Он все еще целовал меня, глядя в глаза, умоляя рассказать ему правду.

Я кивнула, надеясь, что он прочитает по моим глазам и увидит, что мне нужно, чтобы он дал кончить, я хотела снова дышать.

Он врезался в меня в последний раз, ударяя по заветному месту, и мне удалось оторвать свой рот от него.

- Дааааа! - Моя голова упала вперед в его плечо,  я задыхалась.

- Обри... - Он схватил меня за талию, пока не перестал дрожать.

Когда мы оба вернулись в реальность, кто-то несколько раз постучал в дверь и спросил. – Там есть кто-то? - Но мы молчали и пытались отдышаться.

Через несколько минут, когда его дыхание, казалось, под контролем, он вышел из меня, смотря мне в глаза. Он бросил презерватив далеко в мусорную корзину за ним и натянул штаны.

Я смотрела, как он окинул себя взглядом в зеркале, все хорошо пригладил, что никто и никогда бы не узнал, что он только что, черт возьми, трахал меня.

Я соскользнула с раковины и посмотрела на свое лицо - пылающие щеки, растрепанные волосы, потекшая тушь - и натянула бретельки бюстгальтера на плечи. Когда я пыталась поправить бретельки платья, Эндрю убрал мои руки и сам их подтянул.

Наши глаза встретились в зеркале, когда он приглаживал волосы, и на долю секунды он отвернулся, чтобы поднять мою ленту с перьями. Он осторожно держал ее над головой и вернул на место, а затем начал уходить.

- Ты знаешь, это грубо, оставлять кого-то после секса, ничего не говоря, - пробормотала я.

- Что? - Его рука была на дверной ручке.

- Ничего.

- Что ты сказала? - Он склонил голову набок. - Я не умею читать мысли.

- Я сказала, что это невежливо взять и просто оставить меня после того, как трахнул. Ты мог хотя бы что-то сказать, что угодно.

- Я не веду интимных разговоров в постели.

- Это не интимные разговоры. - Я усмехнулась. - Это значит быть джентльменом.

- Я никогда не говорил, что я джентльмен.

Я вздохнула и отвернулась. Я ждала, что услышу, как закрывается дверь, но его руки вдруг оказались на моей талии, и он развернул меня лицом.

- Так что я должен был сказать после того, как трахнул тебя, Обри?

- Ты мог бы спросить, было ли мне хорошо или нет...

- Я не считаю, что надо задавать бессмысленные вопросы. - Он посмотрел на часы. - Как долго ты еще должна быть здесь?

- Еще час или около того.

- Хм. - Он был тихим. - А в то время как ты преследовала меня и мою спутницу, сколько порций ты выпила?

- Я не преследовала тебя и твою спутницу. Я избегала тебя всю неделю, или ты не заметил?

- Сколько?

- Пять.

- Хорошо. - Он заправил прядь волос за ухо. - Я отвезу тебя домой, когда ты будешь готова и найдешь кого-то, кто доставит твой автомобиль к дому завтра. - Он поцеловал меня в лоб, прежде чем отправиться к двери. - Позови меня просто.

- Подожди, - сказала я, когда он открыл ее. - А как насчет твоей дамы?

- А что с ней?


***


Через час, я усаживалась в автомобиль Эндрю - блестящий черный Ягуар. Он держал дверь открытой, пока я не села удобно, и подождал, чтобы я застегнула ремень безопасности, прежде чем закрыть ее.

На его приборной панели, я увидела красную папку с государственной печатью Нью-Йорка по центру. Я взяла ее, но Эндрю тут же выхватил ее у меня и запер в бардачке.

Он выглядел оскорбленным, что я коснулась ее, но быстро отвернулся от меня и увеличил скорость.

- Могу ли я спросить тебя кое о чем, Эндрю?

- Смотря, что именно.

- Я вводила в гугле твое имя на этой неделе, и ничего не было...

- Это не вопрос.

- Почему ничего нет? - Я посмотрела на него.

- Потому что мне тридцать два года, и я не трачу свое время на Фейсбук или Твиттер.

Я вздохнула. - А ты действительно не говорил с ней шесть лет?

- Прости? - Он посмотрел на меня, когда мы остановились на красный свет. - Я думал, что мы только что уладили это в туалете.

- Да, но… - Я откашлялась. - Ты подал на развод, но это же еще не все?

- Требуется два человека, чтобы завершить развод, Обри. И ты же знаешь об этом.

- Да, но... - Я проигнорировала тот факт, что он сжал челюсти. – Может кому-то стало бы легче, например тебе, если бы это произошло? Шесть лет является довольно долгим временем оставаться в браке с человеком, которого ты больше не любишь,  так что…

- Ты будешь удивлена, насколько хорошо некоторые люди могут плести гребаную ложь, чтобы получить то, что они хотят, - сказал он холодом в голосе. - Мое прошлое не обсуждается.

- Совсем?

- Совсем. Это не имеет ничего общего с тобой.

Я откинулась на спинку сиденья, скрестив руки на груди. - Ты никогда не скажешь мне причину, почему покинул Нью-Йорк и переехал в Дарэм?

- Нет.

- Почему нет?

- Потому что я не обязан. - Он направил машину к моему жилому комплексу. - Потому что, как я сказал тебе час назад, той части моей жизни никогда не было.

- Я не собираюсь никому рассказывать. Я просто…

- Прекрати. - Он повернулся ко мне после того, как остановил машину, и я могла видеть мир боли в его глазах. Это было наиболее уязвимым, что я когда-либо видела. - Я потерял нечто особенное в Нью-Йорке шесть лет назад. - Слышалось сожаление в его голосе. - Что-то, что я никогда не хотел бы, черт возьми, вернуть, то, о чем я пытался забыть последние шесть лет, и, если все будет хорошо с тобой, то хотел бы сделать это в седьмом году.

Я открыла рот, чтобы попросить прощения, но он продолжал говорить. - Я не уверен, показал ли это тебе в течение последних шести месяцев, - сказал он, - поскольку я не сидел и не говорил о своих чувствах. Я не заинтересован в серьезных разговорах и только потому, что я трахнул тебя больше, чем один раз и не могу выбросить тебя или твой рот из мыслей, не дает  тебе право на то, о чем я не говорил никому. - Я сразу отстегнула свой ремень безопасности и кинулась открывать дверь, но он схватил меня за запястье, прежде чем я успела выйти.

- Я имел в виду то, что сказал несколько месяцев назад, Обри... - Он обхватил меня за подбородок и наклонил голову к нему. - Ты мой единственный друг в этом городе, но ты должна понять, что я не привык иметь друзей. Я не привык говорить о своем дерьме, и не собираюсь начинать сейчас.

Тишина.

- Если ты не собираешься открыться мне, какой смысл мне продолжать быть твоим так называемым другом?

Он ничего не говорил в течение нескольких секунд, но потом  усмехнулся. – Садись мне на колени и позволь показать.

- Это что, шутка?

- Разве я смеюсь?

- Неужели ты думаешь, что можешь просто потребовать заняться с тобой сексом, когда ты этого хочешь? - Я подняла бровь. - Тем более ты только что сказал, что никогда не будешь открыто говорить о своей личной жизни?

- Да. - Он расстегнул ремень безопасности. – Садись на колени.

- Ты знаешь... - Я посмотрела вниз, заметив сквозь штаны, как его член медленно твердеет. - Я позволила некоторым вещам пройти мимо последние несколько раз, мы занимались сексом, но я должна сказать тебе... - Я закусила губу и выскользнула из машины. - Я на самом деле не собственность дикаря, черт возьми. - Он прищурился на меня, когда я схватила свою сумочку и отошла.

- Мне кажется, что мы должны дать твоему члену отдохнуть, ты так не думаешь? - Я скрестила руки. - У тебя будет довольно большое слушание дела на следующей неделе. Ты не должен экономить всю свою энергию, чтобы лучше подготовиться?

- Вернись в проклятую машину, Обри... - Его голос был напряженным.

- Ты умоляешь меня?

- Я приказываю тебе.

- Разве ты не слышал, что я только что сказала?

Он не ответил. Он потянулся к моей руке, но я закрыла дверь.

- Увидимся завтра, мистер Гамильтон. - Я улыбнулась и пошла прочь.

Глава 3

Ответственность:

Юридическая ответственность за свои действия или бездействия.

Спустя неделю...

                                                     Эндрю

Была только одна вещь в Дарэме, которая не ставилась ни в какое сравнение с Нью-Йорком: суд. Юристы в Нью-Йорке на самом деле очень серьезно относились к своей работе. Они корпели над их исследованиями всю ночь, отрабатывали защиту до совершенства и представляли свои дела с гордостью.

В Дарэме «юристы» не делали дерьма, и в такой момент как этот, когда я слушал молодого и неопытного прокурора, позорящего себя, я практически скучал по тем дням.

Опять же, я не обращал слишком много внимания на работу сегодня. Я был слишком занят мыслями об Обри и о том, сколько раз мы трахались в моем офисе сегодня утром.

Мы сказали наши обычные приветствия: «Доброе утро, мистер Гамильтон», «Здравствуйте, Мисс Эверхарт» и отвели взгляд, пока она ставила мой кофе. Она открыла свой соблазнительный ротик, чтобы сказать что-то еще, но следующее, что было - это мои руки в ее волосах, и я тянул ее сексуальный зад на мой стол.

Я безжалостно вбивался в нее сзади, в то время как массировал клитор, и когда она рухнула на мой ковер, я раздвинул ноги и поглощал ее киску.

Я был абсолютно ненасытным, когда пришла Обри, и быть рядом с ней в течение более пяти секунд было достаточно, чтобы я уже был на грани.

Там нет смысла даже подсчитывать, сколько раз мы трахались...