится в голове у богатеньких парней вроде Сандерса или Грея.

— А при чем здесь Ваша сестра?

Саманта разгрызла остатки чупа-чупса, и детектив возблагодарил Бога за это. Пришлось терпеливо ждать, пока она с хрустом прожует и ответит ему:

— Знаете, нам приходится скрывать наши отношения, потому что Лиззи жена его босса, а она меня не очень-то жалует. Мы не общаемся. К тому же, эта неуклюжая корова сейчас беременна и лежит в больнице, потому что свалилась с лестницы. — Она ехидно улыбнулась и добавила: — Ты уж почаще читай газеты, детектив.

— Когда вы в последний раз видели сестру?

— Да хрен его знает. Года два назад.

— То есть, вы хотите сказать, что Томас Грей не сказал о вас, потому что боялся реакции Элизабет Сандерс? Не понимаю.

Девушка закатила глаза и театрально вздохнула.

— Говорю же, Лиззи беременна. Ей не нужны волнения. А если она узнает, что я кручу роман с Томми, то может психануть, и мало ли что! Томми хоть и засранец, но добрый, и не хочет ее лишний раз волновать. К тому же, если с ней что-нибудь случится, Сандерс его в порошок сотрет. Только уволит для начала. Кому это нужно?

«Ага. Так вот она к чему клонит. Грей боится босса, поэтому молчит. Идиотизм какой-то».

— Кто может подтвердить, что вы были в его квартире с ним?

— Старый доктор, — просто сказала она и закинула в рот жвачку, которую достала из сумки.

Боже, теперь она начнет жевать!

— Говорю же, он приходил меня осматривать. Потом они с Томми пропустили пару рюмок.

МакКуин задумчиво почесал подбородок. Доктор Сэндлер и вправду пришел вместе с ней, и сейчас ждал в соседнем кабинете своей очереди. Наверняка включит ту же пластинку. Что-то подсказывало, что перед ним разыгрывают спектакль. И это ему совсем не нравилось.

В дверь просунулась голова сержанта Льюиса.

— Детектив, можно вас на минутку?

МакКуин вышел в коридор со странным предчувствием беды. Если Грей невиновен, то значит, он совершил ошибку, и убийца все еще гуляет на свободе. Долбанная пресса набросится, как стая акул, и его репутации конец.

— Что у тебя?

— Кажется, нам придется отпустить Грея.

— Ты нашел свидетелей?

— Мы опросили всю округу, как вы и приказали. Продавец круглосуточного маркета неподалеку от дома жертвы сказал, что в час ночи она приходила за кошачьим кормом. Одна.

— Это еще ничего не доказывает, — сказал МакКуин равнодушно.

— Да, но только что нашли еще один труп. Почерк тот же. Молодая девушка, голова отделена от тела и упакована в подарочную коробку.

«Бл..дь. А вот это уже плохо», — подумал детектив.

— Имитатор?

— Не думаю, сэр.

Эндрю МакКуин понял, что проиграл.


***


Томас Грей вышел на улицу, глубоко вдохнул и зажмурился от яркого света. Как же хорошо быть на свободе! Он потер небритый подбородок и остановился в нерешительности, не зная, куда идти. Возвращаться в пустую квартиру, где наверняка уже побывала толпа полицейских, не хотелось. Но придется. Потому что ему нужен горячий душ.

— Далеко собрался, умник?

Она стояла, прислонившись к старенькому Форду, и Том даже не узнал ее сначала.

— Вернулась спасти мою задницу? — спросил он с улыбкой.

— Тебе к лицу борода, умник. — Она пожевала жвачку и надула пузырь. — Но выглядишь ты дерьмово.

— Про тебя могу сказать то же самое, Сэм. — Том ухмыльнулся и подошел почти вплотную. — Тебе не идет этот макияж.

— Думаешь, копам бы понравились мои синяки? — ехидно поинтересовалась она. — Ладно, садись в машину. Куда тебя подвезти?

— Послушай, я несколько дней не принимал душ и все такое, но мне нужно кое-что сделать.

С этими словами он обхватил ее лицо ладонями и поцеловал, мягко касаясь губами ее губ. Сэм замерла на мгновение, а затем расслабилась в его руках, отвечая на поцелуй. Она пахла мятой, но на вкус была как сладкий ягодный нектар. Его нежная и прекрасная львица. Из мимо проезжающей машины раздались гудки, но они не обратили на них абсолютно никакого внимания.

— Поехали домой, — тихо сказал Грей, когда сумел оторваться от ее рта.

— Приглашаешь в гости? — Она слегка покраснела, но не отвела взгляд.

— Если хочешь, можешь остаться у меня, — он улыбнулся. — Я уже привык к твоему нытью.

— Мы в расчете, умник, поэтому, если я снова залезу к тебе в постель, не вздумай меня вышвыривать, ясно?

Он рассмеялся. У этой девчонки совсем не было комплексов. Но ему это нравилось.

— Я тут подумал, — сказал Том, открывая дверцу автомобиля. — Жизнь слишком коротка, чтобы отказывать себе в удовольствиях подобного рода.

Сэм хмыкнула и уселась за руль. При всей ее бесшабашности она оказалась удивительно аккуратным водителем и легко лавировала в потоке машин.

— Что ты сделала с Мюрреем? — спросил он после долгого молчания. — Ты ведь из-за этого исчезла.

— Трахнула ублюдка в задницу. — Она пожала плечами, не глядя в его сторону, и снова надула пузырь. — Думаю, ему понравилось.

Томас Грей уставился на проносящийся мимо пейзаж и решил, что лучше ни о чем не спрашивать. Как он и говорил, жизнь слишком коротка, чтобы обращать внимание на такие вещи.


***


Лиззи сидела и хмурила брови, дочитывая дневник Кристины. История этой женщины была интересной и трогательной одновременно. И она по-настоящему любила ее отца. Все эти годы. Интересно, что было бы, подумала Лиззи, если бы Кристина и Дэнни смогли быть вместе? Прожили бы они долгую счастливую жизнь бок о бок? Скорее всего, да. Но тогда бы на свет появились другие дети. Не Дэвид, не Миа, не она и не Сэм. И все бы сложилось совсем по-другому.

Лиззи закрыла тетрадь и откинулась на подушки, задумчиво глядя в потолок. Завтра ее выписывают. Она уже устала от больничной палаты и хотела домой. К мужу. К мужчине, который переспал с бесчисленным количеством женщин. Она закрыла глаза и попыталась забыть об этом. Было еще слишком больно.

Дверь открылась, и вошел Дэвид. Лиззи отметила, что выглядит он уже лучше, чем вчера вечером. По крайней мере, круги под глазами стали менее заметными.

— Привет, — тихо сказал он.

— Привет.

— Как себя чувствуешь?

— Хорошо, — ответила она.

— Прочитала что-нибудь интересное? — он кивнул в сторону дневника, лежащего на ее коленях.

— Твоя мать очень любит тебя, Дэвид. Не ее вина, что судьба так сложилась. Вам просто нужно поговорить об этом.

Он подошел и сел возле нее.

— Я скучал по тебе, — сказал Дэвид, беря ее за руку. — И у меня есть хорошие новости.

Лиззи не отдернула руку, но и не сделала попытки сжать его пальцы в ответ. Она все еще злилась на него, несмотря на то, что любила больше жизни.

— Томми выпустили на свободу.

— Это замечательная новость, Дэвид, — спокойно произнесла она. — Он в порядке?

— Да, но это еще не все. — Дэвид ослепительно улыбнулся. — У меня для тебя сюрприз.