Вскоре во дворе замка послышались стук лошадиных копыт и мужские голоса. А через пару минут на пороге возник сэр Ральф Крайтон, верный друг и соратник, будущий командир гарнизона крепости Брунгард.

– Что я слышу, Перси, – устремился к нему Ральф, – ты женишься?

– Похоже, что так, друг мой, – проговорил в ответ сэр Персиваль, – только не спрашивай меня ни о чём, я и сам не пойму, как это случилось.

В этот момент в зал вошли лорд Энтони, ещё более роскошно одетый и внушительный, а рядом с ним юное стройное создание в струящемся розовом платье, отделанном серым мехом. Блестящие светлые волосы распущены по плечам, на голове маленький венок из крошечных шёлковых роз, украшенных жемчугом. Сэр Ральф удивлённо открыл рот, не совладав со своими чувствами. А нежное создание, скромно опустив глаза, прошествовало через зал об руку с отцом и остановилось у большого стола. Сэр Персиваль поднялся навстречу, а тут и священник появился непонятно откуда. Зал заполнился людьми, среди которых рыцарь увидел и своих воинов. Как он понял, свидетелей торжественного момента должно было быть как можно больше. В зале, полном людей, установилась тишина, и голос священника прозвучал как вещающий беду набат – так, во всяком случае, показалось рыцарю. Этот голос звал его к подвигу, совершать который не было ни малейшего желания. Девушка, несомненно, была очаровательна, но совсем не в его вкусе. Ему всегда нравились женщины темноволосые, высокие и решительные, сильные духом, настоящие подруги для воина. А эта была как маленький воробушек, небольшого росточка и хрупкая, к тому же светловолосая и пугливая. Разве такая жена нужна доблестному рыцарю, готовящемуся пустить корни в этой неспокойной, суровой земле? Правда, эта малышка дала ему маленькую надежду, что всё ещё может обойтись. Дай-то Господь!

Но тут священник воззвал к молодым:

– Подойдите ко мне, дети мои, и встаньте перед лицом Господа нашего. Данной мне властью я осуществлю первый шаг к вашему желание соединиться нерушимыми узами брака.

Сэр Персиваль подал руку своей нареченной, и они рядом встали перед священником – он, высокий, широкоплечий и темноволосый, и она, маленькая, щупленькая и с роскошной гривой серебристых волос. По правде говоря, картина была очень красивая, но ни жених, ни невеста не думали об этом. Их мысли были о том, как на самом деле избежать этого брака, который освящался в настоящую минуту. Священник произнёс все требующиеся к случаю слова, сэр Персиваль поставил свою подпись на подготовленном срочным образом документе, и начался пир по случаю этого торжественного события. Стол был заставлен весьма обильно, и вино, что называется, лилось рекой. Это значительно улучшило настроение сэра Персиваля, не говоря уже о его спутниках. Но особенно поднялся дух рыцаря, когда после застолья его будущий тесть в беседе один на один озвучил сумму приданого, которое даёт за дочерью. Кровь Христова! Да за эти деньги можно возвести замок, подобный королевскому. Нет! Ему, сэру Персивалю, определённо не за что обижаться на судьбу. При всех её крутых поворотах, она щедро одарила его, не менее щедро, чем сам король Эдуард.

И когда на следующее утро сэр Персиваль Кавендиш покидал замок лорда Энтони Горсея, увозя с собой документ, обещающий ему так много, настроение его было лучезарным, и будущее виделось в розовом свете.

2

– Получилось, Лиззи, получилось! – восторженно выдохнула леди Розамунда, попав, наконец, в свои покои. – Готовь моё розовое платье. Сейчас будет обручение.

– Обручение? – ахнула верная служанка, бывшая в курсе всех дел, шалостей и мечтаний своей госпожи. – Чему же вы радуетесь, миледи?

– Как ты не понимаешь, Лиззи! Радость в том, что ненавистный лорд Бенджамин де Варенн, мысль о котором надоела мне до колик, останется с носом. Да, отец обещал ему мою руку, но договора не подписал, как я знаю, и обручения не было. А этот тип уже открыл рот на моё приданое и разливается соловьём. А ведь он даже и в глаза меня не видел, как и я его. Хотя мне кое-что рассказывал о нём старый Патрик, который ездил с отцом в Лондон, помнишь? И мне такой жених ни за какие пряники не нужен. Бр-р! С бородавкой на носу, представляешь?

– Ох, миледи, как я вас хорошо понимаю, – с лукавой улыбкой откликнулась верная горничная. – С бородавкой на носу, да ещё и годами вам чуть ли не в отцы годится. А что этот рыцарь, новый? Он хорош собой? Молод?

– Да я и не рассмотрела его хорошенько, говоря по правде, – Розамунда весело улыбнулась. – Он просто по счастливой случайности мне на пути встретился. С виду суров, но глаза мне показались добрыми. И, думаю, я сумею избавиться от него тоже, пока дело до свадьбы дойдёт.

– Ой ли? – усомнилась Лиззи. – Эти мужчины такие настырные. Уж если вцепится во что-нибудь, так в жизнь не отпустит. А ваш батюшка на приданое-то не поскупился, я слышала. Редкий мужчина от таких денег добровольно откажется.

Розамунда задумчиво взглянула на верную служанку. Потом тряхнула головой:

– Я всё-таки верю, что смогу отделаться от него, Лиззи. Как и в то, что мой молодой золотоволосый рыцарь приедет за мной обязательно, как Мэйбл мне в детстве рассказывала. Я так отчётливо вижу его перед глазами. Он похож на Святого Георгия, что я видела на витраже в Йорке, когда батюшка меня на праздник возил. Такой красивый, глаз не отвести!

– Хорошо бы всё вышло, как вам хочется, миледи, – вздохнула служанка, принимаясь расчёсывать роскошные волосы госпожи.

Времени у них уже не оставалось. Надо было спускаться в зал.

В зале было полно людей. Но когда Розамунда в своём роскошном платье и с веночком на голове спустилась с верхнего яруса донжона, все голоса вмиг затихли. Девушка была хороша, как утренняя заря в погожий день, и ею нельзя было не залюбоваться. Отец глянул на неё с гордостью. Он, похоже, уже не сердился. Может быть, и сам теперь не рад был, что дал слово лорду де Варенну, кто знает. Жених же смотрел на неё без восторга в глазах. Он сам попался в силки, хоть и был на вид сильным ястребом, никак не воробушком и не птичкой певчей. Но всё происходило не по его желанию, и это видимо рыцарю было не по душе. А он совсем не дурён собой, подумалось Розамунде. Лиззи, спешившая за госпожой, и вовсе глаза открыла – мужчина был в самом расцвете, лет тридцати, не больше. Высок, широкоплеч, силён. Волосы тёмные, мягкими прядями падают на ворот камзола. Глаза чёрные, в их бездонной глубине утонуть ничего не стоит. Совсем неплох жених. Напрасно её госпожа избавляться от него собирается. А её золотоволосый рыцарь, придуманный когда-то в детстве, только пустая мечта, и никогда ведь за ней не приедет.

Всё это вихрем пронеслось в голове сообразительной служанки, и тут глаза её остановились на другом рыцаре, что стоял возле жениха. Ой, какой мужчина! Тоже высок, почти как сэр Персиваль, но изящный и стройный, хотя сила в нём чувствуется. Волосы светлые, рыжевато-золотистые, а глаза – ох! – ну прямо как бархат, мягкого коричневого цвета, даже с золотинкой, кажется. О, силы небесные, какой красавец! Но красавец этот ни разу за весь вечер даже не взглянул на Лиззи. Что она для него? Служанка просто, хоть и родственница своей госпоже, и приданое имеет тоже, пусть небольшое, но всё-таки. Но где ему знать об этом. Тоже, скорее всего, станет искать невесту среди местных красавиц. А жаль.

Пир явно удался, и все были довольны. А на следующий день рыцарь со своим отрядом покинул замок Чолкэм и двинулся дальше на север искать собственное владение. Лорд Горсей, умудренный жизнью мужчина и любящий, заботливый отец, отправил вслед новоявленному жениху дочери сообразительного и шустрого Сэма с парой помощников. Пусть посмотрит, что за владение досталось рыцарю, и так ли он хорош, как показался на первый взгляд. Основанием для недоверия служил его жизненный опыт – один раз он уже ошибся и не желал допустить этого повторно. То, что рассказал ему о себе рыцарь Персиваль Кавендиш, было понятно и не вызывало нареканий. Да, он был небогат, но зато силён и отважен, что исключительно важно в их суровых краях. И ещё честен. А это дорогого стоит.

Не прошло и недели, как в замок Чолкэм с большой помпой явился лорд Бенджамин де Варенн. Он явно хотел произвести впечатление на домочадцев захолустного северного замка, осчастливленного посещением столь знатной особы. Лорд Горсей, наблюдавший за этой демонстрацией величия своего несостоявшегося зятя из окна донжона, усмехнулся. Теперь он знал истинную цену этому лощёному типу, хотя поначалу, встретив его в Лондоне, был, стыдно сказать, польщён возможностью породниться с ним. Однако с тех пор, наезжая время от времени в Йорк, он узнал много нелестного об этом человеке, и сейчас был чрезвычайно рад, что обручил свою дочь с другим, пусть даже это произошло не так достойно, как должно бы, и слегка попахивало скандалом. Но счастье любимой дочери было дороже всего.

Перед воротами прозвучал сигнал горна, и герольд громко оповестил о прибытии лорда де Варена, рыцаря Ордена Бани и чего-то там ещё, не совсем понятного неизощрённому слуху капитана гарнизона. Сэр Уильям Форд бросил взгляд на своего лорда, которого заметил в окне, и, получив добро, велел открыть ворота. Копыта лошадей процокали по доскам подъёмного моста, и кавалькада въехала в мощёный камнем двор. Забегали слуги, принимая лошадей, и хозяин вышел на ступени донжона встретить гостя. Всё было, как и положено, торжественно и чинно. Лорд де Варенн приветливо, но несколько покровительственно, улыбнулся будущему тестю и проследовал за ним в большой высокий зал. Замок оказался намного больше и мощнее, чем он думал раньше. Это радовало. Нет сомнений в том, что ему уже давно надо было приобрести для себя солидное владение, пусть даже на захолустном севере. А тесть – человек пожилой, он вряд ли надолго задержится на этом свете, особенно если ему немного помочь.

Зал, освещаемый несколькими факелами в дополнение к свету, льющемуся сквозь узкие окна-бойницы, был довольно уютен. На стенах развешаны слегка потерявшие цвет гобелены воинственной тематики и разного вида оружие – явная гордость хозяина. «Гордись, гордись, – промелькнуло в голове у гостя, – недолго уж осталось». Но глаза с удовольствием переместились на большой стол, где уже возникли чаши и бутыли с вином, а также всё что положено, чтобы поддержать силы уставших в дороге путников. Лорд Горсей был гостеприимен, это приятно. После нескольких приветственных слов лорд де Варенн уселся за высокий стол справа от хозяина, слева от которого занял место очень высокий и мощный мужчина лет сорока с суровым обветренным лицом и зоркими серыми глазами – гостю он совершено не понравился, с таким будет не так-то легко сладить. А от лорда Горсея не укрылось, что рядом с приезжим вельможей уселся и ещё один тип, явно незнатного происхождения, и скорее похожий на разбойника с большой дороги, чем на рыцаря. Между тем гость вскользь представил его как рыцаря Грэгори Хенкока, его доверенного помощника. Однако первая чаша, выпитая до дна, сразу разрядила обстановку, несколько натянутую поначалу.