— У тебя просто прелестное платье, — успокоил ее Алекс. — Такого же изумрудного цвета, как и твои глаза. — Он усмехнулся, но, когда Кит с гневом взглянула на него, сразу посерьезнел. — Я не сомневаюсь, что твой отец придумал какую-нибудь чудесную сказку. А если и нет, то стоит ему объявить, что ты дочь герцога Ферта, и никто пикнуть не посмеет.

С самого первого момента, когда Ферт с Эвертоном разработали свой план, Кит была против него, однако Алекс категорически отверг все ее возражения. Впрочем, Кит не могла не признать, что придумали они ловко. Ферт устраивает грандиозный бал, на котором объявляет о возвращении своей давно пропавшей дочери. А до того конфиденциально сообщает узкому кругу лиц, что Кристин приехала в Лондон, переодевшись в мужскую одежду, чтобы помочь графу Эвертону пресечь незаконную контрабандную деятельность своего дяди. В ходе совместной работы они полюбили друг друга. После того как доверенные друзья Ферта по секрету сообщат эту историю всем собравшимся, появляются Кит и Алекс.

Эта история выглядела вполне правдоподобной, и деятельность Алекса в ней так и оставалась тайной, однако она не умаляла того факта, что Кит с самого первого дня приезда в Лондон водила за нос все великосветское общество. И сейчас ей было страшновато встретиться с его представителями. Пускай они не узнают истинной причины ее приезда, но то, что она выставила их всех на посмешище, от них не укроется. А Кит уже давным-давно поняла: если представители высшего света чего и не переносят, так это выглядеть полными глупцами.

— Мог бы по крайней мере разрешить мне надеть брюки, — буркнула Кит, дергая за подол платья и злясь на то, что оно сидит на ней как влитое. — Я чувствую себя… абсолютно голой.

— Хватит лжи, Кристин, — тихо сказал Алекс. — Мы ведь договорились.

— Да знаю я, знаю. Но это мы с тобой. А они… — она махнула рукой в сторону зала, — не в счет.

— Может быть. Однако ради сохранения своего доброго имени я должен показать всем, что женюсь на женщине, а не на плохо воспитанном мальчишке.

От волнения у Кит затряслись руки.

— Алекс…

Он решительно шагнул к ней, положил руки на ее обнаженные плечи, и это теплое прикосновение немного успокоило ее.

— Ты не будешь одна, Кит. Я знаю, ты сильная и умеешь за себя постоять, но ты можешь на меня положиться. — Он легонько коснулся ее губ. — Хоть один разок позволь мне позаботиться о тебе. — Он снова поцеловал ее. — Доверься мне.

Он попытался отстраниться от нее, но Кит не отпустила его от себя.

— Ты уверен, что хочешь сейчас представлять меня высоким гостям, а не заняться со мной чем-нибудь другим? — лукаво прошептала она, незаметно подталкивая Алекса к кушетке и проводя пальцами по пуговицам на его жилете.

— Какая же ты распутница! — хмыкнул Алекс, обнимая ее за талию.

В этот момент дверь в зал приоткрылась, и появился дворецкий Ферта.

— Его светлость полагает, что вам пора входить, — объявил он.

Алекс вздохнул и, прижавшись лбом ко лбу Кит, прошептал:

— Крепись, любовь моя. Раз уж ты собиралась заслонить меня собой, сегодняшнее мероприятие для тебя — сущие пустяки. — Он взглянул на нее, и взгляд этот был красноречивее слов.

Кит вздохнула, взяла его под руку, и они пошли. Эвертон ободряюще сжал ее пальцы и кивнул дворецкому.

Ройс распахнул дверь и, отступив в сторону, торжественно провозгласил:

— Дамы и господа! Граф Эвертон и леди Кристин Брентли!

Все взоры обратились на Алекса и Кит. Наступила гробовая тишина. Похоже, все ожидали чего-то необычного, вроде тощего мальчишки в платье. Чего угодно, но только не ее. То, что ее узнали и оценили как женщину, было для Кит новым и необычным, так что она была вознаграждена за свои страдания.

— Боже правый, да это же леди Маска! — воскликнул Филипп Дансмор и, обернувшись к маркизу Хейгу, который готов был, похоже, провалиться сквозь землю, захохотал. — Ты танцевал с мальчишкой, Хейг!

— Вовсе нет. Ведь она женщина, разве не видно? — пробормотал Хейг и, схватив с подноса проходившего мимо лакея бокал с бренди, мгновенно осушил его.

Кит окинула взглядом собравшихся. Все беззастенчиво глазели на нее. Алекс спокойно стоял рядом. Похоже, ему было ровным счетом наплевать на присутствующих. Кит взглянула на Мерсию Крэллинг. Та стояла, глядя на нее во все глаза, бледная как смерть. Селеста Монтгомери, стоявшая рядом с ней, хихикнула и что-то прошептала на ушко другой своей подружке. Внезапно Мерсия вскрикнула, выронила бокал с пуншем и рухнула на пол.

— Вот это да! — восторженно прошептал Алекс. — На некоторых людей ты определенно производишь неизгладимое впечатление.

Он взял ее под руку и повел к столу с напитками, чтобы гости могли как следует ее рассмотреть. Кит чувствовала, как у нее подкашиваются ноги, но Эвертон крепко держал ее.

— Да как она смеет! — прошептала леди Крестен стоявшей рядом даме, заметив, что Кит с Алексом приближаются к ней. — Переоделась в мужскую одежду и украла Эвертона прямо у нас из-под…

— Леди Крестен, — услышала Кит голос Реджа. Она и не видела, как он подошел. — Я знаю, вы с леди Кристин встречались, но мне бы хотелось лично представить вам ее.

Круто обернувшись, так что зашуршали юбки, леди Крестен изобразила на тощем лице лучезарную улыбку.

— Ну конечно. Как я рада, леди Кристин! — затараторила она, пожимая Кит руку. И, наклонившись к ней, словно собиралась сказать ей что-то по секрету, однако не удосужившись понизить голос, прибавила: — Надеюсь, мои слова не будут вам неприятны, но я вас подозревала, моя дорогая. — Улыбка ее стала еще шире. — Я сказала Лизетт, что вы слишком очаровательны для мужчины.

— Благодарю вас, леди Крестен, — с трудом выговорила Кит и выдернула руку. Ей было и смешно, и противно. К счастью, графиня быстро ретировалась, и Кит с улыбкой повернулась к Реджу. — Спасибо, Редж, — сказала она, радуясь тому, что видит хотя бы одно дружеское лицо. — Я не видела тебя уже несколько дней. Думала, что ты сердишься.

Он изумленно вскинул брови.

— Не стоит благодарности. Признаюсь, я был ошарашен в Кале, однако у меня было время прийти в себя. Мне и раньше казалось, что что-то в тебе не так, особенно в тот вечер в Вокс-холле, но… — Редж смущенно замолчал. — В общем, я посрамлен.

— А я озадачен, — заметил Фрэнсис Хеннинг, возникший за спиной Реджа. — Когда это ты успела превратиться в женщину, Кит?

— Я всегда ею была, Фрэнсис, — улыбнулась Кит.

— Но ведь ты могла запросто перепить меня, а однажды выиграла у меня двадцать фунтов стерлингов в карты, — недоуменно заметил он и внезапно побледнел. — О Господи, я ведь сделал тебе предложение! — Он повернулся к Алексу и с ужасом взглянул на него. — Я не хотел, Алекс, правда. Я думал, что она парень, то есть не тогда, конечно, но я не знал…

Алекс поднял руку и насмешливо хмыкнул.

— Все в порядке, Фрэнсис, не волнуйся. Я и сам иногда путаюсь.

— Слава тебе, Господи, — вздохнул Фрэнсис. — Я-то думал, что я один.

В этот момент появился герцог Ферт. Толпа перед ним расступилась, и Редж, подмигнув Алексу, оттащил Фрэнсиса с дороги. Ласково улыбаясь, герцог поцеловал Кит в щеку и пожал руку Алексу.

Взяв с подноса два бокала шампанского, он вручил их Кит и Алексу, после чего взял себе.

— Дамы и господа, — обратился он к собравшимся. — я рад воспользоваться представившейся мне возможностью, друзья мои, чтобы сделать два объявления. Первое — моя дочь Кристин, — он взял Кит за руку, — вернулась ко мне после долгих лет разлуки. — Гости захлопали, и герцог довольно кивнул. — А второе — вчера Александр Кейл, граф Эвертон, попросил ее руки. И я дал свое согласие.

Ферт лгал. Алекс не спрашивал ничьего разрешения жениться на Кит. Снова раздались аплодисменты, прерванные Кэролайн, кузиной… вернее, сводной сестрой Кит. Бросившись к ней, она с восторженным возгласом горячо ее обняла, великолепно продемонстрировав изумление, которого на самом деле не испытывала.

Естественно, она знала об этом уже несколько дней, однако с удовольствием взялась разыграть гостей, что у нее получилось просто изумительно.

«Что же ты мне не сказала, кто ты такая? — укоризненно проговорила она, радостно улыбаясь, когда Ферт впервые притащил упиравшуюся Кит, которую сопровождали Эвертон и Даунинги, в Брентли-Хаус. — Я бы никогда тебя не выдала».

Последующие минуты были наполнены радостными возгласами, поздравлениями, тостами и предположениями относительно подлинности отцовства Ферта. Алекс с ходу придумывал ответы на все новые и новые вопросы. Голос его звучал насмешливо и в то же время холодно, отбивая у гостей всякую охоту задавать слишком каверзные вопросы.

Еще одно знакомое лицо появилось в поле зрения Алекса, и он лишь крепче сжал Кит руку, ничем больше не выдав своего раздражения.

— Добрый вечер, Барбара, — поздоровался он.

— Разрешите и мне принести свои поздравления счастливой чете, — проговорила леди Синклер, улыбаясь во весь рот.

— Спасибо, — улыбнулся Алекс в ответ, однако глаза его остались холодными. — Позвольте поблагодарить вас за то, что вы так бережно хранили секрет леди Кристин.

— Не за что, — ответила Барбара, бросив на Кит неприязненный взгляд.

Кристин чувствовала себя гораздо увереннее, чем несколько минут назад. С прямой враждебностью справиться гораздо легче, чем с лестью и угодничеством, которые окружали их с Эвертоном с тех пор, как они появились в зале.

— А я приношу свои извинения, — с удовольствием проговорила она, — за любые недоразумения по поводу намерений Алекса относительно вас, если таковые возникали.

— О, не беспокойтесь, — радушно отозвалась Барбара. — Мои отношения с Эвертоном, я уверена, не имеют ничего общего с его намерениями относительно вас.

Так, значит, эта мерзавка задумала и впредь оставаться любовницей Алекса! Кит так и подмывало вцепиться в ее роскошные волосы.