Собрав все свое мужество, Нелл сказала:

– Я вижу, вы не желаете поступить справедливо. Поэтому я ухожу, но вы все равно получите по заслугам. – Она указала на кабриолет. – Я надеялась, что вы сжалитесь надо мной. Заплатите хотя бы кучеру. – Нелл взглянула на свой живот. – Я вот-вот должна родить, но вижу, что вы не желаете проявить великодушие. Да еще ваша жена стоит тут и слушает нас. Я не понимаю, какую власть над вами она имеет, но вижу, что вы уже приняли решение. Мне больше нечего сказать. Спокойной ночи, Джефф.

Прижав руку к своему большому животу, Нелл осторожно спустилась по ступенькам и подошла к экипажу. Кучер подал ей руку и помог сесть. Затем взобрался на сиденье, тронул вожжи, и экипаж загромыхал по дорожке.

Джефф медленно повернулся к жене. Но Рейлин деревянной походкой прошла по крыльцу и остановилась у самого края. Прислонившись к колонне, она задумчиво глядела вдаль. Ни одной мысли не было у Рейлин в голове. Она долго молчала. Джефф с тревогой смотрел на нее. Наконец девушка вздохнула и взглянула на мужа.

– Мне нужно подумать, Джефф. Я надеюсь, вы поймете меня. После того, что я слышала, мне нужно во многом разобраться. Я не могу спокойно лечь с вами в постель. Целуя вас, я буду думать о Нелл… и ее ребенке.

– Я надеялся, что мы как муж и жена насладимся этим вечером, – тихо проговорил Джефф, подойдя к жене. Аромат ее волос пьянил его. Как страстно Джефф хотел целовать ее, держать в своих объятиях…

– Если вы не возражаете, я пообедаю сегодня одна. – Рейлин стоило большого труда, чтобы ее голос звучал спокойно и не дрожал. Ее муж сжал кулаки.

– Если вы настаиваете, Рейлин, я распоряжусь, чтобы обед принесли наверх…

Рейлин готова была расплакаться. Прошло несколько минут, прежде чем она смогла ответить:

– Велите принести обед в другую спальню. Я хочу побыть одна.

– Как мне убедить вас, что девчонка солгала? – глухо спросил Джефф. – А если бы сюда пришли десять таких Нелл, вы бы им всем поверили? Им, а не мне? Если вы во мне сомневаетесь, мадам, то могу вас заверить, что мы постоянно будем ссориться! Вам придется научиться доверять. Иначе не имеет смысла оставаться вместе. Каждый раз, когда кто-то будет пытаться выудить у меня деньги, вы будете соглашаться с ним? Ведь нас хотят разлучить, Рейлин. Неужели вы не понимаете? А если какой-нибудь подонок будет наговаривать на вас? Да я просто набью ему морду. Потому что я знаю, моя жена любит меня и верна только мне. Да, я понимаю, мы едва знакомы. Ну хорошо. Я подожду. Пусть у вас будет время, чтобы лучше меня узнать. Единственная просьба: позвольте мне ухаживать за вами. Сегодня вы можете обедать одна, но в будущем я настаиваю, чтобы мы обедали вместе. И когда мы будем на людях, ваша рука должна лежать в моей. Договорились?

– Вы просите о небольшом одолжении, – тихо проговорила Рейлин. – И мне нетрудно исполнить эти ваши желания. Если вы помните, мы так и решили вначале.

– Разве мог я об этом забыть? – прошептал Джефф. Подумав, что будет лучше, если он оставит Рейлин наедине с ее мыслями, он прошел мимо нее и спустился по ступеням. Ни разу не оглянувшись, Джефф направился к конюшням. Он чувствовал, что ему нужно срочно чем-нибудь заняться. Он хотел довести себя до изнеможения. А потом повалиться на кровать и заснуть мертвым сном. И ни о чем не думать.

Джефф вскочил на коня и помчался куда глаза глядят. Но бешеная скачка не принесла облегчения. Только сейчас Бирмингем понял, что чувствовал Брендон, когда поссорился с Хитер. Джефф был так счастлив от близости с Рейлин. А теперь ему предстоят одинокие тоскливые ночи. И он будет ворочаться с боку на бок и думать о своей возлюбленной. Постель станет для него местом пыток, потому что он будет знать, что его желанная совсем рядом, что их разделяет всего лишь несколько комнат.


Обед, который принесли в спальню Рейлин, остался нетронутым. Она стояла у окна и думала. Увидев, как Джефф умчался верхом на коне, Рейлин не могла побороть в себе тревогу за него. Слуги ходили мрачные. Кто-то бросил фразу, что конь горяч и нередко сбрасывает седоков. Рейлин должна будет винить только себя, если с ее мужем что-нибудь случится.

В хижинах слуг зажглись окошки. Но дети все еще носились вокруг домиков. Они громко смеялись. Когда стемнело, детские голоса стихли. Большая часть слуг ушла. В доме оставались только Кора, Кингстон и две кухарки. Рейлин вышла на крыльцо. Случайно она услышала, как Кингстон рассказывает о Нелл. Он сказал, что девушка в этот раз уехала так же быстро, как девять месяцев назад, когда хозяин посреди ночи отправил ее упаковывать вещи.

Рейлин вздохнула. Теперь она жалела, что не дала Джеффу объясниться. Она не хотела слушать никаких оправданий, не хотела ничего понимать. Рейлин знала, что поступает несправедливо. Даже на суде человек имеет право отвечать своему обвинителю. Но она ничего не смогла с coбой поделать. Слишком сильным было разочарование. Джефф произвел на Рейлин впечатление галантного, храброго джентльмена. Но если то, что утверждала Нелл, правда, то тогда он виноват, и в таком случае ее муж нисколько не лучше Густава.

Послышался стук копыт, и показался Джефф верхом на вороном коне. Он подъехал к конюшне, соскочил с лошади и передал поводья конюху. Рейлин слышала их голоса.

– Не торопитесь, пусть он остынет, Спарки! – крикнул Джефф. – Ему пришлось много проскакать.

– Не беспокойтесь, мистер Джеффри. Я все сделаю как надо. Я рад, сэр, что вы вернулись целым и невредимым.

Джефф усмехнулся и кивнул:

– На этот раз Брут не пытался сбросить меня с седла. Он был на удивление послушным.

– И все же, если бы я был на вашем месте, мистер Джеффри, я бы ему не доверял. Он мог застать вас врасплох.

– Я был осторожен, Спарки.

Рейлин отступила в темноту, и Джефф, не заметив ее, вбежал в дом. Она слышала, как Бирмингем попросил, чтобы ему приготовили ванну. Как только в доме зазвучал его голос, к слугам немедленно вернулось хорошее настроение.

Рейлин улыбнулась. У нее тоже стало легче на душе. Она не могла не удивляться этому человеку, который лишь своим присутствием смог воскресить жизнь в доме. Слуги сильно беспокоились за Джеффа, и Рейлин поняла, что они очень его любят. Если бы он действительно был черствым, жестоким человеком, как говорила Нелл, то тогда наверняка слугам было бы безразлично, вернется он или нет.

Чей-то вопль нарушил тишину. Рейлин вздрогнула и тут же увидела, как негритянка Кора бежит к хижинам. Странный свет мерцал в той стороне. К своему ужасу, Рейлин увидела, что с крыши одной из хижин срывается пламя.

– Мой ребенок! Моя девочка там! – вопила Кора. – Кто-нибудь, спасите ее!

– Пожар! Пожар! – закричал мужской голос.

Кто-то стал бить в железный треугольник, висевший на улице около кухни, и спустя мгновение Рейлин увидела, как Кингстон тоже мчится к хижинам. Джефф выскочил на крыльцо. Сразу сообразив, в чем дело, перемахнул через перила и помчался к горящей хижине. Рейлин не стала ждать ни минуты. Задрав подол платья до колен, она сбежала с крыльца и вскоре уже неслась вслед за Джеффом.

Пламя охватило стену хижины около двери. Кора несколько раз пыталась войти, но жар вновь и вновь отбрасывал ее. А в хижине маленький ребенок вопил от ужаса. Кора, рыдая, бросилась к дождевой бочке, которая стояла около крыльца, окунула в нее ведро и выплеснула воду на огонь. Но бесполезно. Пламя было слишком сильным.

– О милосердный Боже, спаси мою маленькую девочку! – молила Кора. – Пожалуйста! Кто-нибудь, спасите мою Клару!

Добежав до хижины, Джефф вскочил на крыльцо и с помощью Кингстона опрокинул бочку с дождевой водой. Вода затушила пламя, охватившее пол. Схватив топор из поленницы, Джефф одним ударом расколол бочку пополам с одной стороны. Другим ударом он выбил дно. С другой стороны тоже. Джефф снял металлические обручи. Один обруч он согнул, превратив его в ручку. Затем поднял половину бочки перед собой, словно щит.

Рейлин зажала себе рот, пытаясь подавить крик ужаса, когда ее муж бросился в хижину.

Вокруг стояли негры. Все молчали. Слышно было только, как трещит горящее дерево. Крыша начала обваливаться. Еще минута – и хижина рухнет. Тут появился Джефф. Он бежал, одной рукой прижимая к себе крошечную девочку, а в другой держа половину бочки.

Он отбежал на безопасное расстояние и остановился. Рейлин облегченно вздохнула.

Чернокожие благодарили Джеффа. Девочка все еще кричала от страха. Но каким-то чудом у малышки не было ни одной царапины, ни одного ожога. Джефф передал ребенка матери. Та рыдала от счастья:

– Спасибо, мистер Джеффри! Спасибо и да благословит вас Бог! Да благословит вас Бог!

Джефф огляделся:

– Куда ушел Джереми? Я думал, он следит за Кларой, пока вы в моем доме.

– Мой брат пошел ловить лягушек-быков, мистер Джеффри, – ответила четырнадцатилетняя девочка. – Он попросил меня присмотреть за Кларой. Я жарила рыбу, но сковорода перевернулась. Жир разлился по комнате и загорелся. Клара была в другой комнате, и я не могла до нее добраться. Я выпрыгнула из окна. А когда подбежала к двери, пламя было таким сильным, что я не смогла войти. Простите меня, мистер Джеффри.

– Это был несчастный случай, Элли. Не волнуйся. – Джефф положил девочке руку на плечо. – Я рад, что никто не пострадал.

Кора крепко прижимала к себе дочку. Та теперь тихо плакала.

Бирмингем посмотрел на хижину:

– Вам нужен новый дом.

– Да. – Негритянка вздохнула. – Но это не важно. Самое главное, моя маленькая Клара жива.

Рейлин подошла к слугам. Только теперь Джефф заметил ее. Его жена улыбалась.

– Пожалуйста, простите меня, Джефф, за то, что я не дала вам возможности объясниться, – робко проговорила Рейлин.

– После того, что вы услышали от Нелл, я не могу вас винить за это. Мы пока совсем чужие, нам предстоит еще многое узнать друг о друге.