– Ясно, – коротко обронила Прис, стараясь поскорее закончить беседу и не выдать себя.

– Если желаете, я могу вас туда проводить. Дамам не стоит появляться там без эскорта, но со мной вы будете в безопасности.

Прис встретилась с ним взглядом, втайне желая набраться храбрости и принять его предложение. Она уже отчаялась отыскать Раса и была бы рада увидеть хоть кого-то из конюшен Кромарти. Она растянула губы в легкой улыбке.

– Возможно, как-нибудь в другой раз. Боюсь, мы и так задержались. Тетя Юджиния, наверное, уже волнуется, – ответила она, протягивая руку. – Спасибо за компанию, сэр. Тетушка будет благодарна за все, что вы мне сообщили.

Он сжал ее руку, и она немедленно ощутила жар его ладони и странное покалывание в тех местах, где их пальцы соприкоснулись. Безмятежно глядя ему в глаза, она дала себе зарок ни в коем случае более не подавать ему руки.

– Хотя информация весьма ограниченна, не так ли? Черт возьми, он продолжает ее изучать!

– Совершенно верно.

Она попыталась отнять руку. Он задержал ее на мгновение, но тут же отступил. Она чувствовала некое предостережение, исходящее от него, но не совсем понимала, что оно означает. Какую границу ей не стоит переходить?

Бесстрастные лица обоих ничего не выдавали. Аделаида мило покраснела, прежде чем распрощаться.

И прежде чем Прис успела увести ее, Диллон поинтересовался, где они остановились. Аделаида ничтоже сумняшеся немедленно выдала, что они оставили коляску в «Короне и арапнике» на Хай-стрит.

Прис следила за ним, как ястреб за добычей, но Диллон ничем не показал, что информация его заинтересовала. Учтиво улыбнувшись, он поклонился и пожелал им благополучно добраться до места.

Прис величественно наклонила голову, взяла под руку Аделаиду и решительно повела прочь. Потребовалось немало усилий, чтобы не оглядываться, хотя его мрачный взгляд буквально сверлил ей спину, пока они не скрылись из виду.

– Необходимо каким-то образом найти Раса, – объявила Прис за обедом в уютном особнячке, снятом Юджинией, и добавила, рассеянно ощипывая виноградную гроздь: – Должно быть, Кэкстон прав: Кромарти нанял конюшню где-то на Пустоши.

– Она очень большая, эта Пустошь? – осведомилась Юджиния, поднимая свое кружево.

Прис наморщила носик.

– Насколько мне известно – огромная и не имеет четких границ. Это участок, расстилающийся вдали от города, и там хватает места, чтобы проминать лошадей дважды в день.

– Так что найти конюшню, снятую Кромарти, будет нелегко.

– Да, но если мы будем объезжать Пустошь во время тренировок, рано утром и во второй половине дня, может, и встретим кого-то знакомого. Рас говорил, что помогает тренировать лошадей, по крайней мере помогал в Ирландии.

– Может, поедем сегодня днем? – оживилась Аделаида. Прис очень хотелось согласиться, но она покачала головой:

– Кэкстон и без того что-то заподозрил. Мы сказали, что ищем ирландских лошадей, чтобы удовлетворить твое ненасытное любопытство, тетушка. Если он увидит нас сегодня днем на Пустоши, поймет, что мы чересчур торопимся и преследуем некую цель. Не хотелось бы привлекать излишнее внимание.

Юджиния, вскинув голову, устремила вопросительный взгляд на племянницу.

– Ты боишься его. Почему?

Прис вскинулась было, но тут же прикусила язык. Она давно уже убедилась в проницательности тетушки.

– Наверное, потому, что он очень красив… совсем как я. И, как в случае со мной, люди не видят дальше его лица и фигуры. Забывают, что Господь наградил его острым умом и за этим завлекательным фасадом кроется отнюдь не пустота.

– Он и вправду красив, – подтвердила Аделаида. – Очень смуглый, темноволосый, но какой-то жесткий, с ним как-то неловко.

Прис не возразила. Нетерпеливо барабаня пальцами по столу, она перебирала в памяти все, что успела узнать, и пыталась найти выход.

– Так что ты собираешься делать дальше? – спросила Юджиния.

Прис пожала плечами:

– Можем поехать туда завтра на рассвете. Владелец гостиницы сказал, что все команды тренируются там каждое утро. Кэкстон просто не ожидает встретить нас так рано. Если уж он что-то заподозрил, станет искать нас днем. А пока… – Она нахмурилась и отодвинула стул. – Если бы мне только удалось взглянуть на чертов реестр, я бы лучше поняла, что за пакость готовит Харкнесс. И лучше, чем Рас, сообразила бы, что делать.

– Одно из преимуществ близнецов, – усмехнулась Юджиния. – Они читают мысли друг друга.

Прис, поднявшись, выдавила улыбку.

– Прошу простить меня, я хотела бы немного погулять по саду.

– Сегодня утром я увидел ее у скакового круга. Она была с подругой, мисс Блейк, – сообщил Диллон, развалившись в кресле за письменным столом. – Мисс Даллинг пыталась выведать побольше о реестре. Она уверяла, что пытается найти ирландские команды, но вполне возможно, солгала.

– Ты узнал, где они остановились?

Барнаби развалился в кресле напротив книжного шкафа и вытянул перед собой ноги, явно отдыхая после дневных трудов. Диллон кивнул:

– Проследил за ними до самого дома. Они поселились в старом особняке Кэрисбрука. Я поспрашивал кое-кого. Тетушка, леди Фаулз, действительно существует и сняла дом на несколько недель.

– Хм… – пробормотал Барнаби. – Что ты думаешь о мисс Даллинг? Она действительно интересуется реестром из-за чудаковатой тетки?

Диллон выглянул в окно, любуясь живописным закатом.

– Я считаю ее прожженной лгуньей, постоянно балансирующей на грани правды. Заметь, она говорит неправду только в случае крайней необходимости.

– Таких сложнее всего уличить, – согласился Барнаби.

– Именно. А что удалось узнать тебе?

– Ирландец, темноволосый, высокий, худой, лет двадцати пяти. Больше мне никто ничего не смог сказать, хотя один старик считает его разорившимся аристократом.

– Я знаю всех ирландских тренеров и владельцев конюшен в этом сезоне, по крайней мере с виду: ни один не подходит к этому описанию.

– Как и прелестная мисс Даллинг, он не обязательно связан с чьей-то конюшней. Может, он имеет совершенно иное отношение к этим событиям.

– Верно. Ты узнал что-нибудь о неудавшихся взломах?

– Только то, что это место – подарок для любого грабителя. Оно очень далеко от дороги и к тому же скрыто густыми деревьями. Легче легкого приблизиться к нему ночью. В первый раз он пришел неподготовленным: попытался влезть в одно из окон, но не сумел сломать защелки и удрал, заслышав шаги ночного сторожа. Во второй раз ему удалось проникнуть в кухонное окно, но дверь оказалась закрытой снаружи на засов, так что ему снова пришлось ретироваться. В последний раз он разбил стекло и вломился в коридор. Стал шарить на полках, но споткнулся о ящик. Ночной сторож примчался на шум, и грабитель поспешно бежал.

К несчастью, сторож не смог внятно его описать. Разве что рост, сложение и цвет волос. Судя по тому, как он резво бегает, можно предположить, что это и есть тот молодой ирландец.

– Готовится что-то нехорошее. Ты, я, комитет, все мы это знаем, но, кроме предположений и подозрений, у нас ничего нет. Нужно изловить этого ирландца. Только он сумеет пролить свет на все, что происходит.

– Я согласен, – кивнул Барнаби, – но как?

– Ты сам сказал, что это место – подарок для грабителей. Ему удалось трижды подобраться так близко, возможно, он еще вернется. Что, если мы предложим ему соблазнительную приманку, подождем, пока он сделает ход, и появимся на месте преступления?

– Что ты предлагаешь?

– Поскольку он успел побывать в кабинетах, значит, знает, в каком крыле хранится реестр. Он использует деревья для прикрытия, чтобы обойти дом и удостовериться, где пребывает ночной сторож, а заодно проверить, не работает ли кто-то допоздна. Мой кабинет – угловая комната. Что, если он, придя сегодня, обнаружит, что это окно слегка приоткрыто?

– Полетит сюда, как мотылек на огонь, увидит, что это кабинет, и… – ухмыльнулся Барнаби.

Диллон мрачно улыбнулся:

– И, подобно мотыльку, обожжет свои крылышки.

Поздно вечером Прис соскользнула с седла на опушке леса, позади здания «Жокей-клуба». Бледный полумесяц был затянут облаками, почти не пропускавшими света. Под густыми деревьями царил мрак. Было темно и страшно.

Подавив дрожь, она решительно выкинула из головы глупые фантазии и привязала кобылу к низко нависшей ветке.

Прис углубилась в заросли. В мужских бриджах, сапогах, куртке с платком на шее и мягкой широкополой, низко надвинутой на лоб шляпе, под которой укрывались волосы, она вполне могла сойти за молодого конюха. В Ньюмаркете их хоть отбавляй.

Она всматривалась вперед: кто знает, какому мошеннику вздумается пробраться в «Жокей-клуб»?

Между стволами уже виднелось здание из обветренного, потускневшего красного кирпича. Только белые оконные рамы поблескивали в случайно пробившихся лучиках лунного света.

Ей вспомнился разговор с Юджинией. Странно, но она действительно знала, о чем думает Рас. Из последнего письма было ясно, что пока брат не знает, что представляет собой реестр и каким образом он связан с задуманной Харкнессом аферой.

Возможно, именно у него Кэкстон и его дружок услышали ирландский акцент. Им наверняка показалось подозрительным, что два человека с одинаковым произношением и даже с одними и теми же интонациями справляются о реестре, да еще на протяжении очень короткого отрезка времени. Неудивительно, что Кэкстон насторожился, опасаясь какого-то подвоха.

Они могли заподозрить Раса, и тут явилась она. Кэкстон скорее всего посчитал ее соучастницей. Но невзирая ни на что, она должна взглянуть на реестр. Только после этого она узнает столько же, сколько Рис, а может, и больше.

Судя по тому, как плотно сжимал губы Кэкстон, характер у него не из легких. И ошибок он не прощает. Так что не стоит тратить время, обхаживая его клерков. Только в том случае, если все другие способы будут исчерпаны.