Часть первая. Эпизод двадцать четвертый. Все хорошее заканчивается

 На меня напало оцепенение.

Я ничего не чувствую уже несколько дней. И не знаю, смогу ли когда-нибудь ожить снова.

На мне черный костюм, который соответствует моему настроению и намечающемуся событию. Мои волосы свободно распущены. Ей так нравилось больше всего. Это придает моему облику дикости и свободы.

Но я не чувствую в себе ни того, ни другого.

Стук в дверь ванной комнаты.

- Харпер, ты готова? – тихо спрашивает папа.

- Да, одну секундочку, - я выпрямляюсь и еще раз смотрю на свое отражение в зеркале. Надо взять себя в руки. Келси ожидала бы этого от меня.

Я выхожу в гостиную, где меня ждут остальные члены семьи. Роби и Рене приехали как только услышали об убийстве. Она оставили Кристиана с Жераром и Кэтрин, но взяли с собой Кларка. Рене сказала - это из-за того, что его еще надо кормить грудью. Но я-то знаю, что на самом деле они чувствовали, что я нуждаюсь в нем.

Роби передает мне в руки моего племянника, и я крепко прижимаю его к себе. Этот маленький человечек – мой спасательный круг. Когда он вырастет, мне надо будет поблагодарить его за это и избаловать до невозможности.

- Нас уже ждет лимузин, - сообщает мама, открывая дверь моей квартиры. Она одета в черное платье и шляпку. Я мимоходом замечаю, что она ей очень к лицу, в отличие от меня – в шляпах моя голова выглядит слишком большой.

Мы все выходим из квартиры. Рене обхватывает меня за талию и ведет к лифту. Если честно, я всегда была немного влюблена в мою невестку. И я очень рада, что она и Роби сейчас здесь. Я бы никогда не смогла пройти через все это без их помощи. Роби всю жизнь был моим лучшим другом.

Мы садимся в лимузин. Всю дорогу едем молча. Я смотрю на проплывающий мимо пустынный пейзаж Лос-Анджелеса за окном.

Кларк хныкает возле моей груди и пытается зарыться в мою куртку. Я знаю, каково ему сейчас.

- Когда это все закончится, мы хотим, чтобы вы приехали домой на некоторое время.

Я киваю.

- Мне бы тоже этого хотелось, папа.

Наконец мы въезжаем в красиво украшенные железные ворота кладбища Фейрлаун. Мое сердце замирает.

Рене берет меня за руку.

Мы движемся к месту скопления других лимузинов. Водитель открывает двери перед нами. Когда мы выходим, я продолжаю держать Кларка. Если я отдам его, не знаю, что со мной произойдет. Но пока в моих руках находится этот малыш, я не сделаю никакой глупости.

К нам бегут папарацци. Несколько охранников кладбища перекрывают им дорогу.

Затем подходит некий джентльмен, на лице которого написано сочувствие, а в манере держаться угадывается профессионал.

- Мисс Кингсли? – спрашивает он и пожимает мою руку.

Мне приходится немного переместить Кларка для этого рукопожатия, но я по-прежнему не выпускаю его.

- Да. А Вы мистер Уинстон?

- Совершенно верно. Пройдемте пожалуйста за мной. Все выступающие будут стоять вон там.

Мы со всей семьей следуем за ним. Уинстон кратко перечисляет пожелания по церемонии прощальной службы. Их немного – без церковного обряда, разбрасывания цветов и мрачной музыки. Вся церемония должна быть простой, музыка классической, и как можно меньше прощальных речей.

Я буду одной из трех выступающих.

Двое других поднимаются со своих мест, когда подхожу к ним поближе. Первой из них является женщина чуть пониже ростом, но пошире в плечах, чем я. У нее карие глаза, короткие каштановые волосы, подстриженные как у полицейских, и я догадываюсь, что это Си Джей, прежняя любовница Келс. Протягиваю ей руку для приветствия, и она охотно пожимает ее. У нее сильное рукопожатие.

- Мне очень жаль познакомиться с Вами при таких обстоятельствах, - говорю ей.

- Я много слышала о Вас. Очень рада, что Вы пришли.

- Келси хотела бы, чтобы я здесь присутствовала.

Си Джей кивает с сочувствием.

- Я знаю. А кто этот малыш? Это Ваш?

- Если бы. Это Кларк, мой племянник, - кивком показываю на Роби и Рене. – А это мой брат и его жена. Чуть дальше стоят мои родители.

- Я слышала, что Вы приглашали Келси к себе домой на День Благодарения.

При этих воспоминаниях на моих губах появляется улыбка.

- Это действительно так. Мы здорово провели время. Вся моя семья просто влюбилась в нее. Они все приехали сюда, как только услышали о том, что случилось.

- Рада, что это так. Такое нельзя пройти в одиночку.

- Келси проходит одна.

Си Джей не отвечает. Я переключаю внимание на второго выступающего, которым является молодой мужчина.

- Харпер Кингсли, - представляюсь ему.

- Патрик Коллинз, кузен Эрика.

- Соболезную Вам.

Он благодарит, и мы занимаем наши места. Я оглядываюсь вокруг и замечаю в толпе нескольких актеров из Голливуда. Все они выглядят уж слишком хорошо для такого события. Хотя разве мы все должны плакать навзрыд от горя?

Или же только я?

Боже, Келси, мне так тебя не хватает!

Бородатый мужчина подходит к микрофону у края могилы.

- Мы все собрались здесь, чтобы почтить память одного из нас - того, кто покинул этот мир в очень юном возрасте. Это молодой человек с огромным потенциалом. Юноша, которого любили многие. Он умер, защищая одного из своих лучших друзей – Келси Стентон. Мы скорбим и молимся о его душе. Мы будем молиться, чтобы она вскоре вернулась к нам на землю.

- Аминь, - шепчу я и перекрещиваюсь. Моя семья делает то же самое.

Келси, я делаю все, что от меня зависит, любовь моя. Я представляю здесь тебя, потому что верю, что ты бы хотела этого. Но не думаю, что я сделала все, чтобы помочь тебе.

Мы постараемся найти тебя, любимая. Мы искали везде этого больного ублюдка в течение четырех дней. Четыре дня без тебя – и я скоро сойду с ума.

Держись. Ты выживешь. Я найду тебя.


* * *

Мы возвращаемся ко мне домой. Рене и Кларк отдыхают в моей спальне. Мама только что закончила мыть посуду после обеда. Папа вытянулся на диване, лениво перелистывая газету.

Роби смотрит новости по телевизору.

А я не нахожу себе места.

Прохожу на цыпочках в свою спальню и беру самую удобную одежду, чтобы переодеться в ванной. Через несколько минут появляюсь в гостиной с ключами.

- Я ухожу, - объявляю вслух.

- Куда ты собираешься? – интересуется Роби, сидящий на полу перед телевизором.

- На телестанцию.

- Круто, - привстает он. – Я с тобой.

Я скрещиваю руки на груди.

- А разве я тебя приглашала?

Роби встает во весь свой рост (он на пару сантиметров повыше меня) и тоже скрещивает руки на груди, поигрывая бицепсами. Наверное, думает впечатлить меня этим.

- А я и не знал, что мне нужно особое приглашение.

- Тогда мы поедем на «Харлее», - провоцирую его. Никто не водит мой байк кроме меня. И он это знает.

Роби улыбается.

- Я слышал, ты неплохо водишь.

- Сукин ты сын. Давай доставай куртку из шкафа и шуруй за мной.

- Следи за выражениями! – тут же упрекает меня мама, впрочем как и всегда.


* * *

- Харпер! Что ты здесь делаешь? – спрашивает Олсон, вопросительно глядя на Роби. – Вы наверное ее родственник?

- Роби Кингсли, ее старший брат, - они обмениваются рукопожатием.

- Ха! – фыркаю я.

- А что? Все так и есть. Я старше тебя на целых девять месяцев, восемь дней и двенадцать часов.

- Да, да, конечно, - слегка бью Роби по животу. Кажется, ему пора подкачать мышцы. – Послушай, Джим, мне нужно, чтобы ты принес все записи Келс за последние три месяца.

- Ладно, сделаю.

- Неотредактированные, Джим.

Он хмурит брови.

- Что ты ищешь, Харпер?

- Я вела себя как полная идиотка. Этот ублюдок месяцами преследовал Келси, верно? Присылал ей всякое дерьмо, записывал каждый ее шаг, фотографировал. Значит, он должен был быть поблизости, в толпе. Верно? Он должен был околачиваться возле нее, чтобы узнать все это. И к счастью, у нас все это время была включена камера.

Роби ухмыляется:

- Улыбайтесь, вас снимает скрытая камера.

- Точно. Так что, Олсон, считай это игрой типа «Найди кролика», только на этот раз ставки намного выше.

- Сейчас принесу записи.

Наконец мы принимаемся за дело.


* * *

Четыре часа подряд мы сидим, уткнувшись в монитор. Быстро просмотрев тысячу пленок, находим среди множества лиц пару человек, которые появляются на них больше одного раза. Мы отмечаем на них штампом дату и время и откладываем в сторону.

Впереди еще пара сотен кассет. И я не сдвинусь с места, пока не просмотрю каждую из них.

Роби потягивается в кресле.

- Я принесу еще кофе. Прихватить и для тебя?

- Конечно. Мне двойной.


* * *

Через семь часов звонит мой телефон.

- Кингсли, - говорю в трубку и тут же передаю Роби. – Разберись с этим звонком, - сама же продолжаю смотреть в монитор. Я просто обязана найти этого ублюдка.

И тогда я вырву его сердце из груди голыми руками. Но только если найду его – продолжаю повторять сама себе.

Нахожу еще одно лицо в толпе, которое выглядит знакомым. Хорошо. У нас уже восемь подозреваемых.

- Мама принесет нам ужин, - Роби складывает мою мобилку и передает мне.

- Боже правый, мы тут занимаемся не подготовкой к выпускным экзаменам!

Кивком головы Роби просит Олсона выйти из моего офиса. Тот с радостью повинуется.