Не уверена, заметила ли Вики выражение моего лица, но я почувствовала как будто не зажившую рану на сердце безжалостно вспороли. Том путался с другой ученицей? Уже? После того что нам пришлось пройти, и того что он говорил мне? Мне захотелось кричать, хотя я с трудом сглотнула и попыталась напустить на себя безразличный вид. Он говорил, что любит меня и что я единственная для него. Я отдала ему свое сердце и свою девственность. Было ощущение, что из меня выпустили весь воздух.


Пока Вики бубнила, я пыталась взять себя в руки. Изабель, прекрати сходить с ума! Это, вероятно, всего лишь слухи. Ты знаешь как это бывает у молодых людей, сплетничают по каждому поводу. Наверно кто-то из учеников видел, что он дружески общается с чирлидершей и сделал поспешные выводы. Вот так. Да, именно так. Он сейчас ни с кем не крутит роман.


Правда вмешался другой голос и сказал то, что я вовсе не хотела слышать. Что если это его стиль поведения? Что если он начинает отношения с девочками, продолжает их и затем, когда девочки уезжают в колледж, начинает по-новому?


Эта мысль вызвала другую, более болезненную догадку. Если я была не последней и он продолжил дальше… не значит ли это что я была и не первой?


- Изабель, ты слушаешь меня?-


- Ой, извини, Вики. Я просто задумалась о том, что мне нужно сделать до поездки в округ Коламбия, извини. Что ты сказала?


- Я только сказала, что могу пораньше закончить тренировку, и мы сходим на ланч. - Она встала со скамейки и повернулась ко мне. – Почему бы тебе не пойти в In N’ Out, на случай если там очередь? Ты можешь занять столик. Я закончу здесь и мы встретимся минут через пятнадцать. Мне нужно выпроводить детей из бассейна и закрыть ворота.


Я кивнула, чувствуя что умираю с голода. В машине и кафе у меня будет время взять себя в руки и натянуть счастливое лицо.

- Договорились. Увидимся в In N’ Out чуть позже.- Ничего так не желая, как побыстрее уйти, я вскочила и пошла к воротам. Подходя к маминой машине, я в раздумье смотрела на бетон под ногами, но что-то заставило меня взглянуть на парковку. Она была почти пустой, но в дальнем конце что-то двигалось. Едва видное мне.


Около грузовика Тома была тень. Там было какое-то движение и что-то происходило. Я чуть пригнулась и быстрее пошла в БМВ, надеясь быть не узнанной. Последнее что мне нужно это внезапная встреча; я и так была взвинчена тем, что только что услышала, и от встречи с Томом станет еще хуже. Я запрыгнула в машину и закрыла за собой дверь, пригибаясь ниже, чтобы меня не было видно. Через некоторое время я выглянула из-за приборной доски.


Том находился внутри грузовика, того самого в котором мы провели немало часов занимаясь любовью. Рядом с ним сидела изящная блондинка, наполовину скрытая из вида. Казалось, блондинка ближе передвинулась к Тому, и затем, до того как я осознала это, грузовик стал выезжать.


Острая боль пронзила мне грудь, я не могла дышать. Увидев, как Том уезжает с новой девочкой, я не выдержала и расплакалась, полная отвращения и страдания. Каждый сантиметр моего тела чувствовал потерю. Я порвала отношения и то что я бросила его разбило мне сердце, но это было другое; я была инициатором разрыва. Ощущение что меня заменили разрывало мне сердце. Я была бессильна перед волной эмоций что накрыла меня.


Впервые за всю жизнь, я чувствовала себя абсолютно обманутой. Я знала, что до сих пор люблю Тома и скучаю по нему, но я не понимала как все еще сильна эта любовь. И одним ударом, одним ужасным решением, Том вырвал любовь из моего сердца и скинул меня в глубокую бездну боли. Как он смог сделать это со мной? После того как я все отдала ему! Свою любовь, свою преданность, свою девственность! Лучшие годы своей жизни. Снова и снова в моей голове звучала только одна фраза: пожалуйста, пожалуйста скажи почему?


Глава 24. Ты предназначался мне.


Я пообедала с Вики, стараясь изо всех сил вести себя так, будто ничего не произошло. Мы болтали о школе и колледже, наших друзьях - новых и старых - и о своих планах на будущее. Я рассказала ей о своей стажировке в Вашингтоне, о карьере к которой я стремлюсь. К концу обеда у меня не осталось сил сохранять на лице маску радости и возбуждения. Я уехала из ресторана, пообещав пойти вместе в кино и записала ее телефон в ежедневник.



Когда я приехала домой, я сразу же помчалась мимо мамы в свою комнату, в которой я планировала пожить еще несколько недель и где я ранее распаковала свои вещи. В колледже я кое-что поняла про себя, я знала, что письма Тому разбудили во мне любовь к написанному слову и ощущению, что через слова я избавляюсь от негативных эмоций.



Я быстро подошла к своему столу, смахнула с него хлам, вытащила дневник и любимую ручку. Дневник открылся на последней исписанной странице и я уставилась на следующую, в голове была пустота. Наконец я поднесла ручку к бумаге, записала дату и стандартные вступительные слова. Мысли стали обретать форму слов и фраз, и не успела я опомниться, как уже настрочила пять страниц. Я перечитала написанное и поняла, во мне говорит чувство отверженности, шок и ужас от поступков Тома, неотвязное ощущение, что меня использовали, и разочарование в том, что любимый человек оказался хуже чем я о нем думала.



И причиной всему этому было разбитое сердце и понимание, что я, на самом деле, никогда не отпускала его. Склонившись, я написала последнюю фразу: «тогда я этого не понимала, но сейчас знаю, что приехала домой с целью помириться с ним.»- Изящная блондинка в его грузовике перечеркнула мои планы, подумала я, усаживаясь на стул.



Я повернулась посмотреть в окно, вниз на бассейн, раздумывая над тем что произошло и что меня ждет дальше. Выплеснув свои эмоции через письмо, я почувствовала что силы меня покинули, но на ум так и не приходил план. Я не знала, что мне предпринять. Но точно знала, что план нужен мне .



- Что собираешься делать - тихо спросила меня Лиз. Я поступила также как и раньше, когда ходила в школу: позвонила своей лучшей подруге. Она единственная знала о моих отношениях с Томом, и единственная кому я доверяла. Она также была единственным человеком, кто мог выслушать мою историю и дать искренний совет.



Я нахмурилась.

 - Не уверена, Лиз, - ответила я. - Я мечусь между двумя вариантами. Часть меня хочет убежать с разбитым сердцем и все забыть. Я не хочу больше видеть его или думать о нем.- я замолчала, задумавшись.



- А другая? - спросила она.



Я подняла глаза, пожав плечами.

 - Другая часть хочет поступить по- взрослому. Также как окружающие, будь они в курсе происходящего со мной в школе. Если он пользуется другой девочкой - если он делает, тоже что он делал со мной - кто-то должен сообщить об этом полиции. Или ее родителям. Сделать что-нибудь.



Лиз фыркнула от смеха.

- Предполагаю, то, что у него будут проблемы в виде ареста или пожизненного изгнания из школы, если ты сделаешь так, облегчит твои страдания. Совсем немного.



Я улыбнулась, не в состоянии противиться ее язвительной подколке и кивнула.

– пожалуй, в этом есть доля правды. – призналась я. - Хотя я просто не знаю, как сделать это. Не знаю смогу ли я решиться.



Лиз притянула к себе салфетку, и взяла шариковую ручку.

 - Я понимаю это так,- пробормотала она - у тебя есть два варианта. Предположим, ты собираешься кому-то сказать об этом. Первое и самое очевидное что нужно сделать это поговорить с девочкой. Посмотрим, сможешь ли ты образумить ее. Если это не сработает, ты сможешь пойти к ее родителям. Если и это не сработает – хотя не знаю с чего бы – ты сможешь обратиться в полицию. Либо расскажешь чем он занимается с девочкой, либо расскажешь, чем он занимался с тобой. – Она оторвалась от своих записей и поймала мой взгляд. - Уверена, у них до сих пор осталось дело на тебя. Знаешь, люди довольно пристально наблюдают за ним.



Я кивнула, размышляя. В моих силах было засадить Тома за решетку, если бы я захотела этого. Раньше такая мысль не приходила мне в голову, но мне было ненавистно думать о том, чем он занимается с другой девочкой. Если честно, я была убита горем и идея об отмщении намного перевешивала благородное стремление защитить кого-нибудь. Смогу ли я на самом деле пройти через это или нет - рассказать полиции, засадить его в тюрьму, возможно разрушить его жизнь…

 - Тогда сначала девочка, - быстро сказала я, приняв решение. - Если она выслушает меня, она сама решит что делать, это уже будет ее проблема. Может быть, мне больше не нужно будет вмешиваться в это.



Всю ночь я придумывала план и как минимум сто раз передумывала. Все это время мое сердце учащенно билось; стоять лицом к лицу к девочке означало, что я услышу – лично от нее – что у нее отношения с Томом. Я не сомневалась, что он говорил ей те же слова, что и мне, что он любит ее, что она единственная для него, что он не любит свою жену, и что жить не может без нее. Также не сомневалась, что и она будет повторять те же самые слова мне. Я помню себя пятнадцатилетней и знала как она воспримет меня. Для нее я практически взрослая женщина, она подумает, что я понятия не имею о чем я говорю. Она будет уверена, что я не смогу понять ее чувства и что у нее с Томом.



Она не поверит, что у меня тоже были с ним отношения. Я подумала, что правда ранит больнее всего.