Кэндис Адамс

Притяжение противоположностей

1


— Арканзас? — Джасинда изумленно смотрела на Джима Петерса, стоявшего в дверях ее офиса.

— Да, — ухмыльнулся он. — Кажется, это название не звенит для тебя колокольчиком? Это один из сорока девяти штатов.

Она уже отрицательно трясла головой, и каскад темных волос метался, повторяя ее движения. Об этом не могло быть и речи, даже если разговор шел всего лишь о шести месяцах.

— Извини, Джим, но я даже думать об этом не хочу.

Он прошел в комнату, став серьезным.

— Джасинда, я знаю, что можно задать много вопросов. Черт возьми, вероятно, нет ни одного человека во всем Нью-Йорке, который хотел бы поехать туда. Но после того как у Дэйва Митчелла случился сердечный приступ, мы просто обязаны сделать это. Кто-то должен прийти ему на смену, а ты как нельзя лучше подходишь для этого.

— Я не собираюсь, Джим, и это окончательно.


После недели, проведенной в городе Файэтвилл, штат Арканзас, Джасинда как никогда ранее была убеждена в том, что совершила ошибку, позволив Джиму уговорить ее поехать. Она уже успела соскучиться по Нью-Йорку, а должно пройти долгих шесть месяцев, прежде чем она сможет вернуться туда.

До сих пор лишь встреча с Филипом была единственным светлым событием. Филип был красивым мужчиной с каштановыми волосами и голубыми глазами, который когда-то приехал сюда с Восточного побережья и так же, как и она, страстно желал вернуться назад. Филип преподавал в Арканзасском университете и безуспешно пытался найти место на Востоке. Они с Джимом были хорошими друзьями, и именно Джим познакомил их.

Джасинда думала о нем и о Нью-Йорке, сидя в своем офисе в «Озарк Пауэр Компани». Офис располагался в новом здании с тонированными оконными стеклами, стены его были покрыты тканью из волокна рами, а в углах стояли кадки с каучуконосными растениями. С тех пор как с Дэйвом Митчеллом, инженером-электриком, которого она замещала, случился сердечный приступ, здесь накопилось много работы.

Теребя пальцами воротничок шелковой блузки, Джасинда еще раз просмотрела предложение, которое только что закончила читать. Владелец небольшой каменоломни просил разрешения продавать излишки электроэнергии энергетической компании. Иногда ей приходилось рассматривать подобные просьбы в Нью-Йорке, но они обычно исходили от больших компаний, а не от частных лиц.

Энергетические компании по закону были обязаны покупать излишки киловатт, и для них не имело значения, кто производил электроэнергию. Она была знакома с проектами объединения энергии Солнца, воды и ветра в энергетических сетях, но такого проекта, который сейчас лежал перед ней, никогда прежде не видела.

Проект, разработанный Эриком Фортнером, был изложен четко и ясно. Приложенные к проекту чертежи, на первый взгляд, не отличались сложностью, но все же свидетельствовали, что человек, который сделал их, имел основательные познания в области электротехники. Однако существовала одна большая проблема. Джасинда не считала, что идея использования конвейера в каменоломне Эрика Фортнера для получения электрической энергии «будет работать».

— Что ты думаешь о проекте Эрика?

В комнату вошел Лэнн Уэстон. Это был невысокий, крепкого телосложения человек с густыми темными волосами и застенчивой улыбкой. Он нравился ей. Прошла всего лишь неделя, а Джасинда была уже уверена, что им будет хорошо работать вместе. Лэнн был ее начальником, но, будучи инженером-механиком, казалось, согласился предоставить ей свободу в решении электротехнических вопросов, в то время как сам ограничился бы менеджментом.

— Я просмотрела его. Боюсь, что он «не будет работать».

Он разочарованно пробежал толстыми короткими пальцами по волосам.

— О?..

— Я считаю, что вырабатываемая в каменоломне электрическая энергия будет поступать неровными импульсами. Было бы слишком рискованно включить эту систему в сеть и вызвать короткое замыкание на нашем оборудовании. Я напишу докладную и объясню ситуацию мистеру Фортнеру.

Она начала скатывать чертежи. Теперь она могла заняться другой работой.

— Джасинда…

— Да? — Она быстро подняла глаза.

— А что, если Эрик придет и сам поговорит с тобой? Я знаю, он очень надеется реализовать этот проект и потратил много времени на его разработку. Может быть, ты сможешь предложить что-нибудь, что заставит этот проект «работать», — закончил Лэнн с надеждой.

Джасинда откинула назад волосы цвета красного дерева. Они мгновенно вернулись в свое исходное положение, обрамляя ее лицо.

— Я не знаю… — с сомнением начала было она.

— Просто поговори с ним, — уговаривал Лэнн.

— Хорошо.

В конце концов, Лэнн был ее начальником.

— Умница! — просиял он. — Я позвоню ему. Думаю, он сможет приехать прямо сейчас.

Менее чем через полчаса Джасинда увидела высокого светловолосого мужчину, входящего в ее офис. На нем были брюки цвета морской волны, светло-голубая рубашка и галстук в тон к брюкам. Его темный ровный загар говорил о том, что он много времени проводит на открытом воздухе. Рядом со своим стройным и высоким спутником Лэнн казался еще коренастее.

— Джасинда, это Эрик Фортнер.

Приближаясь к ее столу, Эрик поправил узел галстука. Что-то подсказало Джасинде, что его одежда не была для него обычной, повседневной. Ее подозрения подтвердились, когда она заметила слабые следы складок на его рубашке, видимо, только недавно извлеченной из упаковки. Несомненно, рубашки и брюки были его выходной одеждой и он надел их, чтобы прийти в ее офис.

— Здравствуйте, мистер Фортнер.

Ее протянутая рука тут же утонула в его крепком и теплом пожатии.

— Прекрасно. Спасибо. Приятно с вами познакомиться.

Он обрывал концы слов и делал акценты в непривычных местах. За последнюю неделю Джасинде часто приходилось слышать арканзасский диалект. Как правило, в речи местных жителей ощущалось легкое дребезжание, но в его устах слова звучали почти лирически.

— Садитесь, пожалуйста.

Он сел в кресло, на которое она указала, и сразу засунул руки в карманы, затем вновь вынул их и положил на колени, испытывая некоторую неловкость.

Его неловкость показалась ей довольно трогательной. Эрик Фортнер был интересным мужчиной, хотя ему не хватало элегантности. Конечно, он совершенно не похож на Филипа, который всегда знал, какое вино следует заказать к обеду, и вел себя всегда так утонченно и изысканно.

Лэнн счастливо улыбнулся.

— Я оставлю вас наедине, чтобы вы смогли спокойно поговорить. Позвоните мне, если что-нибудь потребуется, — он закрыл за собой дверь.

Джасинда откинулась в своем коричневом кожаном кресле. Она не хотела заставить Эрика Фортнера ждать и поэтому перешла прямо к делу.

— Я познакомилась с вашим предложением, мистер Фортнер. Я поняла вашу идею использования конвейера в каменоломне для производства электроэнергии. Как вы, вероятно, знаете, «Озарк Пауэр» обязана покупать любые излишки электроэнергии, производимые как компаниями, так и частными лицами. Но проблема заключается в том, что мы принимаем во внимание лишь системы, которые совместимы с нашей, и могут быть подключены к ней.

Она замолчала и с любопытством склонила голову. Ей показалось, что Эрик Фортнер ее не слушал. Вместо этого он осматривал комнату, взглянув сначала на потолок, затем на пол. Казалось, он полностью поглощен изучением ее офиса. Она многозначительно кашлянула.

— Мистер Фортнер?

Карие глаза остановились на ней.

— Да?

— Вы поняли, что я сказала?

— Не совсем.

Его рот расплылся в извиняющейся улыбке, обнажив ряд ровных зубов и образовав кокетливую ямочку на одной щеке.

Но его внешний вид говорил, что он не глуп. Джасинда подавила вздох и начала объяснять снова, но уже более просто.

— Видите ли, мистер Фортнер, у нас есть большая электростанция, которая вырабатывает электроэнергию…

Она остановилась. Ей снова показалось, что он ее не слушает.

— Постарайтесь все же понять…

— Да где уж мне? — Его карие глаза лукаво и дразняще блеснули.

В своем ли он уме? Она обычно имела дело с искушенными в своем деле профессионалами, но Эрик не производил впечатления такового. Ей также показалось, что он совсем не разбирается во всех тонкостях работы энергетической компании. Она сидела, задумчиво глядя на него и пытаясь решить, как ей поступить. Было невозможно не заметить, насколько он привлекателен. Физически, по крайней мере, он совершенен. Волосы его были подстрижены несколько небрежно и выглядели естественно и непринужденно, в отличие от традиционных причесок, которые любят многие мужчины и которые, кажется, делают их какими-то самодовольными и тщеславными. В Эрике не было тщеславия, но она вдруг уловила признаки внутренней уверенности, которой она сначала не предполагала в нем.

— Можно мне сказать? — спросил он вежливо.

Ее мысли мгновенно вернулись к делу.

— Да, пожалуйста, говорите.

Казалось, он стал держаться несколько свободнее, положив одну руку на колено, а другой снимая легкие ворсинки с брюк.

— Как я понял, вы хотите сказать, что мой проект не будет работать, — он обезоруживающе улыбнулся, снова продемонстрировав ямочку на щеке. — Но вы ошибаетесь. Вам простительно совершить ошибку, так как то, о чем мы говорим, является совершенно новой проблемой в энергетике.

Джасинда почувствовала вспышку возмущения. Он что, сомневается в ее познаниях в области электротехники? Она гордо вздернула подбородок.

— Я согласна, что ваше предложение выходит за рамки обычной технологии и что оно не является чистой наукой. Однако опытные инженеры-электрики постоянно проводят эксперименты, чтобы больше узнать об этой области.