Мириэль с ужасом обернулась, ожидая, что и ее сейчас сметет этот ужасный вихрь… И оказалась в объятиях князя Белозерцева!

— Мириэль! Сокровище мое! Этот негодяй вам не причинил никакого вреда?!

Карие глаза князя смотрели на нее с удивительной нежностью — Мириэль тонула в этих глазах! — она даже забыла о боли в ушибленном ребре и прошептала, обвивая шею князя руками:

— Мой принц! О, мой принц! Ты пришел! Ты спас меня! Прямо как в сказке! Все как в сказке! О, мой Эрик!

— Моя русалочка! — прошептал в ответ князь Никита, целуя Мириэль.


Оказалось, что старый мистер Сноуфилд, дедушка Арчи, вовсе не умирал. Просто после смерти лучшего друга и возлюбленной жены он потерял вкус к жизни. Его жизнь подходила к закату… Воспоминания о молодости, об ушедших дорогих ему людях — вот все, что оставалось ему в удел! Еще семья, да, — но семью он не любил. Ни слишком послушного и тихого сына, ни агрессивную невестку… Старый мистер Сноуфилд решил уйти в монастырь. Но оставалась забота о семье, пусть даже нелюбимой. Он скопил основательное состояние и создал свое дело, но — он знал, как часто наследники по неумению и неспособности губят дело жизни своих великих отцов и растрачивают состояния. Он видел, что сын его интересуется только натюрмортами и творчеством поэта Эллиота. Он давно отказался от попыток ввести сына в бизнес. Оставалось надеяться только на внука… Но мистер Сноуфилд понимал, что богатство, полученное изначально, с рождения, в наследство и без всякого труда, редко бывает хорошим стимулом к деятельности. И мистер Сноуфилд решился на довольно-таки суровый эксперимент. Спрятав основную часть своего состояния (действительно заключенную в золоте и драгоценностях) в тайнике за камином, он сделал приписку к завещанию — к тому самому завещанию, по которому Арчи и Рэйчел должны были получить после свадьбы ту часть состояния, которая хранилась в городском банке. В приписке он приказал своему адвокату передать Арчи в день его тридцатилетия запечатанный конверт… Или — раньше: в тот день, когда Арчи собственными трудами соберет первый миллион. В конверте старик указал место тайника с драгоценностями — позади выдвигающегося камина. После чего он удалился в монастырь, где разыграл комедию своей смерти — наверное, это был один из немногих случаев в истории, когда смерть действительно была комедией! И уж конечно, старый мистер Сноуфилд не мог ожидать, что молодая миссис Сноуфилд решит украсить камин лепниной, затруднив тем самым работу механизма, с помощью которого камин должен был уехать внутрь стены! И тем более — мистер Сноуфилд не мог ожидать, что у честнейшего семейного адвоката окажется не очень честный и излишне любопытный внук, который вскроет конверт с припиской.

Марк действительно не был буфетчиком. Он был внуком адвоката. Он решил найти сокровища Сноуфилда прежде, чем Арчи исполнится тридцать лет — или он добудет свой первый миллион. Старый мистер Сноуфилд всего этого, естественно, не предполагал, а вернуться домой решил из-за того, что понял: завещание с требованием брака между Арчи и Рэйчел — ошибка. Он не знал еще о побеге Рэйчел, зато знал о любви Томаса и Дорис. Возвращаться к семье ему не хотелось — в монастыре он не знал никаких забот, спокойно сажал цветы и даже завел кота, а дома всегда было шумно и хлопотно… И, питая с юности склонность к мистификациям, старый мистер Сноуфилд решил устроить волшебный сюрприз: прийти в дом ночью через черный ход, пройти к себе в кабинет через потайную дверь, так же ведущую внутрь камина, взять ларец с сокровищами и поставить их на стол, за которым теперь работал Арчи. И написать письмо, в котором избавлял Арчи и Рэйчел от ненавистного для них брака и благословлял союз Томаса и Дорис. Случись проверка письма на подлинность — любой графолог, специалист по почеркам, подтвердил бы его подпись под письмом «с того света»! Одного мистер Сноуфилд не учел: того, что при виде такого сюрприза слабонервного человека мог бы хватить удар.

Впрочем, Арчи ведь не был слабонервным. То, что для своего появления мистер Сноуфилд выбрал именно эту ночь, было чистой случайностью! Ну, а появление князя случайностью не было: вернувшись вечером в гостиницу, он обнаружил отчаянное письмо Мириэль и поспешил на помощь.


Всю эту историю старый мистер Сноуфилд рассказывал, сидя в гостиной за наспех накрытым столом. Сын его — мистер Сноуфилд — все еще смотрел на него с суеверным ужасом, словно не верил, что отец все это время был жив… Зато внук — Арчи — громко восхищался умом и находчивостью деда. Томас обнимал Дорис. Мистер и миссис Уорнер смотрели на них с умилением. Дядя Генри наливал себе восьмой стаканчик сладкой вишневой настойки. А Мириэль и князь Белозерцев стеснялись сейчас обняться при всех — но не разнимали рук, не отводили друг от друга влюбленных глаз… И миссис Сноуфилд впервые не обращала внимания на них и даже совсем не сердилась: она прижимала к себе дремлющего Эли.

А Мириэль была бесконечно счастлива! Мириэль наконец-то нашла своего настоящего принца! Наконец-то сбылись ее мечты! Ей только было жаль Марка, которого недавно увезла полиция… Конечно, Марк поступил ужасно. Но ей так хотелось, чтобы сегодня все, все в мире были так же счастливы, как она. И она думала о том, что следующей ночью побежит к берегу океана и все-все расскажет Арарите. И Арарита тоже будет счастлива! И Арчи! Все, все будут счастливы!

Мириэль не хотелось вспоминать про Рилиана…


А в глубине океана, в пещере, скрытой под грудой земного золота, две русалки — морская ведьма Нинева и ее прислужница Лирина — следили за происходящим, глядя в волшебную раковину.

— Похоже, Мириэль действительно никогда не вернется! — сказала Лирина, не в силах скрыть охватившей ее радости.

— Ты ведь не хотела, чтобы она служила мне? — усмехнулась Нинева.

— Нет. Я… Я ревновала вас, госпожа! Простите меня, — смиренно призналась Лирина, но глаза ее сверкали неудержимой радостью.

— Прощаю. Когда-то я сама точно так же обожала свою учительницу… Я говорила тебе, что из тебя получится хорошая морская ведьма?

— Нет, вы никогда не говорили этого, госпожа! — затрепетав, ответила Лирина.

— Так вот, теперь я это тебе сказала… И могу повторить: из тебя получится хорошая морская ведьма. Самые лучшие ведьмы получаются из тех русалочек, которые никогда не влюблялись и даже не мечтали о любви, которые никогда ни с кем не дружили и не хотели приключений… Из тех русалочек, которые больше всего хотели знаний! И власти. А власть моя велика, Лирина… Ты видела? Всего несколько капель моей крови — и вот уже сколько человеческих и русалочьих сердец нашли друг друга и свое счастье! Те несколько капель крови, которые я добавила в волшебный напиток для маленькой, глупенькой русалочки, воображавшей, будто она влюблена… Вот она, настоящая власть! И настоящее счастье! — морская ведьма не смогла сдержать ликующего смеха:

— Я изменила будущее всех их… Я оказалась сильнее судьбы! Сильнее их земной судьбы! А может быть, я — сама судьба, как ты думаешь, Лирина? Ты только посмотри на них! Рыжеволосая Рэйчел — и рыбак Билл! Они бы даже не встретились, если бы не Мириэль… Наша маленькая Мириэль, тоже нашедшая свое счастье с этим князем. И несчастная девочка Дорис с ее другом детства… Возможно, они бы и страдали так всю жизнь, повинуясь своим семьям! А Арарита, воинственная Арарита, так крепко тебя поколотившая — и этот надменный Арчи, которого они вообразили «принцем»! И все они могли бы быть просто несчастны… Или — прожили бы жизнь, так и не узнав, что же это такое — СЧАСТЬЕ! А я проколола руку и добавила несколько капель крови в напиток… И произнесла несколько заклинаний… Как мало нужно!

— Да, госпожа, я тоже мечтаю стать ведьмой, я пришла к тебе именно для того, чтобы учиться, но… Но теперь, — личико Лирины омрачилось.

— Что — теперь? — переспросила ведьма, приподнимая ее за подбородок.

— Теперь я узнала и полюбила тебя, госпожа! А ведь я не смогу стать морской ведьмой, пока…

Лирина умолкла, жалобно глядя на Ниневу. А потом решительно заявила:

— Нет, госпожа, лучше я не буду учиться! Лучше я вечно буду расчесывать твои волосы и проживу столько же, сколько положено жить обыкновенным русалкам!

Нинева улыбнулась и ласково провела ладонью по волосам Лирины.

— Тебя тревожит то, что ты не сможешь стать морской ведьмой, пока предыдущая ведьма не умрет? Так ведь не обязательно же тебе становиться ведьмой Атлантического океана! Есть множество морей… Например, Балтийское море. Холодное, загадочное море — сосны роняют свои слезы в волны Балтики, и смола застывает, становится янтарем, а люди собирают этот янтарь и делают из него украшения, потому что считают его магическим и целебным. Ведьма Балтики живет в янтарном дворце. И она стара, очень стара. Не так давно я получила от нее послание. Она отправила рыб-гонцов ко всем морским ведьмам, с просьбой подыскать талантливую ученицу, которая со временем сможет ее сменить. Хочешь жить в янтарном дворце, Лирина?

— Мне будет так одиноко в чужих водах…

— Одиночество — участь морской ведьмы. Одиночество — плата за нашу науку и нашу власть! И… Разве ты не была одинока даже в родном доме?

— Была… Но теперь я не одинока! У меня есть ты, госпожа! — пылко воскликнула Лирина, и, поймав руку Ниневы, прижалась к ней губами. — Я не хочу расставаться с тобой…

С насмешливой и нежной улыбкой смотрела морская ведьма на склоненную голову Лирины, и думала: «Придет время — и твое предназначение позовет тебя в путь с такой силой, что никакая любовь, никакая дружба, никакая благодарность не удержит тебя здесь… Твое предназначение — быть морской ведьмой, а не служанкой и не ученицей. И ты уйдешь… Ты уйдешь, а я снова останусь одна. Пока какая-нибудь глупенькая русалочка не захочет разделить мое одиночество, чтобы получить в награду любовь морского охотника — или даже земного принца!»