— Хорошо бы. Я надеюсь, что миссис Бегнет не будет ее воспитателем. Эта женщина злая, как черт.

Мои родители переглянулись. Папа собирался что-то сказать, но мама его перебила.

— О, нет. Она ушла на пенсию четыре года назад. У нас новая воспитательница.

— Слава Богу, — пробормотал я и выпил все до дна.

Глава 2

Стид


Мы шли вниз по длинному коридору школы. Хлоя шла между моей матерью и Амелией, а я позади, и не мог скрыть улыбку, которая разошлась по моему лицу. Я был здесь очень давно.

Я немного паниковал, думая, что увижу здесь Пакстон. У нее была мечта — стать учителем. Но что сейчас с ней, я не знаю. Мама пыталась заставить меня рассказать, что случилось между нами. Но если я расскажу, то она возненавидит меня. Я взял с мамы клятву, что она никогда не станет говорить о Пакстон. Это произошло после того, как она рассказала, что мать Джо Миллера поведала, что Джо и Пакстон стали близки. Я думаю, они начали встречаться в последний год учебы в Техасском университете.

Эта информация, мало того, ввела меня в депрессию на целый месяц, так и толкнула меня в постель к Ким.

Я отчаянно бежал от прошлого. После этого разговора о Пакстон и Джо, я больше никогда не упоминал о ней. Однажды, даже пригрозил сбросить вызов, когда мама что-то начала говорить о ней. Больше, мы не касались этой темы.

— Я не могу дождаться встречи с моим учителем, — сказала Хлоя. — Надеюсь, она красивая!

Амелия рассмеялась и мама ответила:

— О, она очень красивая. Она тебе понравится, Хлоя.

— А ты знаешь учителя, мама? — спросил я, но они свернули за угол, и зашли в класс.

Я же остановился, чтобы пропустить заходящую в класс семью. Мне показалось знакомым лицо парня, но я не смог его узнать. Мы на мгновенье посмотрели друг на друга, прежде чем разошлись. Когда я вошел в класс, быстро оглядел помещение. Оно был намного красивее, чем в прежнем дошкольном учреждении Хлои. Я удивился, когда увидел в классе кошку. Когда она на моих глазах приземлилась в кресло-качалку, то память о Пакстон ударила меня, словно обухом по голове.

— Когда я буду учителем, то сделаю специальное место для чтения, где ученики, смогут свернуться в мягком кресле и потеряться в словах книги.

— И где же ты хочешь такое провернуть? — спросил я, держа ее руку, пока мы смотрели на звезды.

— В начальной школе.

Я сделал несколько шагов назад. Мое сердце грохотало в груди.

Ох, ни хера себе.

Когда я повернулся, что найти свою мать, то встретился с голубыми глазами Пакстон. Мы простояли несколько секунд, глядя друг на друга. Ее по-прежнему каштановые волосы, были собраны в хвост, но несколько прядей свободно вились у лица.

Мои глаза пробежались по ее телу. Молодая девушка, в которую я влюбился, превратилась в красивую женщину. Самую красивую женщину во всем мире. Пакстон была совершенно ошеломленной, увидев меня. Так же как и я. Мне показалось, что на ее губах начала формироваться улыбка, которую быстро сменил хмурый взгляд. Она направилась в мою сторону, и я сразу захотел прикрыть яйца, увидев ее мрачный настрой.

Ее последние слова, о том, что она отрежет мне член и засунет его в мою глотку, мелькнули у меня в голове. Я ухмыльнулся, и, казалось, сделал ее еще злее.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она злым голосом.

— Я здесь для…

Она схватила мою руку, вонзила в меня свои ногти и потянула в большую кладовую. С нескрываемой злобой она ткнула меня пальцем в грудь.

— Как ты смеешь здесь появляться? Существуют определенные правила, Стид Паркер. Тебе повезло, что у меня нет ножниц, иначе я бы выполнила угрозу.

Я сглотнул, и попытался выйти, но споткнулся.

— Вон из класса!

— Эй, Пакстон, подожди. Я даже не знал…

Она покачала головой.

— Не устраивай сцен. Здесь люди, с которыми мы вместе ходили в школу, Стид. Я прошу тебя уйти.

Так, вот кто это был!

— Мэнни Паттерсон. Вот кто это был, — сказал я, щелкнув пальцами.

Открыв дверь, Пакстон вышла и тихо сказала:

— Пожалуйста, уйди.

Ее голос сорвался, и моя грудь сжалась. Глаза начали бегать по комнате. Несколько человек посмотрело на нас, когда я быстро вышел из кладовки с Пакстон. Думаю, это мое призвание, лажать.

— Я не знаю, почему ты здесь, но пожалуйста, уйди. Это моя работа, Стид.

Пожалуйста!

Прежде чем я успел объяснить, ко мне подбежала Хлоя.

— Папа! Папа! Посмотри на мой стол. Это так красиво!

Я наклонился к ней и улыбнулся.

— Я сейчас подойду, тыковка. Я разговаривал со старым другом.

Хлоя взглянула вверх и ахнула.

— Ты красивая. Ты принцесса?

Я смотрел, как тает гнев Пакстон. Она нежно смотрела на Хлою, но я мог видеть боль на ее лице.

— Нет, милая. Я мисс Монро, учитель.

Мое сердце упало, когда Пакстон подтвердила то, что я уже знал. Глазами я нашел маму. Она улыбалась. Она знала. Она знала, черт, побери!

Бля. Моя. Жизнь.

— Папа! Ты слышал это? Твой друг — мой учитель! — ее руки обвились вокруг моей шеи. Я поднялся, держа на руках Хлою. Весь мир застыл, когда я посмотрел в глаза Пакстон, которые наполнялись слезами.

Бля, не так я хотел рассказать Пакстон о Хлое.

— «Папа»? — спросила она дрожащим голосом.

Хлоя повернулась к ней лицом.

— Мы переехали сюда из Орегона. Дожди идут там все время. Папа сказал, что у меня будут собственные козы, и я буду ездить на корове!

Пакстон уставилась на Хлою. Мое сердце так сильно колотилось в груди, что я уверен, все в комнате могли слышать его стук. В памяти всплыл звук плача Пакстон, и он звучал в голове так громко, что я захотел закрыть уши и убежать.

Наконец, Пакстон издала небольшой смешок.

— В Орегоне всегда дождь. И козы? Как интересно. Хлоя, почему бы тебе не пойти за свой рабочий стол. Там тебя ожидает сюрприз.

Я поставил Хлою на пол и наблюдал, как Пакстон наклонилась к моей дочери. Она изучала ее лицо и сморгнула навернувшиеся слезы.

— Я так счастлива, что ты здесь, Хлоя. Я не могу дождаться, чтобы узнать тебя.

Добро пожаловать в Оук-Спрингс.

С огромной улыбкой Хлоя обняла Пакстон.

— О, спасибо, мисс Монро! Я пойду искать мой сюрприз, — Хлоя, а вместе с ней я и Пакстон, направилась к столу.

Я взглянул на Пакстон. Ее рука прикрыла рот в попытке удержать свои эмоции.

Она медленно обернулась ко мне.

— Мне очень жаль, Пакстон. Я не знал, что ты учитель. Я бы приехал и поговорил с тобой заранее. Я никогда бы не свалил это на тебя. Надеюсь, ты веришь?

Ее подбородок задрожал, прежде чем она подняла его выше и откашлялась.

— Извини меня, мне нужно поговорить еще и с другими родителями, — она посмотрела на меня, продолжая уже деловым тоном. — А сейчас… кх-кх… мистер Паркер, пожалуйста, обратите внимание. На рабочем столе, лежит несколько примеров того, над чем мы будем работать в первую неделю школы. Там же список будущих работ, пожалуйста, выберите что-то, прежде чем уйти, — она остановилась на мгновение, прежде чем снова обрела душевное равновесие. — Еще есть документ на участие в волонтерской деятельности, приглашаются родители. Не стесняйтесь, подпишите, и участвуйте вместе с вашей женой. Это высоко ценится.

Я сделал шаг ближе к ней.

— Пакстон. Это не…

Она покачала головой, и опустошенное выражение появилось на ее лице. Я почувствовал, как меня словно ударили в живот.

— Не надо. Пожалуйста, остановись, — тихо сказала она, и отошла к другой семье.

Я смотрел, как она улыбнулась им, и представил, что было, если бы я не сломал ее мир… снова.

Счастливое выражение моей матери, стоящей рядом с Амелией недалеко от стола Хлои, сменилось на недоуменное. Гнев охватил меня. Я подошел к ним.

— Почему ты не сказала мне, что Пакстон будет учителем Хлои?

Она пожала плечами.

— Ты запрещаешь мне говорить о ней.

— Мне нужно поговорить с тобой наедине, мама. Сейчас! — наклонившись, я поцеловал Хлою в щеку. — Папа и бабуля сейчас придут. Тетя Мели будет здесь, ладно?

Хлоя рылась на столе, глядя на все в удивлении.

— Хорошо, папа.

Я последовал за матерью из класса, и дальше, до конца коридора. Когда мы, наконец, дошли, я потерял самообладание.

— О чем ты думала? Какого черта, ты не предупредила меня. Мама! Я даже не был уверен, что она живет здесь!

— Не разговаривай со мной в таком тоне. Ты сказал, что не желаешь говорить о ней. Что ты не хочешь знать, что она делает и где она живет. Я не знаю, что произошло между вами двумя, но уверенна — вы предназначены друг другу.

Я провел рукой по своим волосам.

— Господи, Боже мой, мама. Зачем ты это сделала?

Она ударила меня по затылку.

— Не произноси имя Господа всуе.

Я согнулся, оперев руки на колени, и сделал несколько глубоких вдохов. Эмоции клокотали во мне. Когда я увидел эти глаза, мой живот скрутило, и я не хотел ничего больше чем поцеловать ее и попросить прощения. Она посмотрела на меня с такой ненавистью, что все, что я мог чувствовать — страх и сожаление. Вину. Добавим, что дерьмо, там тоже было. Много.

Грусть в ее глазах, уронила меня на пол. Все, что я видел — ей до сих пор больно.

— Стид, я не знаю, почему вы поругались, и что заставило тебя бежать в Орегон, но думаю, что это второй шанс.

Я поднял руку, чтобы остановить ее.

— Мам, не надо. Ты не представляешь, что ты пытаешься сделать.

— Вы оба так сильно любили друг друга. Разве ты не помнишь совместные планы, которые вы строили? Вы оба собирались ехать в Техасский университет. Затем вернуться домой и строить жизнь вместе. Вы говорили о браке и детях.