Из недр Аленкиной комнаты донесся мужской смех, а потом невидимый Женька ответил:

– Совсем пришел! На ночь!

– Ха! Еще посмотрим, кто тебя оставит на ночь-то! – весело возмутилась Аленка.

– А чего? Скажешь, не оставишь? А я теперь ваабще отсюда ни ногой! Вот, видишь, разлегся и никак не могу сдвинуться! – не умолкал Женька.

– Это потому что я еще на тебя внимания не обращаю, – смеялась Аленка. – А вот сейчас я тобой займусь. И посмотрим, как ты не сдвинешься!

Ирина поняла, что молодые товарищи попросту забыли, что с ними кто-то разговаривает по телефону. Ну что ж, и такое бывает.

Следующей Ирина звонила Валюшке. Ну уж если и она с каким-то другом!..

Валюшка была без друга, отозвалась сразу и долго пыхтела в трубку.

– Валь! – начала Ирина. – Ты сейчас сильно занята?

– Сейчас нет, отдыхаю, – продолжала пыхтеть Валюшка.

– Слушай, а пойдем с тобой в ресторан, – обрадовалась Ирина. – Если у тебя денег нет, я заплачу, а?

– Ир… ты это… не обижайся. Но это я сейчас пока ничего не делаю, потому что мне передых дали. А вообще-то мы с родителями на даче, дрова пилим. Прикинь, сейчас машина дров пять тысяч стоит, а мы по три взяли! Только надо самим наколоть. Но я не могу колоть – мне топор не дают, я с мамой – пилой. А папа – он колуном машет… Щас я!!! Ма! Ну говорю же – щас приду!!!

Ирина грустно уложила трубку на рычаг и медленно побрела в спальню. Никуда она сегодня не пойдет. Ей не с кем. Да и незачем. Чего она там будет сидеть вдвоем с той же Лёлькой и слушать, какой у нее великолепный Викеша и как врач похвалил его анализы! А вокруг будет сходить с ума музыка, а в душе будут скакать озорные чертики, а… а домой все равно придется идти одной. Она лучше возьмет книжку, прочитает про чью-то чужую и счастливую любовь и заснет, когда глаза уже не смогут различать строчки. А назавтра будет новый день. Потом еще один, еще… И она позабудет этого… Стожарова. Забудет, как он наклонял голову, его взгляд – заботливый, чуткий… забудет его сумасшедший поцелуй! Как вспомнит, даже сейчас горячо! Его тихое «Ир, поедем со мной»… Да! Да! Да! Она согласна!! Поедем!!

…Кажется, она во сне кричала. Во всяком случае, проснулась она от собственного крика. Проснулась и поняла, что – да, от собственного, потому больше кричать некому. Да он и не кричал на нее никогда… Только тихо исполнял любой каприз. А теперь вот… сбежал! Это у них на генном уровне, что ли – сбегать? Прямо обидно, как встретишь человека, так у него обязательно с наследственностью беда: то дурак и подлец по жизни, прости господи, как ее Терентий, то испаряется в самый неподходящий момент! Ну просто жизнь стала совершенно безрадостна, ни малейшего проблеска!

Безрадостная жизнь продолжалась до конца недели. И везде Ирине мерещился Юрий. За окном, в магазине, в троллейбусе, возле касс. К ней садились клиентки, а Ирина тут же сравнивала их волосы с волосами Стожарова – у того темнее, или нет, немного светлее. И наверное мягче… Интересно, почему она никогда не трогала его волосы? Она стояла в киоск за журналами – теперь она скупала все журналы с разведением садов, и впереди нее стояли мужчины, и пахло от них… тоже одеколонами, но уж до чего противными! Вот у Стожарова запах!.. Она проходила мимо кафе, а в нос лезли ароматы какой-то еды, и вся она так препротивно воняла! Ну неужели нельзя жарить так, как это делал Юрий?!

– Ирка! Да что с тобой? – удивлялись подруги. – Ты прям как больная стала! Может, к врачу?

– Лёлька говорила, это не лечится… – хмуро отзывалась Ирина.

– Если ты про птичий грипп, – тут же комментировала подруга, – то очень даже лечится! Главное только не затягивать! Сейчас все лечат, даже клеща энцефалитного! Главное не запустить.

– А я запустила… – вздыхала Ирина и стригла очередную клиентку «а-ля Юрий Стожаров».

Клиентки не радовались и даже очень сильно возмущались. Ирина только разводила руками:

– Если угодно, я могу вам обратно все нарастить. Но вы так похожи на прекрасного человека!

Клиентки тушевались, а девчонки только крутили пальцем у виска:

– Ир, ну ты ващщще! С ума, что ли, сошла? Такую гриву почти под ноль?

В пятницу вечером Лёлька порылась в своей сумочке и торжественно вручила Ирине пригласительный билет.

– Вот! Приглашаю. У Викеши юбилей. Будем отмечать в «Бриллианте». Не вздумай не прийти! Я там знаешь какой бомонд собрала!

– А меня чего не зовешь? – подала голос Валюшка.

– А тебя куда звать? Ты все время моего Викешу обзывала старой обезьяной! – мстительно скривилась Лёлька.

– А я и за обезьяну выпить могу, я не гордая, – не сдавалась Валюшка.

– Ой, да ну тебя, – отмахнулась Лёлька. – Ты так говоришь, пока первую рюмку не выпьешь, а потом начнешь прилипать к порядочным мужчинам с непорядочными предложениями!

– Я-а-а-а?

– Конечно, – перекривилась Лёлька. – Вспомни, на моем дне рождения ты приклеилась к знакомому Викеши и сказала, что в его возрасте, прежде чем ходить на такие праздники, надо написать завещание, посоветоваться со своим лечащим врачом и прихватить сиделку!

– Так это ж не предложение! Это ж пожелание! – упиралась Валюшка. – И все правильно, потому что он как раз в середине вечера потребовал вместо конька рюмочку валокордина!

Лёлька не стала слушать Валюшку, а отволокла Ирину в маленький холл, куда девчонки бегали курить, и затрещала:

– Ирка, ты прямо сегодня беги по магазинам, прямо сегодня. Купи себе обалденное платье, и еще туфли! Знаешь как у тебя сразу поднимется настроение? Отпад! Просто сразу – раз! И выше крыши! Я всегда себе тряпки покупаю, когда на душе «хоть удавись»! У тебя деньги-то есть?

– Есть, – вздохнула Ирина.

– На платье хватит?

– Хватит на платье.

– А на подарок? И еще на туфли, там ведь такие мэны будут – м-м-м-м! – закатила глазки Лёлька и принялась перечислять. – Прикинь: я того ведущего пригласила с телеканала «Солнышко», ну черненький такой, болтливенький, только он какой-то низенький оказался, зараза. Но зато журналист из «Желтухи», тот ващще-е-е-е! И еще дядечка такой, у него сын турфирму имеет, я говорила, да?

– Лёль, ну я все поняла… – устало отмахнулась Ирина. – У меня на все хватит денег, я же никуда не трачу. И завтра ровно в пять я буду в «Бриллианте».

– Ну и все! И хорошо! Значит, я тебя жду, да?

В этот день ни по каким магазинам Ирина бегать не стала. Она пошла по магазинам на следующий день, прямо с утра. Просто надо было и в самом деле поднимать настроение. Некрасиво заявляться в гости с кислой физиономией. А тряпки… в прошлой жизни они и ей здорово поднимали настроение.


Платье она не нашла. Зато она сразу приметила красивое длинное белое пальто. Пальто было не зимнее, осеннее, и покупать его было непрактично, но оно было такое приятное, такое красивое, в нем Ирина выглядела так трогательно, нежно и романтично! Его молочно-белая ткань была такой мягкой и послушной! Так хорошо вырисовывалась ее фигура, что она даже минуты думать не стала – купила не только пальто, но и кокетливую шляпку к нему.

Дома она немедленно облачилась в покупку и принялась вертеться перед зеркалом. Великолепно! Сказочно! Волшебно! Она наденет еще вот эту шляпку – очень удачное сочетание, встанет на каблучки – как хорошо, что она не поскупилась на сапожки в прошлом месяце! И вот еще перчаточки… Ага! А шарфик? Вот он, тоненький шарфик, как будто специально поджидал это пальто!

Ирина себе нравилась ужасно! Ее настолько захватило это пальто, что даже сердечные переживания отошли на второй план.

– Ирина! Ты сегодня будешь царить! – сообщила она себе и аккуратно повесила пальто на вешалку.

И вот на этом удача решила с ней распроститься. Началось с того, что сломался фен. Вот так выскользнул из рук и вдребезги! И это тогда, когда Ирина вышла из ванной с абсолютно мокрой головой. Пришлось сушить волосы по старинке. Сохли они в три раза медленнее, а прическа и вовсе не желала ложиться правильно. Еле управившись с непокорными прядями, Ирина села украшать лицо. И все было бы прекрасно, если бы в самый последний момент, когда она уже сияла свежим макияжем и лишь поправляла ресничку, ей вдруг ни вздумалось чихнуть. Чихнула, и тушь вместе с кисточкой ткнулась в глаз. Немедленно брызнули слезы. Размазалось все! А она уже и без того страшно опаздывала! Но идти в ресторан ненакрашенной! Такого себе не позволит даже самая признанная красавица, а Ирина никогда себя таковой не считала.

– Ничего… появлюсь на часок позже. Не мой же юбилей… – успокаивала себя Ирина, намалевывая заново умытое лицо.


Таксист попался понимающий, хоть в этом посчастливилось. Но даже он не помог. Когда Ирина подъезжала к «Бриллианту», запиликал телефон, и звонкий голос подруженьки Лёли защебетал:

– Ир?! Ты где?! Звоню тебе, звоню! Прикинь, директора «Бриллианта» арестовали за какие-то махинации, представляешь, какая сволочь! Все наши денюжки забрал, скотина! Так что ты срочно бери тачку и мчись к нам на дачу! Мы уже все там, только тебя нет… Ир, чего молчишь-то?! Говорю же – не могла дозвониться! Деньги у тебя, что ли, кончились?.. Слышишь?! Хватай тачку и к нам! Ну чего молчишь?!!

– Я не молчу!!! – чуть не ревела Ирина. – Я радуюсь!

– Приезжай сюда, тут все радуются. За тачку мы заплатим. Адрес ведь знаешь? Ну и давай!! Я тебя жду!

Ирина со злостью нажала кнопку и постаралась не сорваться на водителя.

– Пожалуйста, отвезите меня туда, где взяли, – вежливо попросила она.

Водитель только пожал плечом и лихо развернулся прямо посреди дороги.

Ирина пыхтела от злости и обиды. Легко Лёльке говорить – хватай тачку! А Ирине сначала нужно забежать домой, переодеться… Сначала надо найти во что переодеться – не поедет же она на дачу на каблуках и в платьице выше колена!!