— Я хочу вызваться добровольцев. С чего мне начать?

Молодой человек покачал головой:

— Вы уверены, что хотите помочь?

«Да, я знаю, что слишком разоделся»:

Вы отвечаете за организацию работы?

— Да, сэр, я. Вы могли, гм…давайте посмотрим..ах, ну, в общем, гм…

— У Вас есть работа для меня или нет? — сказал Джон твёрдо.

— Есть одно дело. Но я полагаю, что оно не подойдёт для Вас.

— Я вызвался добровольцем, поэтому выполню любое Ваше поручение.

— Хорошо. Вы должны ходить и собирать мусор у других волонтёров.

— Прекрасно. Где я могу получить мешки для мусора?

Мужчина указал на пристройку к мусорным контейнерам.

Действительно? Мусор? Он не ожидал этого, когда ехал на встречу с Лизетт. Ему казалось, что будет хороший ужин, возможно, прогулка по пляжу и горячие потные тела, после романтического свидания.

Джон подошёл к автомобилю Лизетт, снял галстук и жакет, закатал рукава и расстегнул воротник своей белой рубашки. Он собирался показать Лизетт на что способен.

Он должен был собирать мусор, начиная от парковки и до конца парка, огибая игровые комплексы и карусели. Джон был поражён тем, сколько мусора он собрал. Он сталкивался с большим количеством пристальных взглядов и восторженный женских комментариев.

Вдруг мальчик лет десяти с пакетом из-под чипсов приблизился к Джону. Мальчишка оглядел его снизу – вверх и спросил:

— Эй, господин, Вы заблудилась по дороге на свадьбу или на какое-то ещё мероприятие?

Джон засмеялся и ответил:

— Не совсем.

— Вам помочь с уборкой мусора?

«Почему бы и нет», — подумал Джону. Ему не хватало весёлой компании:

— Как тебя зовут?

— Бобби.

— Хорошо, что я встретил тебя, Бобби. Я - Джон, — они обменялись рукопожатиями, и Бобби решил помочь Джону с уборкой мусора.

— Вы недавно приехали сюда? Я не видел Вас раньше.

— Я здесь впервые.

— Ничего страшного.

— Кажется, ты хорошо знаешь это место. Часто ты здесь бываешь?

— Да, я каждый месяц помогаю волонтёрам. Это - мой район. Мои пять младших братьев приезжают сюда вместе с моей мамой. На самом деле это бабушка, но мы все называем её мамой. В прошлом месяце мой брат Дэнни порезал свои ноги об одну из разбитых бутылок. Тогда мама запретила мне ходить в этот парк, пока здесь не будет чисто и безопасно.

Мальчик взглянул на Джона и спросил:

— Почему Вы здесь? Вы кто-то известный? Или, неужели сделали что-то незаконное, например, продали наркотики или напились, и теперь выполняете общественные работы вместо тюремного наказания?

«Ничего себе, какой большой вопрос. Но правда была ничтожна. Я здесь, потому что был разыгран в лотереи прошлой ночью и женщина, которая выиграла меня, решила вместо свидания в шикарном ресторане привести меня в это экзотическое место»,— но времени на разъяснения не было, поэтому Джон солгал:

— Я не делал ничего противозаконного. Я здесь, чтобы помочь, как и ты.

— Прохладно, в следующий раз одевайтесь теплее. О, Вы могли бы надеть джинсы и ботинки, подходящие для грязной работы, — Бобби рассмеялся.

«В следующий раз…», — подумал Джон, — «я всегда буду помнить этот момент, Бобби».

Они продолжали работать в течение всего дня. Последний мешок мусора был заброшен в контейнер, и они собирались разойтись, когда Лизетт приблизилась к ним:

— Эй, мисс Лизетт, не забывайте про ужин, — сказал Бобби.

— Извини, Бобби, но не получится. Сегодня у меня уже есть планы на ужин.

— Ах, мисс Лизетт, Вы всегда ужинаете с нами. Разве нельзя отменить Ваши планы?

Джон знал, о каких планах говорит Лизетт:

— Бобби, у Лизетт уже есть планы на сегодняшний ужин со мной.

Бобби посмотрел сначала на Джона, потом на Лизетт и сказал:

— Чудесно. Вы оба можете прийти к нам на ужин. Я сообщу маме, — не дождавшись ответа, Бобби побежал в сторону сбора группы.

«Бобби — хороший ребёнок», — подумал Джон. Но он не хотел делить этот вечер с кем-то ещё кроме Лизетт. Он надеялся продолжить, то что они начали вчера. Но сначала Джон должен был выяснить, почему Лизетт была так холодна с ним сегодня.

— Что ты думаешь? Ужин с семьёй Бобби или со мной? — спросил он.

Джон увидел, как щёки Лизетт вспыхнули красным румянцем:

— Это - традиция.

«Проклятье, я должен был это предвидеть!» — подумал Джон, когда они возвращались к автомобилю, — «Это всего лишь ужин. Сколько времени это может продлиться? Но в любом случаи у нас ещё целая ночь впереди».


Глава 5

Джон маячил перед глазами Лизетт целый день. Она пыталась его игнорировать, когда красила качели, когда помогала с озеленением. Она была уверена, что он уедет подальше отсюда. И каково же было её удивление, когда Джон принялся собирать мусор и дружелюбно болтал с Бобби около мусорных контейнеров. Лизетт обычно не привлекали разодетые мужчины, но Джон был бесподобен, она не могла оторвать глаз от его обнажённых рук. «Ах, если бы он не солгал мне тогда, на вечере…», — думала Лизетт, подъезжая к дому Бобби.

Она припарковалась у дороги, где её уже встречала мама Бобби со своими пятью сыновьями.

— Привет, мисс Лизетт, — радостно воскликнула женщина.

Мама Бобби стояла на крыльце дома. Как всегда, её волосы цвета соли-и-перца были уложены в пучок. Все поприветствовали друг друга. Женщина приказала своим сыновьям идти мыть руки, и они без колебаний побежали в дом. В шестьдесят четыре года она в одиночку справлялась с шестью мальчишками, и Лизетт это поражало.

— Ваш друг там и будет сидеть в автомобиле или Вы его, наконец, пригласите в дом? — спросила женщина.

Лизетт повернулась к Джону и сказала:

— Если мы опоздаем на ужин, то нам не достанется десерта. Между прочим, в этом доме готовят самый лучший яблочный пирог в Род-Айленде.

Без колебаний они вдвоём направились в дом, откуда уже доносился запах домашней еды. Открывая парадную дверь, Лизетт повернулась к Джону и сказала с улыбкой:

— Я узнаю этот запах из тысячи. Джон, я уверена, что Вас не разочарует сегодняшний вечер, — не дождавшись ответа, она направилась на кухню, Джон шёл позади.

Мама Бобби сразу же спросила:

— Вы собираетесь представить меня своему другу или планируете оставить всё в секрете?

— Конечно, Госпожа Медейрос, это господин Джонатан Винчи, он занимается новейшими медицинскими разработками. Господин Винчи, это госпожа Медейрос.

Женщина посмотрела на Лизетт через плечо и сказала Джону:

— Ещё раз назовёте меня госпожой Медейрос и не получите десерта. Друг Лизетт - мой друг, а мои друзья называют меня мамой.

— Мы с Лизетт не просто друзья, мама.

— Действительно? Ваши слова, музыка для моих старых ушей. Самое время, Лизетт. Я уже начала подумывать о том, чтобы найти Вам подходящего жениха. Но похоже Вы сами со всем справились, — она подмигнула Лизетт и сказала, — Вы расскажите мне обо всех подробностях после ужина.

— Это не то, что я имел в виду, мама.

Лизетт заметила улыбку на лице Джона, когда мама обняла его. Сживая его тело в объятиях, она сказала Лизетт:

— Не знаю, где Вы наши его Лизетт, но он просто чудо, — она засмеялась.

— Мои друзья называют меня Джоном.

Лизетт смотрела на то, как мама очарована Джоном. «Это будет долгая ночь», — подумала она.

— Лизетт, не затруднит ли Вас проводить Джона в ванную комнату. Наверное, она захочет освежиться после тяжёлой работы. А мы с мальчиками накроем на стол.

Лизетт не стала спорить с мамой.

— Следуйте за мной, — сказала она и направилась в ванную комнату на первом этаже.

Лизетт была, как родная в этом доме. У неё не было родных братьев, поэтому, когда она приезжала сюда, то чувствовала себя маленькой дочерью мамы. «Хорошее место», — думала она.

— Есть кое-что, в чём я нуждаюсь, — сказал Джон хриплым голом.

— Что же это?

Джон близко наклонился к Лизетт и прошептал:

— Мне нужно, чтобы Вы перестали называть меня господином Винчи. Меня зовут Джон. Я уже говорил Вам это прошлой ночью.

Она с волнением посмотрела на него, а он продолжил говорить:

— Прошлым вечером между нами были другие отношения. Что изменилось? Почему Вы так холодным сегодня, Лизетт?

«Что изменилось? Всё», — подумала Лизетт и отстранилась. Ну, почти всё, за исключением предательского влечения к его телу, которое испытывала Лизетт. Она была зла на саму себя из-за того, что настолько сильно желала этого мужчину. Ей нужно было отойти на безопасное расстояние, чтобы собраться с мыслями. Но Лизетт не могла устоять. Она наклонилась и, подарив Джону, лёгкий поцелуй сказала:

— Всё изменилось, Джон…

После этого она повернулась и побежала в ванну комнату на втором этаже, где заперлась.

Холодная вода освежила её лицо и дала немного времени, чтобы взять себя в руки. Посмотрев на своё отражение в зеркале, Лизетт поняла, что потеряла самообладание. «Лизетт, ты ненавидишь этого человека, помни об этом», — сказала она себе. Но в глубине души понимала, что это ложь. Она хотела быть рядом с ним, потому что нуждалась в нём, хоть и не признавала этого.



Джон был благодарен за то, что ему позволили воспользоваться ванной комнатой и смыть себя всю эту «грязь». Он предпочёл бы горячий душ и чистую одежду, но на данный момент это было нереальным. О, как Лизетт нравилось играть в игры! И Джон позволял ей это делать, потому что у него была ещё целая ночь впереди, чтобы уравнять счёт.