— Это так грустно, Бетти, — говорит дама Малиновые Губки, касаясь руки подруги. — Все те люди, их пенсии... Пуф. Исчезло.

— Боже мой, я даже представить не могу, — говорит Бетти, ее голос выражает соболезнование. — Я живу за счет пансионата «Вергилия», но этот мальчик, половина города передала свои деньги этому человеку, чтобы он управлял ими.

— И все считали их сказочными богачами. Я просто знала, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой, — Малиновые Губки щелкает языком. — Я не знаю, что они собираются делать сейчас. Они слишком стары, чтобы все заново начинать.

Бетти перекрещивается.

— Теперь они в Божьих руках.

— Я слышала, что многие из людей ищут хорошего адвоката. Они собираются подать иск в суд на всеми любимого молодого человека, — говорит дама Малиновые Губки. Ее нарисованные брови взлетаю вверх, и она выглядит как рассерженная учительница.

Я тут я начинаю понимать.

— Извините, — перебиваю я, потому что не могу больше терпеть, и приступ боли, возникшей у меня в животе, дает ощущение, что мне нужно это подтвердить. — Не возражаете, если я спрошу, о ком вы разговариваете?

Бетти оглядывается на меня, сглатывает и наклоняется ближе.

— Этот молодой человек — Брукс Эбботт с «Эбботт Финанс».

Мое сердце замирает, а во рту все пересыхает.

— Ты его знаешь? — спрашивает она. — Он твоего возраста. Не очень взрослый.

Я проглатываю ком в горле и киваю.

— Да, я знаю его, — говорю я. — Что он сделал? В точности?

Малиновые Губки наклоняется ко мне, рукой опираясь на плечо Бетти.

— У него была какая-то финансовая пирамида.

— О, Боже мой, — я почти бросаю свою корзину с продуктами, когда мои руки опускаются. Кредитные карты. Постоянное перемещение денег. Секретность. Он постоянно покупал и продавал разные вещи. У него никогда не было реальных денег.

— Сотни миллионов долларов. Все пропало, — Бетти качает головой. — Можешь себе представить?

— Как они узнали об этом? — спрашиваю я.

— По-видимому, он попал в ужасную аварию пару месяцев назад, — говорит леди с малиновой помадой. — Пока он поправлялся, его бухгалтер и партнеры просматривали записи, и цифры просто не сходились. Именно тогда они поняли, чем он на самом деле занимался.

— Вы знаете кого-нибудь из этих людей? — спрашиваю я.

Бетти кивает.

— Да, мы знаем большинство из них. А что?

— Если они еще не наняли адвоката, скажите им, что Роберт и Дерек Роузвуды из «Роузвуд и Роузвуд» являются двумя лучшими прокурорами штата. И вы не слышали это от меня, но у меня есть сведения, что у Брукса имеется значительный трастовый фонд, который станет активным через несколько лет. Он не покроет все, что они потеряли, но это поможет.

Очередь движется вперед, и первая дама толкает свою огромную тележку с упакованными продуктами к входной двери. Малиновые Губки кладет свою корзину на движущийся прилавок и обменивается приятной улыбкой с Бетти.

— Ну, солнышко, мы обязательно передадим сообщение, — говорит Бетти. — Ты можешь на это рассчитывать.

Глава 48


Ройал


— Они хотят заморозить все его активы, — губы Деми двигаются очень быстро, когда она выгружает продукты. Шкафы открываются и хлопают. Стеклянные банки с приправами гремят, когда она дергает дверцу холодильника на себя. Она в бешенстве, на взводе. — Все это время он управлял чертовой пирамидой. Ройал, он обманул не только меня, он обманул более половины населения Рикстон Фоллс.

Я закрываю учебник по Конституционному уголовному праву и встаю, чтобы помочь ей с остальными продуктами.

— И ты удивлена, почему? — я достаю печенье из сумки и открываю пакетик. — Спасибо, детка.

Она хлопает меня по руке.

— Подожди, пока мы не поедим, пожалуйста.

Деми хмурится, и на мгновение выглядит точно так же, как Блисс, и я ухмыляюсь.

— Ты сейчас похожа на свою мать.

Она закатывает глаза.

— Хорошо. Тогда, может, и моя лазанья будет такой же, как у нее.

— Я уверен, что в любом случае это будет вкусно.

— Как прошел день в колледже? — она достает из кладовой большую кастрюлю и выкладывает ингредиенты вдоль островка нашей небольшой квартиры. Здесь скромно и необычно, и это правильный размер квартиры для двух человек.

Мне бы не хотелось ничего больше, чем купить когда-нибудь дом для Деми, но сейчас я обучаюсь в колледже, а она заменяет преподавателя, поэтому работает не на полную ставку.

Однако, она не жалуется. Ни разу. И это я люблю в ней. Женщина моей мечты довольна тем, что просто находится рядом со мной.

Сейчас это говорит о многом.

Деми Роузвуд — хранитель, но я это уже знал. И я планирую сохранить ее. Навсегда.

Она вручает мне банку с томатным соусом, чтобы я открыл ее, и я с удовольствием кручу ее, прежде чем отдать ее обратно.

— Ты знаешь, — говорит она, — я тут размышляла по дороге домой.

— Хмм, да? — я дразню ее.

Она игриво толкает меня в плечо.

— Нет, я думала о том кольце.

Убранное в сейф в банке, безупречное обручальное кольцо Деми с пятью каратами. Согласно оценке оно стоит около ста тысяч, и мы надеялись использовать эти деньги для первоначального взноса за дом.

В то время это казалось оправданным. Брукс подставил ее, и ее отец все еще работает над мошенничеством с кредитными картами. Но у Деми всегда были некоторые сомнения.

— Вероятно, он купил это кольцо за чужие деньги, — говорит Деми. — Деньги он украл у хороших людей, живущих в Рикстон Фоллс, которые ему доверяли.

— Да. Я уверен в этом.

— Я хочу продать его и положить деньги на их счета. Это вряд ли покроет ущерб, нанесенный Бруксом, но это лучше, чем ничего. У нас есть остальная часть нашей жизни, чтобы спасти нашу пенсию, а они этого не смогут сделать.

— Это здорово, Деми, — я прочищаю горло и обнимаю ее за плечи. Она отлично подходит мне. — Я полностью согласен. Это правильный поступок.

Стук в нашу дверь в шесть часов сигнализирует о том, что наши гости прибыли.

— Я открою, — говорю я.

— Ройал! — Хейвен прыгает в мои объятия прежде, чем я успеваю открыть дверь полностью. Она обнимает меня за шею, повиснув на мне, и я поднимаю ее и отношу на кухню.

— Привет, мужик, — Дерек похлопывает меня по спине и улыбается.

Мы наверстываем упущенное последние пару месяцев. Знакомимся друг с другом снова. Оказывается, узы дружбы не так легко разорвать, как я думал. Иногда, когда мы тусуемся, возникает чувство, что мы никогда не расставались на такое продолжительное время. Это похоже на то, что кто-то поместил закладку между нами, которую мы убрали и продолжили с того момента, где остановились.

Деми говорит, что это мера истинной любви, а также настоящей дружбы. Я не могу не согласиться.

— Тетя Деми делает лазанью бабушки, — я сажаю Хейвен во главе кухонного стола, где ей нравится сидеть, потому что она любит быть в центре внимания.

— Привет, тетя Деми, — Хейвен поворачивается к ней.

— Привет, детка, — говорит Деми, поджаривая итальянскую колбасу на плите. — Я подойду для поцелуев через минуту, хорошо?

— Ладно! — Хейвен качает ногами под стулом.

— Это что, панда на твоей кофточке? — спрашиваю я.

Ее лицо озаряется, и она улыбается.

— Ты же знаешь, что я люблю панд. Это мои любимые животные, — я сказал ей это в прошлый раз, когда видел ее. На самом деле у меня нет любимого животного, но, похоже, это заставило ее улыбнуться.

— Я помню, Ройал, — говорит она.

— Она хотела надеть это для тебя, — говорит Дерек. — По-видимому, она почему-то очень тебя любит.

— А кто бы не любил? — я подмигиваю.

— Нужна помощь, Дем? — предлагает Дерек.

— Нет, нет. Вы можете пойти в гостиную и пообщаться, если хотите. Хейвен, ты не хочешь помочь мне сделать лазанью бабушки? — Деми поднимает деревянную лопатку и показывает ее племяннице. — У меня есть маленький передник, как раз твоего размера… И мне как раз нужна тонна помощи…

Хейвен смотрит на Деми, потом на Дерека и, наконец, на меня.

— Нет, спасибо, тетя Деми. Я буду играть с Ройалом. Он любит играть в «Лего» и собирать со мной пазлы, — Хейвен смотрит на меня своими большими синими глазами. Они такие же как у Деми. И если нам повезет, может быть, когда-нибудь у нас будет маленькая девочка с тем же самым взглядом.

— Ауч, — смеется Дерек.

— Это здорово, правда здорово, — говорит Деми, поднимая руки вверх. — Я поняла. С Ройалом веселей. Я скучная. Я только крашу тебя и заплетаю волосы, но это здорово. Все, что угодно.

Хейвен спрыгивает со стула и подходит ко мне, протягивая руку к моей и хватаясь за нее.

— Пойдем, Ройал, — она ведет меня в гостиную, направляясь прямиком к коробке с «Лего», задвинутой за диван. Хейвен оставалась с нами пару недель назад, пока Дерек развлекал нового клиента. Деми настояла на том, чтобы взять Хейвен в «Таргет» и купить все, что та захочет, и она выбрала «Лего» с пиратами. — Давай играть.

По крайней мере, она не выбрала Барби. Я бы никогда не отвязался от насмешек Дерека, если бы сидел на полу, одевая Кена.

Через час мы вчетвером сидим за кухонным столом, наслаждаясь обедом Деми, который в точь-точь такой же вкусный, как у Блисс, и Хейвен рассказывает мне все о ее новом дошкольном учителе.

— Они отпустили ее на три дня, — говорит Дерек. — Она самый умный ребенок в своем классе.

— Меня это не удивляет, — говорит Деми. — Она Роузвуд. Способность учится у нее в ДНК.

— Кстати, об умных Роузвудах, — говорит Дерек. — Ты знала, что через несколько месяцев приезжает Далила? Она едет на какую-то свадьбу в апреле к одному из своих старых друзей из средней школы.