- Не только с твоими, но и со своими поговорил. Я чуть с ума не сошёл, когда ты опять уехала. - Он вдруг смущённо засмеялся. - А мама меня жалела, и по голове гладила, как маленького.

   - Да? - Катя тоже по его волосам ладонью провела, когда Жданов снова голову на её плечо опустил. Задумалась о Маргарите, и окончательно решила Андрею о своём разговоре с его матерью и Кирой не говорить. Маргарита Рудольфовна промолчала, хотя Катя просила её, рассказать Андрею, но она не стала, зато потом сына жалела. А если Андрей узнает правду, в семействе Ждановых наметится новый скандал. Этого Катя не хотела, но кое-что её всё-таки волновало. - А Кира?

   - Вот о Кире тебе точно думать не стоит.

   - А тебе?

   Жданов посмотрел на неё, очень серьёзно и с упрёком. Катя тут же смутилась и глаза опустила.

   - Прости.

   - Ты ревнуешь или злишься на меня за что-то?

   Она старательно смотрела в сторону.

   - Наверное, ревную. - Сглотнула.

   - Я тебя люблю. Ты ведь веришь? Веришь, Кать?

   - Я верю, - успокоила она его.

   - Я не ездил к Кире, я с ней даже не разговаривал. Клянусь.

   Катя ему в глаза смотрела, и вспоминала то, что ей Кира тогда сказала. Её слова, тон... Обманула? Подслушала о ссоре, и придумала.

   Катя к нему наклонилась, поцеловала его в уголок губ.

   - Я больше никогда не буду в тебе сомневаться, обещаю. Да и не сомневалась никогда, просто Кира... Это Кира.

   - Это точно. Кира - это Кира.

   - Ты на показ успеешь завтра?

   - Должен. - Жданов вдруг поднялся, одеяло откинул и лёг. - Ну-ка обними меня.

   Катя рассмеялась, когда он её на подушки опрокинул, на поцелуй ответила, но через минуту, когда Жданов от её губ оторвался, они взглядами встретились, и она тихо спросила:

   - Ты серьёзно насчет свадьбы?

   Он на локте приподнялся, и смотрел на неё сверху вниз. Волосы с её лба убрал.

   - Ты почему сомневаешься?

   - Да я не сомневаюсь. Просто представить не могу... - И вместо того, чтобы расстроиться или задуматься, улыбнулась. - Но замуж за тебя выйду.

   - Конечно, выйдешь.

   А утром с трудом простились. Катя уходила рано, в банк опаздывать было нельзя, Лена её без конца теребила, потому что Катя от Андрея оторваться не могла, нервничала и постоянно напоминала про время.

   - Нам пора!

   Андрей лбом к Катиному лбу прижался, в глаза ей заглядывая.

   - Прилечу в следующую пятницу, - пообещал он.

   - А позвонишь сегодня, - напомнила она.

   - Конечно, позвоню. - Пальцем её подбородок погладил. - А ты в Москву прилетишь в начале месяца, и заявление подадим.

   Катя улыбнулась.

   - Договорились же.

   - Я уточняю. - Жданов отодвинулся, и его лоб тут же прорезала глубокая морщина. - Как я тебя оставлю здесь?

   - Но у меня ведь всё хорошо.

   - Хорошо, - повторил он, чуть ворчливо, к губам её наклонился, но дверь Катиной спальни распахнулась, и появилась Лена, взглянула на них возмущённо.

   - Катя, ну, в самом деле!

   - Иду, - с сожалением проговорила Пушкарёва. Андрея ещё раз торопливо поцеловала, за портфелем потянулась, а Жданов ладонь её сжал.

   Едва заставил себя Катю отпустить. И позже, уже в самолёте, всё вспоминал, кажется, каждую минуту минувшей ночи. Всё, о чём они разговаривали, что нарешали, о планах на будущее, которые его по-настоящему будоражили. А к тому моменту, когда самолёт пошёл на посадку, Андрей уже начал в нетерпении поглядывать на часы. Вдруг стало важно не опоздать на показ. Времени в обрез, а уж если в пробке застрянет...

   Когда в половине восьмого к "Зималетто" подъехал, понял, что начали без него. Что и неудивительно, его, скорее всего, вообще не ждут. Усмехнулся. Со счетов списали, наверное. Перед входом в здание остановился, голову наверх задрал, посмотрел на огни и прожектора, освещающие небо в честь показа. На рекламные щиты посмотрел, на огромные логотипы "Зималетто" всюду, и на душе приятное тепло появилось. А когда представил, что сейчас в демонстрационном зале происходит, ноги сами туда понесли. Захотелось в зал войти, понять, почувствовать, что всё идёт, как надо, и вдохнуть полной грудью ощущение успеха.

   - Андрей Палыч, вы вернулись!

   Он улыбнулся женсовету, собравшемуся у ресепшена, прошёл в зал, и сразу наткнулся на знакомых. Пожал несколько протянутых к нему рук.

   - Андрей!

   - Когда начинаете?

   - Жду с нетерпением!

   - Поздравляю с показом!

   - Не женился ещё?

   Его улыбка стала шире.

   - Как раз собираюсь.

   Родители его не ждали. Он со спины к ним подошёл, и мать приобнял, наклонившись к ним.

   - Ну что, начинаем?

   - Андрюша! - Маргарита, кажется, настоящее облегчение испытала, его увидев.

   - Вернулся? Что-то ты быстро.

   Он посмотрел на отца.

   - Катя очень переживала, что я на показ опоздаю. Но я, кажется, как раз вовремя, да?

   Его посверлили испытывающими взглядами, но после Маргарита его ближе к себе притянула, поправила воротник его рубашки.

   - Показ начнёшь? - сухо поинтересовался Пал Олегыч.

   В этот момент можно было позлорадствовать, или просто попытаться что-то выиграть от отцовской просьбы, но Андрей лишь спокойно кивнул.

   - Конечно. Я для этого и приехал.

   Он повернулся к подиуму, но Маргарита его за руку схватила.

   - Ты привёз Катю? Где она?

   Жданов вернулся к родителям.

   - Не привёз. Она остаётся на стажировку.

   - Вы так решили?

   - Да. Но... - Андрей немного смущённо улыбнулся. - Кажется, я женюсь.

   - О Господи, час от часу не легче, - запричитала Маргарита, но как-то беззлобно. Андрей даже рассмеялся. - Вы что же, так просто решили? Ты здесь, она там... А свадьба-то когда?

   - Думаю, что тогда, когда ты всё устроишь, мамуль. - Жданов на отца весёлый взгляд кинул, и тут же сообщил: - Всё, иду говорить речь. И не хмурься так, мама. Мне кажется, что ты уже количество гостей подсчитываешь!

   - Ну, вот всё и решилось, - проговорил Пал Олегыч, обращаясь к жене и наблюдая за тем, как Андрей уверенно поднимается на подиум. - Наш сын женится. Всё упрямство враз на нет сошло.

   Маргарита кивнула, после чего одарила мужа красноречивым взглядом.

   - Да. И я надеюсь, что ты тоже перестанешь упрямиться!



   Вместо эпилога



   - Так, это на месте. Книги расставил, одежда в шкафу... - Андрей остановился посреди комнаты, руки в бока упёр и огляделся по сторонам, стараясь понять, что, может быть, забыл сделать. Пустые коробки, в которых Катины вещи несколько дней назад привезли в его квартиру, теперь стояли у стены, Жданов для порядка в них заглянул, чтобы удостовериться, что в них ничего не осталось. - Ужин заказать! - вдруг вспомнил он. Ведь Катя приедет вечером, и они наверняка про еду забудут, а потом опомнятся, а поздно будет. Заказать нужно заранее.

   Даже не верилось, что два с половиной месяца разлуки позади. Больше не будет тягостного ожидания выходных, перелётов, встреч и расставаний в аэропорту, бесконечных звонков и километровых счетов за международные переговоры. Сегодня Катя вернётся в Москву, и больше уже никуда от него не уедет. Он даже отвоевал у Валерия Сергеевича право уже сейчас, не дожидаясь свадьбы, перевезти Катеринины вещи в свою квартиру. Так что, у них теперь свой дом есть. Не чужой, не съёмный, не на время, а свой дом. Андрей всё сегодняшнее утро посвятил тому, что расставлял и раскладывал в шкафу её вещи. И хоть знал, что уже завтра Катя решит всё переделать по-своему, но оставить всё в коробках и чемоданах не мог. Хотелось, чтобы она не просто приехала из аэропорта к нему, а приехала домой.

   Всё-таки он её любит. Иногда самому смешно, насколько любит. Как важно, чтобы она его любила. Как важно, чтобы хотела выйти за него замуж. Пару раз затевали разговор о том, что брак - это серьёзно, а некоторые (не будем показывать пальцем кто именно), ещё совсем недавно считали, что таким поступком петлю на своей шее затянут. А сейчас эти некоторые только улыбаются и время поторапливают.

   - Получу тебя в своё полное распоряжение, - говорил ей Андрей, и светился от удовольствия в предвкушении. Как бы в доказательство своих слов, обнимал, стягивал с плеч кофту и целовал. - И делать буду всё, что захочу.

   Организацией свадьбы занималась его мама, всё на себя взяла, а так, как Катя серьёзно вникать в подробности не могла, то Маргарита этим вовсю пользовалась. Только иногда вспоминала, что нужно посоветоваться, приезжала к Пушкарёвым, ошарашивала тех рассказами о приготовлениях к торжеству, а все слова Андрея, который пытался её вразумить, всерьёз не принимала. Она мечтала женить сына по всем правилам, и старалась вовсю.

   - Не простого мальчика женим, - говорила Маргарита Рудольфовна, возмущаясь, в ответ на все увещевания. - Он - президент модного дома. Всё должно быть на должном уровне. - Поворачивалась к мужу, ища поддержки. - Паша, ты ведь понимаешь меня?

   - И даже поддерживаю, - поддакивал Пал Олегыч, не отрывая взгляда от бумаг.

   Маргарита, довольная его ответом, поворачивалась к сыну и победно улыбалась. Андрею же оставалось лишь руки поднять, сдаваясь на милость победителя. Но Кате потом жаловался по телефону, правда, быстро спохватывался, и озабоченно интересовался:

   - Но мы ведь выдержим?

   - Конечно, выдержим. Один раз вполне можем потерпеть.

   Жданов рассмеялся.

   - Про один раз мне понравилось!