Да, конечно, отказаться от денег для кого-то покажется глупым, но мне не нужны кровавые купюры. Возможно, раньше бы я оставила их себе, чтобы вести безбедное существование. А сейчас всё иначе. У меня есть будущее, а роскошь не принесла мне счастья. Я хочу быть настоящей, самой обычной женщиной, коих миллион по всему свету. Хочу решать проблемы и окунуться в семейную жизнь, где мужем окажется не принц и не чудовище, а самый простой мужчина, правда, с несколько необычными познаниями и развитием. Пусть мы не достигнем вершины общества, и не будет бриллиантов. Но холодные стекляшки никогда не сравнятся с горячими объятиями, тихими разговорами и смехом.

А деньги… они должны помочь нуждающимся, мы как-нибудь справимся. Теперь я сама буду решать, чем заниматься, и получу образование, которое поможет мне однажды спасти кого-то, оказавшегося в такой же ситуации, как и я. Возможно, чтобы понять, где моё место, нужно было пережить насилие, жестокость и боль. Увидеть, как рушатся мечты, и ничего нет похожего на сказочные обстоятельства в этом мире. И конечно же, без любви и нашего будущего ребёнка, я бы никогда не нашла в себе силы бороться за существование.

Я не отрицаю, что наша жизнь с Редом будет похожа на войну характеров. Я готова к тому, что мы будем преодолевать взлёты и падения. Хотя жить с чистого листа тоже нужно уметь, и мы начнём работать над собой. Необходимо преодолевать страхи вместе, не бояться говорить о них и доверять. Не всегда семейную жизнь будут сопровождать смех и радость, мы встретимся и с потерями, и с горем, и с разочарованием. Но разве не это доказывает, что мы живы? Разве не это делает нас частью этого мира. Именно осознание ошибок и попыток исправить их, превращает мёртвого в живого. Никогда в жизни не идёт всё гладко, нужен партнёр, как и семья, чтобы вовремя затянули ремень безопасности на новой кочке и удержали тебя, а дальше всё можно обсудить и решить. Я не сомневаюсь, что теперь наша жизнь будет настоящей. Другого я больше не хочу. И не мечтаю о несбыточном, потому что я обрела намного больше, чем просто иллюзию. Любовь.

А что до Рейчел и Джо… это уже не моя история. Об этом пусть они рассказывают сами. Или же умолчат, но я думаю, что они прекратят изводить друг друга и решат всё в пользу любви. Ведь благодаря ей, мы и оживаем.

«Я, Санта Блейз, беру тебя, Джаред Джон Эйнсли, моим мужем, моим постоянным другом, моим верным партнёром и настоящей любовью. Я обещаю быть с тобой: и в хорошем, и в плохом, и в богатстве, и в бедности, и в болезни, и в здравии, любить и почитать, начиная с этого дня, минуя боль и страх, роскошь и сказку, пока смерть не разлучит нас, чтобы вскоре встретиться снова. Я люблю твоё безумие, Ред. И обещаю, что оно с этого момента никогда не исчезнет из нашей жизни. Обещаю быть твоей искрой, а ты всегда гори так ярко, чтобы сжигать меня до основания и воскрешать своими чувствами. Пусть наш мир превратится в сумасшедшее и никогда не увядающее пламя, в котором я никогда не перестану любить тебя. Я вверяю тебе своё сердце, свою душу, свою волю и свой разум. Я твоя», – именно с этих слов и начнётся другая глава нашей новой жизни.


Джаред

– Я знал, что найду тебя здесь, – сзади дверь резко распахивается. Едва успеваю нажать на кнопку, чтобы экран напротив потух, но из-за слишком неожиданного появления нежданного гостя, картинка просто зависает.

– О-о-о, а не ты ли обещал, что прекратишь заниматься незаконными внедрениями в систему слежения? – Усмехаясь, добавляет Джо.

– Что ты хочешь? Я могу хотя бы минуту побыть один? – Недовольно бурча, поворачиваюсь в кресле и с раздражением смотрю на брата.

– А всё, Ред, твоё заточение закончилось. Принцесса сбросила косы, и ты, вырвав их, рухнул с ней на грешную землю. Так что, нет, не может, – от его слов фыркаю и закатываю глаза.

– И кому же я обязан твоему появлению здесь? – Сверлю его взглядом, которого он якобы не замечает.

– Рейчел.

– Даже не сомневался. Неужели, наябедничала полному придурку, то есть тебе, о том, что старший урод, то есть я, её выгнал вместе с бригадой?

– Нет. Ты выгнал её? – Джо уже готов вновь начать спор, который постоянно затевает последние месяцы, как только я немного поддеваю эту надоедливую женщину.

– Переходи к делу. Зачем пришёл? Я хочу подготовиться к приезду Санты. Мэтью уже нарядился и поехал её встречать, хотя она даже на самолёт ещё не села.

– К чему подготовиться? – Интересуется он, приближаясь к столу.

– Джо…

– Чёрт, ты купил кольцо! Ты купил обручальное кольцо, Ред! – Проклинаю всех в этом мире, потому что забыл закрыть коробочку, спрятать, выкинуть, сжечь, в конце концов, а просто поставил её рядом с ноутбуком, желая убедиться, что с Сантой всё хорошо, и она скоро будет дома.

– Не начинай, – мрачно предупреждаю его. Но разве можно остановить этого идиота? Нет. Уже поздно. В руках у брата платиновое кольцо с топазом какой-то неведомой для меня категории «Шампань». Да, я дурак. Да, мне нечем заняться. Да, я богат. Да, у меня есть деньги, чтобы не волноваться о будущем. Да, я купил это чёртово кольцо по неизвестным для меня причинам. Ещё я лжец.

– Так ты не хочешь ничего мне рассказать? Джаред, из-за тебя и твоей женщины я чуть не умер. Я был на волоске от смерти и перенёс серьёзную операцию, после всей этой истории, на моём теле тоже есть шрам. Поэтому я должен знать первым – ты собираешься ей делать предложение?

Теряя терпение, поднимаюсь и выхватываю из его рук кольцо и коробочку.

– Если бы ты был немного внимательнее, то Филипп бы не напал на тебя со спины. И если бы ты был всё же внимательнее, то заметил бы, что Санта беременна. И я обязан, наверное, это сделать. К тому же Джайлс снова начнёт ныть и причитать о том, что не доживёт до того времени, когда я женюсь, и у меня появится ребёнок. Да, скорее всего, да. Джо, не знаю, – прячу ювелирное украшение в карман джинсов и опускаюсь в кресло.

– Ты не обязан, – от его слов скептически приподнимаю брови, а затем кривлюсь от тянущих ощущений на щеке.

Не только Джо имеет шрам, у меня их прибавилось, как и у Санты. Все после той ночи были обожжены и душевно, и физически. А я пережил невероятный страх, который не идёт в сравнении ни с чем. Боялся ли я идти туда? Нет. Я был зол, готов был разорвать этого ублюдка за то, что он сделал с братом, что пришлось пережить беременной Санте. Наверное, мне следовало ей сказать раньше о ребёнке, которого я не смог убить. Но всё набирало обороты, я опасался потерять время и упустил возможность признаться в последнем. В своих чувствах. Сложно подбирать слова, проговаривать их, а когда их произносить некому, то это ещё страшнее. Я был уверен, что это мой последний день, потому что живым Филиппа я бы ни за что не оставил. Но всё произошло не так, как я планировал. И остался последний вариант – спасти Санту любым способом. Да, признаюсь, что я желал причинить Филиппу ту же боль, познакомить его со страхом медленной смерти в огне. А всё произошло само собой. Я считал, что сознавшись во всём, в своих чувствах и даже употребив слово «любовь», мне что-то поможет. Ничего. Мысль о том, чтобы найти необходимые улики для доказательства вины Филиппа, сначала была важной, но потом, после прыжка Санты, в одну секунду я понял, что это больше неважно. Я не готов был оставить этот мир ради каких-то бумажек и мести, потому что у меня появилось ценное в жизни, надежда. Я интуитивно ощутил, что если я сейчас же не выберусь из дома, то потеряю всё навсегда. И я это сделал, я выпрыгнул из окна, получив сильный удар, потерял на несколько секунд сознание и полз, только бы меня никто не увидел. Меня не заботило: умру я или нет от ран. Больше в тот момент волновало, как она там.

Та ночь изменила всё. Я был вынужден находиться подальше от Санты, пока шло следствие, затем похороны, и снова слушанья по делу об убийстве, о нескольких убийствах. Джо сделал решающий выстрел, и дело закрыли, не желая порочить имя знаменитого судьи и его сына. Я никогда не отличался жалостью к подонкам и до сих пор не испытываю угрызений совести за то, что сделал с Филиппом. Нет, мне не стыдно. Я отправил его в последний адский путь, где он ответит за все свои грехи.

– Ред, ты слышишь меня? – Джо толкает меня в плечо, и я концентрирую зрение на нём.

– Нет, – честно отвечаю ему и закрываю ноутбук, выключаю программы, и комната поглощается темнотой, где я незаметно подхватываю несколько каталогов. Просто дали в магазине, я не хотел их брать. Ладно, признаюсь, хотел. Купив это чёртово кольцо, я как-то оказался в детском универмаге и рассматривал предложенные товары, а затем, словно очнувшись, испугался показаться сентиментальным и со страху схватил из рук продавщицы всё, что она мне предложила.

– Я говорил, что если ты не хочешь жениться, то ребёнок – это не причина, чтобы это делать, – хватаю брата за локоть и тащу за собой. Не дай бог, поранится.

– И ты считаешь, Санта думает точно так же? Она официально вдова, и брак расторгнут. Она свободна и беременна от меня. Наверное, ждёт именно этого шага, – поднимаемся на первый этаж.

– Ты сам должен захотеть этого, а не принуждать себя, – замечает брат, когда я его отпускаю и направляюсь в свою… нет, теперь нашу, спальню. Хотя это сделать проблематично. Из-за Рейчел. Эта женщина меня жутко раздражает. Она выводит меня из себя своим желанием изменить мой дом. Мой, чёрт возьми, дом! А мне нравится так. Я наслаждаюсь мраком и тёмными оттенками. Насколько помню, Санте они тоже нравятся, особенно долгие телефонные разговоры. Чёрт, я скучаю. Мне одиноко одному засыпать и просыпаться. Возможно, поэтому и выехал сегодня в город, чтобы ощутить себя обычным. Да, взгляды были, но лишь заинтересованные, без отвращения, которых я раньше боялся и встречал. Мир изменился, пока я остановился, и теперь желаю наверстать упущенное.

– Я подумаю. Пусть будет подарком, – после долгой паузы произношу я, останавливаясь на втором этаже.