- А я знаю, - сказала она, зардевшись от удовольствия. - Можешь принести мне еще один коктейль.

- Сейчас сделаю. - Он взял пустой графин. Рей чувствовала себя на седьмом небе, глядя ему вслед. Кевин не уедет. И Ник тоже. Но, если она согласится на повышение и переедет в Лос-Анджелес, поедут ли они с ней? Площадки для гольфа есть повсюду... Ее мысли кружились - то ли от радости, то ли от коктейлей Ника. Надо обговорить это с ним, теперь, когда Они снова в дружеских отношениях, можно рассказать обо всем.

- Нужно еще кое-что обсудить, - сказала Рей, когда он возвратился с выпивкой.

- Да?

- Мне предложили другую работу. Она сбросила туфли-лодочки, подогнула под себя ноги и посвятила его в подробности.

- Ты хочешь принять ее? - прямо спросил он.

- В какой-то степени. - Рей задумчиво сделала глоток. - Это интересно. Хотя я беспокоюсь о ребятах. - Она рассказала о своих сомнениях. - Но Харрисон считает, что, если я откажусь, мне больше не видать повышения.

Ник, казалось, остолбенел.

- Харрисон?

- Мистер Бауэрз. Мой босс.

- Я знаю, кто он. - Ник резко поставил бокал. - Он тоже перебирается в Лос-Анджелес?

- Харрисон? - спросила она озадаченно. Ник смотрел на нее свирепо. Она покачала головой, словно надеясь прояснить ее. - Нет. Он перебирается, но не в Лос-Анджелес.

- Значит, не с тобой? - Казалось, он придавал большое значение этому вопросу.

- Разумеется, не со мной. Он переходит на другую работу в совершенно иной области.

Она рассказала о том, какая идея пришла в голову Бауэрзу. Почему-то сейчас ей это показалось смешным.

- Он считает, что я могу получить его должность. Но я...

- Ясно, - сказал Ник и, забрав у нее из рук бокал, поставил его на стол. Затем взял обе ее руки в свои. - Скажи мне только одно, Рей. Почему ты бросила меня тогда в Монтерее?

- Я... - Она замешкалась, захваченная врасплох неожиданностью вопроса. - Я же говорила тебе. Банк.

- Нет. Были праздники, и ты взяла неделю отпуска. Скажи мне правду. Ты не умеешь лгать.

Рей отняла руки и покачала головой. Она не хотела, чтобы он узнал правду.

- Ладно, - тихо сказал Ник. - Если я тебя не интересую...

- Интересуешь! - Рей взглянула на него широко открытыми глазами, окончательно сбитая с толку. Надо же, подумать такое - он ее не интересует! Слова полились сами собой. - Ты интересуешь меня больше, чем думаешь, произнесла она шепотом. - Может даже, я... я люблю тебя.

Слова были едва слышны, но Ник, должно быть, услышал, потому что нежно притянул ее к себе и держал так, словно не собирался никогда отпускать.

- Так же сильно, как я люблю тебя? - спросил он, ласковыми теплыми губами касаясь ее виска.

- Сильнее. - Рей почувствовала прилив радости, восторга. - Так сильно, как я, любить невозможно.

- Тогда расскажи мне, любимая, почему мы впустую потратили столько времени? Почему ты покинула меня в тот день в Монтерее?

Она покачала головой, пряча лицо у него на груди.

- Доверься мне, любимая, - уговаривал он.

- Я испугалась, - прошептала Рей.

- Меня? - удивился Ник.

- Нет. Себя. - Она выпрямилась, отодвинулась от него. Лучше рассказать ему до... до того, как они... Но, когда он узнает, захочет ли он ее? Рей взяла свой бокал с недопитым коктейлем и сделала несколько глотков. - Дело в том, что я не... я не могу... я не очень сексуальна. - Она провела пальцем по ободку бокала, не поднимая на него глаз.

- Понятно, - сказал он тихо и очень печально. - Полагаю, ты убедилась в этом на своем богатом опыте?

- Пожалуйста, не издевайся. - На нее снова нахлынули неприятные воспоминания. - Я не могла удовлетворить своего мужа.

- О? А он удовлетворял тебя?

- Я не знаю. - Она об этом никогда не думала. - Я... я не помню. Я плохо разбираюсь в... в сексе.

Полная неудачница: не сумела осчастливить мужа, и он бегал от нее к другим женщинам. Она чуть не поперхнулась, сделав глоток теперь уже теплого коктейля.

- Мне было так стыдно. Я никому об этом не говорила, даже матери, а Том попросил развода. В тот самый день перед сердечным приступом. Он собирался жениться на другой. - Красивой, ненасытной, сексуальной Лесли Пауэрз. - На женщине, которая была... не такой, как я.

- Понятно.

Она почувствовала неловкость под его пристальным взглядом.

Что ж, признаваться, так уж до конца.

- Я разочаровала Тома, - произнесла Рей ровным голосом. Она глубоко вздохнула и взглянула ему в глаза. - В тот день в гостинице... О, Ник, я была не в силах разочаровать и тебя. Поэтому я уехала.

- Понятно.

Рей сидела молча, в той же позе, подавленная унизительностью открывшейся правды. Вот, она ему рассказала все.

Именно тогда Ник нагнулся и поцеловал ее.

- Я люблю тебя, - прошептал он. - Ты выйдешь за меня замуж?

Рей пристально посмотрела на него.

- Разве ты не понял? Я...

- Ты меня слышала? - Он руками обхватил ее лицо и снова поцеловал ее, так нежно, так страстно, что дрожь желания охватила ее. - Мы потеряли достаточно времени, моя любовь. Я хочу, чтобы ты стала моей - и побыстрее.

Согласна?

- Да, согласна.

Охватившее ее чувство счастья стерло все другие мысли. Стать его женой, принадлежать ему, быть рядом с ним. Она едва услышала звонок в дверь.

- Думаю, прибыл наш ужин.

Ник провел пальцем по ее щеке и достал из кармана квитанции, направляясь к двери. Он вернулся, неся пиццу, от аромата которой Рей почувствовала голод.

- О каком соревновании говорит Джо? - спросил Ник, подавая пиццу и наливая кофе.

- О, это один из проектов в клубе скаутов. Они сами делают машины и затем ездят наперегонки.

- Понятно. Модели из конструктора?

- Нет, самодельные. Кажется, разрешается купить маленькие колесики и детали в магазине хозтоваров, но нужно вырезать машину из куска дерева и...

- Шутишь! И Джо ждет от меня помощи!

Ник выглядел таким ошеломленным, что Рей засмеялась. И почувствовала себя гораздо лучше. Пицца и кофе дали незамедлительный результат. Успокаивающий. Освежающий.

Пока они ели, Ник болтал о всяких пустяках, касающихся мальчишек. От разговора Рей расслабилась и успокоилась, хотя радостное ожидание все еще омрачалось нависшим облаком страха. Понял ли он то, что она сказала? Разочарует ли она его, как Тома? Нет. Не разочарует, потому что единственным ее желанием было сделать его счастливым.

Когда они закончили есть, она спустила ноги на пол и принялась собирать тарелки.

- Оставь, - Ник снова притянул ее на диван. - Нам нужно поговорить, моя любовь. Оробев, она слегка отстранилась от него.

- Не убегай. Сегодня день откровений, и я хочу, чтобы ты была рядом, когда мы будем смотреть в лицо фактам. - Он засмеялся и прижал ее к себе, целуя в макушку. - Помнишь, я однажды сказал тебе, что ты страдаешь синдромом суперженщины?

- Да.

Как она могла забыть об этом? В тот день они поссорились из-за того, что он позволил мальчикам взобраться на крышу.

- Я тогда сказал, что совершенных людей не бывает.

Рей отпрянула от него.

- Я никогда не претендовала на совершенство!

- Ага, значит, недостатки у тебя имеются. Теперь давай поговорим о твоих достоинствах. - Он повернул ее лицом к себе. - Я хочу видеть твое лицо, когда буду рассказывать, почему я тебя люблю.

- О, Ник. Ты действительно меня любишь? Все еще? - Она заглянула ему в лицо, пытаясь найти сомнение в его глазах.

- Все еще. Мне и самому странно. - Он театрально вздохнул. - Я хочу понять почему. Ты, конечно, идеальная мать, но это благодаря детям. Без сомнения, превосходный банкир. Доказательство тому - предложенное повышение. Кстати, Ник неожиданно стал серьезным, - ты хочешь принять эту работу?

- Работу?

- Да, в Лос-Анджелесе. Похоже, больше всего ты беспокоишься о том, как это отразится на ребятах.

Рей нерешительно кивнула.

- Это все нетрудно устроить. Я согласен жить в любом месте, где ты захочешь. Могу выступать поменьше, чтобы быть с мальчишками, когда ты будешь в отъезде.

Она благоговейно посмотрела на него.

- Ты в самом деле сделаешь это? Переедешь, куда я захочу? Откажешься от игр?

- Разумеется. - Его, казалось, озадачило ее удивление.

Рей, обняв Ника, заговорила:

- Знаешь, о чем я думаю? Что ты самый замечательный мужчина во всем мире. Мне не нужна работа, которая будет отрывать меня от тебя и ребят. Я не хочу, чтобы ты сокращал свои турниры. Мне нравится за тебя болеть, я хочу быть той, кто целует тебя, когда ты побеждаешь или проигрываешь! Я хочу... хочу остаться здесь, в Данзби, независимо от того, получу я должность Харрисона или нет. Она замолчала, почувствовав, как глаза наполнились слезами. - О, Ник. Я так счастлива. И мне страшно. Я не понимаю, за что ты любишь меня. Я не...

Он остановил ее поцелуем, от которого по телу ее прошла теплая дрожь.

- Позволь мне объяснить, почему я люблю тебя. Во-первых, мне с тобой весело. Ты очень остроумна, причем способна шутить в самые неожиданные моменты. Еще ты чудесно танцуешь. Помнишь, как мы славно повеселились в тот вечер?

Рей кивнула, не в состоянии говорить. Ник шептал, слегка касаясь губами ее уха и заставляя ее дрожать все сильнее.

- Да, - выдохнула Рей, когда он губами прикоснулся к безумно бьющемуся пульсу на шее.

- Ты умеешь понимать других. Мне и в голову не приходило, что Кевин боится оплошать, играя со знаменитым отцом. Проницательность и доброта - качества, которые я очень ценю.

Тело ее напряглось под его ласковыми руками.

- О, Ник, я... - прошептала она, запуская руки в его волосы.

- Конечно, мы обсудим этот вопрос, о холодности. - Он сказал это шутливым тоном, но она содрогнулась от его слов.

- Прекрати! Не смейся над этим! - Он должен осознать ее беду. Даже если это все разрушит. - Ты должен понять, Ник. Должен подумать. Я... Том... Том сказал, что я одна из тех фригидных женщин... С этим не шутят! запротестовала она, когда он небрежно отмахнулся рукой от ее переживаний. - Не могу поверить, что ты относишься к этому так легко.