— Я не собираюсь выставлять на обозрение всей школы свою личную жизнь.

— С Евой тебя подобное не останавливало: как я слышала, вас где только ни видели, — язвительно прищурилась девушка.

— Ревнуешь? — хмыкнул Марк, касаясь ее подбородка и заставляя смотреть себе в глаза. — Кто бы мог подумать! И потом, все вокруг изначально считают нас любовника, так зачем демонстрировать это так наглядно? Или тебе снова не хватает острых ощущений?

— Так ты дашь мне их? Или так и будем чесать языками? — наклоняя к себе его голову, прошептала Алиса.

Марк только улыбнулся, накрывая ее губы своими, сжимая руками тонкую талию и притискивая к себе хрупкое тело. Он легко поднял девушку и усадил на стол, вставая между ее раздвинутых коленей, делая поцелуй глубже и сильнее. Руки Алисы скользнули под его футболку, проходясь ноготками по напряженному прессу, что так нравилось ему, а после потянулись к пряжке ремня на джинсах.

— Не помешаю? — раздался напряженный голос со стороны.

Марк не спеша оторвался от губ девушки и повернул голову к Денису, встречаясь взглядом с его прищуренными злыми глазами. Он и не подумал сделать вид, что появление парня заставляет его почувствовать себя неловко, поскольку этого и не было. Он лихорадочно не отодвинулся от Алисы, не убрал рук с ее талии и волос, в которых были его пальцы, а спокойно выпустил девушку из объятий, позволяя ей спрыгнуть на пол.

— Я хотел поговорить с тобой, — перевел на нее взгляд Денис, начисто игнорируя присутствие бывшего куратора.

Алиса кивнула на вопросительный взгляд Марка, и только после мужчина направился к двери, оставляя их одних. Проходя мимо студента, поймал его бешеный взгляд, но ничего не сказал, лишь нахмурился, скрывшись за дверью. Ему не нравилось то, что происходило с его бывшим учеником — категорически не нравилось. Месяц назад, когда сразу после возвращения из памятной поездки в город, Алиса прямо послала уже не нужного ей парня, Дениса словно подменили. Марк и не предполагал, что все между этими двумя зашло настолько далеко, что он будет так реагировать. Точнее, лишь он один волнительно отнесся, сама же Алиса поставила все точки над «i» без малейшего сомнения, сожаления или даже мягкости: прямо и четко заявила парню, что он лох, который повелся на ее игру. Больше Денис даже не подходил к девушке, вот только его вид и поведение с потрохами выдавали, как на самом деле ему тяжело и непросто: мало того, что его развели, обыграли, так он еще и влюбился по уши в этот мираж!

Алиса по этому поводу не парилась, не сожалела, и вообще не говорила о парне, игнорирую его тоскливые, злые, а порой откровенно влюбленные взгляды. Марк даже заметил, с каким пренебрежением и даже презрением девушка отвечала на них: она была разочарована в слабости человека. А сам мужчина не только разочарован, но и огорчен. Буквально через пару месяцев этому парню выходить в жизнь, уезжать из школы, увозя с собой свою группу, за которую он несет ответственность, как ее руководитель. А от волевого, сильного, решительного и целеустремленного человека, каким его буквально ковал Марк, не осталось и следа. Сломанный, слабый и никак не могущий взять себя в руки мальчишка. И ведь сделать мужчина ничего не может: сам отказался от этой группы. Да и не будь это так — вряд ли бы он смог вставить парню мозги, не младенец, чтобы бесконечно учить уму-разуму, тыкать носом в ошибки и требовать исправления. Он не хуже Марка понимает, как важно для него собраться, побороть свои чувства и привязанности. Знает, что подобное его состояние никому не принесет пользы, лишь вред.

Марк не стал дожидаться Алису, давая ей возможность самой привести парня в чувства, а ему понять, наконец, что пора взять себя в руки. В своем кабинете мужчина принялся за бумажную работу, погружаясь в отчеты и планы занятий, изучая дела новичков, которых привозили буквально каждый месяц по паре человек взамен тех, кто уходил из школы. И где только брали всех этих детей? Как находили? Марк даже вникать не хотел в объем работы тех, кто вербовал новых учеников. Прервала его занятие Алиса, гневно влетевшая в кабинет и со всех дури хлопнувшая дверью. Марк только бровь вскинул, глядя на нарезающую круги по помещению злющую девушку. Ее явно так завел разговор с Денисом. Мужчина даже спрашивать не стал, что произошло, зная, что уже через пару минут она сама выльет на него все свои эмоции вместе с рассказом о том, что заставило их выплеснуться через край. Так и произошло.

— Слабак! Хлюпик! Словно мальчишка, живущий в облаках!

Чем большими эпитетами Алиса награждала парня, тем сильнее хмурился Марк. Он не думал, что все настолько плохо: по рассказу девушки выходило, что парень просто в отчаянии, что готов на все ради нее. И все бы хорошо, романтично и прекрасно, будь это нормальная жизнь подростка, который впервые влюбился, и девушки, которая с трепетом ждала бы этих чувств. Но это не нормальная жизнь, где всему этому есть место. Здесь это самая унизительная слабость, которая погубит все, чего добивались многие годы ты сам и все вокруг тебя.

— Это тебе урок на будущее — не играть с людьми так жестоко, — только и сказал Марк Алисе, когда та чуть остыла и села, наконец, прекратив мельтешить перед глазами.

— Я не думала, что он такой слабак, — повторилась в своем определении уже раз в десятый девушка, недовольно сведя брови. — Я ничего ему не обещала, ничего не просила, а он губы раскатал! И даже не в этом суть! Он готов унизиться, готов наплевать на все, чего добился ради своих глупых чувств!

— Не думал, что тебя это заботит, — не мог не заметить Марк.

Он действительно не представлял, что для Алисы стало иметь значение то, что здесь прививалось.

— Я просто знаю цену всем его усилиям, вижу это в глазах людей вокруг, в их боли и стонах. А он так легко наплевал на годы своего труда! И как это должно его характеризовать? По твоим же словам он был лучшим, и во что превратил себя? Не надо винить меня, — сказала девушка, когда Марк уже открыл рот, — я лишь слабое испытание, которое он не прошел. Не настолько он был мне нужен, чтобы я стала ломать его вот так.

С этим Марк не стал спорить, снова задумавшись на тему того, где и как ошибся с этим парнем. Возможно, дело было в том, что ему нужен был подобный выплеск? Как той же Лесе? Возможно, он просто не выдержал этого давления окружающих, семьи, преподавателей, собственных убеждений в том, что поступает и живет правильно?

— Не хочу о нем говорить, — проворчала Алиса, перемещаясь к Марку на колени и его отвлекая от раздумий. — На чем мы остановились? — она хитро подмигнула ему, наклоняясь к его губам.

Но не успела даже притронуться, как за дверью раздались шаги.

— Ну что за день сегодня! — страдальчески протянула Алиса, закатывая глаза и слезая с его коленей, чтобы не ставить Марка в очередную неловкую ситуацию.

И хоть она сама не особо стремилась к конфиденциальности их отношений, его она понимала: ему не нужны сплетки, не нужны шепотки, не нужны разговоры ни студентов, ни преподавателей за спиной. Понимала, что он также не хочет выставлять на обозрение свои истинные чувства, которые рядом с ней просто были неподконтрольны ему, стараясь для всех вокруг оставаться таким же непробиваемым, сильным и безжалостным. И в какой-то степени это нравилось Алисе: лишь с ней он был настоящим, лишь она видела его таким. Это льстило, плюс было очень ценно, и разбазаривать эту ценность она не желала.

Когда Тимур вошел в кабинет друга, ничто не выдавало того, что могло бы здесь случиться минутой ранее. Он лишь вновь понимающе посмотрел на Алису, что в последнее время неотрывно была при Марке.

— Нужно поговорить, — произнес Тим.

— Я пойду, — тут же понимающе поднялась с места девушка, кивнув на прощание Марку.

— Что ты хотел?

— Твоя группа.

Марк только хмыкнул, поражаясь совпадению своих размышлений и теме разговора от Тимура. Явно не просто так — проблема назрела.

— В чем дело? — вздохнул мужчина.

— От тебя требуется составить подробные характеристики на каждого в отдельности и на группу в целом. Здесь, — он отдал ему папку, что принес с собой, — краткие от всех преподавателей, с которыми они занимались. Твое дело обобщить и связать в одно. Пары недель хватит?

— Думаю, да, — кивнул Марк. — Скажи, — задумчиво начал он, — как быстро группа начнет работать?

— По-разному. А в чем дело? Волнуешься?

— Вроде того, — не стал называть причин своей тревоги мужчина, раскрывая первую папку сверху, на которой было имя Дениса.

Тимур отдал еще несколько распоряжений и ушел, оставляя друга в размышлениях. Вернулись мысли, которые прервала Алиса, и все это вместе Марку предстояло переварить и сделать вывод.


Страница 34


***



— Резче. Сильней, — комментировал Марк каждый удар Алисы по груше, что она наносила, пыхтя и скрепя зубами.

Стадию ворчания и причитания на тему «я-уже-умею-и-какой-ты-зануда» они уже прошли, и сейчас девушка в поте лица тренировалась, бросая на Марка недовольные — впрочем, как всегда в такие моменты — взгляды, непрестанно ворча себе под нос что-то.

— Все! Не могу, — выдохнула Алиса, опуская безвольно руки, перчатки на которых сейчас казались чугунными, а не кожаными.

— Слабо, — сделал очередной неутешительный вывод Марк.

Алиса только глаза закатила. Конечно, слабо! Она ведь не боец! И он знает это, но все равно каждый раз тыкает носом в очевидное. Девушка просто стала списывать это на его привычку оценивать каждого своего ученика на своих занятиях, и прекратила обижаться на это.

Алиса устало присела на маты, стянула перчатки и приняла из рук мужчины бутылку с водой, жадно отпивая. Марк сел рядом, помогая разматывать на ее ладонях защиту под перчатки.