— Сеньорита Китти! — воскликнул он, протягивая к ней руки. — Ваш отец сказал, что вы скоро появитесь. Идемте, я отведу вас к нему.

— Отец все еще здесь? — спросила Китти, вслед за священником выходя из часовни.

— Он очень слаб, — предупредил падре. — Я сам не знаю, что держит его на плаву. На все воля Божья, Наверное, он живет, чтобы увидеть свою дочь счастливой.

Они подошли к лазарету, и Китти поспешила к постели Берта. Его лицо засветилось, когда он увидел ее. Она схватила его руку — ладонь была прохладная и сухая.

— Я тебя ждал, — приветствовал ее Берт. — Как дела у вас с Райаном?

— Отлично, — удовлетворенно сказала Китти. — Я очень люблю его, отец. И он тоже меня любит.

— Как можно не любить тебя? Я полюбил тебя, как только увидел. Думаю, тебе интересно узнать про братьев Райана.

— Мы все время ждали известий от них, — сказала Китти. — Прошла уже неделя. Как ты думаешь, сколько времени Райану еще придется прятаться? Несколько дней назад у подножия горы появился отряд полицейских, но они ничего не заметили и проехали дальше. Райан считает, что они вскоре прекратят поиски.

— Падре Энрико сегодня утром ходил в город и узнал, что отряд распустили. Но, как я понимаю, маршал Прингл еще продолжает искать сообщников Райана.

— А где его братья, отец? Они ведь не бросили Райана, правда?

— Нет, дочка, братья Райана никогда не бросили бы его. Они в Прескотте и скоро должны вернуться. Падре Энрико говорит, что поезд прибудет после обеда. Возможно, они сегодня приедут.

Китти была в недоумении.

— Что они делают в Прескотте?

— Прескотт — столица Аризоны, — объяснил Берт. — Я послал братьев Делении к губернатору территории с прошением о помиловании Райана.

Она удивленно взглянула на него. Братья Райана заняты бессмысленным делом. Конечно, у губернатора много других, гораздо более важных дел, чем рассмотрение просьбы о помиловании человека, когда все свидетельства против него. Она смотрела на Берта, и сердце у нее замирало.

— Это и есть тот план, о котором ты мне говорил? Почему ты думаешь, что губернатор захочет выслушать их? — раздраженно поинтересовалась она. — О Господи, что нам теперь делать?

— Мы будем ждать братьев Райана, — уверенно ответил Берт.

— Что мне сказать Райану? — спросила Китти в панике.

— Ты скажешь ему, что он свободный человек, — послышалось у дверей.

Китти быстро обернулась и, увидев Чада и Пирса, входящих в помещение, радостно улыбнулась.

— Я был уверен, что вы сегодня приедете, — приветствовал их Берт.

— Нам пришлось два дня дожидаться приема у губернатора. Он вас вспомнил, Берт, — сказал Пирс. — И папу тоже. Потом он выслушал нашу просьбу и сразу нам поверил. Он заявил, что сын капрала Делейни не мог стать грабителем банков.

— Мы все рассказали губернатору Фремонту — даже то, как сводный брат вынудил свою сводную сестру вступить в банду Бартона, — заключил Чад.

— Ах нет! — закричала Китти, испугавшись, что ее станут преследовать.

— Не волнуйся, Китти, — успокоил ее Пирс. — Все рассказанное губернатору никогда не станет достоянием гласности. У тебя не было выбора, и он это понял. Кроме того, тебя никогда не опознавали как грабителя, и за твою голову награду не назначали.

Как будто груз упал с плеч Китти.

— А маршал знает?

— Теперь знает, — сказал Чад, — Мы зашли к нему в офис и показали бумагу о помиловании. Губернатор подтвердит это телеграммой. Покажи документ, Пирс.

Пирс достал из куртки документ и развернул его. Китти проглотила ком в горле.

— Здесь говорится, что с Райана Делейни снимаются все обвинения и ему гарантируется полное прощение. Как я могу отблагодарить вас? — закричала она.

— Не нас благодари, — возразил Пирс. — Это все сделал Берт. Без письма, которое он написал губернатору, нас к нему даже не впустили бы.

Китти так обрадовалась, что стала обнимать всех подряд, даже падре Энрико.

— Надо скорее все сообщить Райану.

— Кстати, как проходит медовый месяц? — поддразнил Чад. — Ловелас Райан ведет себя хорошо?

Щеки у Китти очаровательно порозовели.

— Все замечательно… теперь, — прошептала она, довольно улыбаясь.

— Может, нам отправиться к брату и сообщить ему хорошие новости? — предложил Чад.

— Если не возражаете, я предпочла бы сделать это сама, — сказала Китти, немного поколебавшись. — Мы вернемся из пещеры завтра, если вы не возражаете.

Братья переглянулись.

— Конечно, конечно, — усмехнулся Пирс. — Мы сами были молодыми. Завтра все соберемся здесь в миссии и обсудим, что делать дальше. Нам с Чадом пора отправляться домой.

Он сочувственно посмотрел на Берта, потом обратился к Китти:

— Думаю, вы с Райаном захотите остаться в Тусоне, пока твои отец не выздоровеет.

— Поговорим об этом завтра, — сказала Китти, которой не терпелось сообщить Райану хорошие новости.

Она поцеловала Берта в лоб и убежала.

— Не забудь свой фонарь! — крикнул ей вслед Берт.

Когда она выскочила за дверь, Берт пробормотал, не обращаясь ни к кому конкретно:

— Моя дочь счастлива. Я готов уйти, как только Господь призовет меня.


Глава 20


Райан встретил Китти на дороге между миссией и пещерой. Он потерял терпение, дожидаясь ее, и решил рискнуть, отправившись в сторону миссии. Он издалека заметил свет фонаря и прятался за кактусом, пока не понял, что это Китти. Узнав ее, он смело вышел из укрытия и обнял ее.

— Слава Богу, — взволнованно вздохнул он. — Я ужасно беспокоился и ждал тебя гораздо раньше. Что тебя задержало? Берт…

Он не договорил, посмотрев на Китти.

— Что-то случилось? — воскликнул он. — Вижу по твоему лицу! Скажи мне, это Берт?

— Нет, Берт чувствует себя неплохо, — ответила Китти. — Я расскажу тебе все, как только мы вернемся в пещеру.

— Хорошо, — сказал Райан, терзаемый разными мыслями.

Он воображал себе всяческие ужасы, которые могли случиться. Если это не Берт, то, значит, его братья. Если с ними что-нибудь случилось, он никогда не простит себе этого.

— Черт побери, Китти, выкладывай свои плохие новости сейчас же! — прорычал он. — Что-нибудь произошло с моими братьями?

— С твоими братьями все в порядке, Райан, — заверила его Китти. — Мы скоро дойдем до пещеры, и я тебе все расскажу. А новости неплохие, — намекнула она, взбираясь на выступ.

Райан быстро догнал ее. Взяв из ее рук фонарь, он поднял Китти на выступ скалы и потащил в пещеру. Потом поставил фонарь на землю и плотно прижал ее к своей груди.

— А теперь, маленькая мисс дразнилка, рассказывай мне все. Если новости неплохие, значит, они хорошие, а я чертовски созрел для хороших новостей после того, что мне пришлось пережить за последнее время.

— Губернатор Фремонт помиловал тебя! — ликующе выпалила Китти. — Твои братья побывали в Прескотте, вот почему последние десять дней мы ничего не слышали о них.

— Но… — произнес совершенно ошеломленный Райан. — Свидетельства против меня были убедительные. Что же такого сказали они губернатору, что он даровал мне свободу?

— Оказалось, что Берт был знаком с губернатором. Они вместе служили в армии. Фремонт знал также и твоего отца. Берт описал все в письме, а твои братья еще подтвердили все эти факты устными рассказами. Ты свободен, Райан! Свободен!

— Свободен?! — повторил Райан, поднял ее на руки и стал вертеть вокруг себя, пока у нее не закружилась голова.

— Отпусти меня, Райан!

Глаза у него лукаво блестели, когда он опускал ее на одеяло.

— Это нужно отметить. Я хочу заняться любовью со своей женой… как свободный человек.

Он принялся лихорадочно раздевать ее. В нем бушевали эмоции. Любовь, облегчение, предвкушение, вожделение, нетерпение. Но над всеми этими чувствами превалировало одно — чувство огромного счастья. Китти заняла его сердце и поселилась в нем. Она доказала ему, что любовь существует, что это реальность, а не иллюзия, которой тешат себя мечтатели. И она убедила его в том, что на свете есть женщины, достойные доверия.

— Кажется, у меня руки-крюки, — усмехнулся Райан, неловко возясь с ее пуговицами.

— Давай, я помогу тебе, — сказала Китти, отстраняя его руки.

Вскоре они оба оказались раздеты. Райан был возбужден. Он поцеловал Китти — жадно, требовательно. Потом отправился в путешествие по ее телу вниз и, наконец, добрался до ее лона… Из ее губ вырвался протяжный вздох.

— О, Райан… да.

Он исследовал ее внимательно и глубоко — языком, губами. Когда ее руки обхватили его голову, прижимая к себе, он почувствовал, что уже на пределе. Ее мускусный запах приводил его в неистовство. Она была влажная и горячая; он едва смог сдержаться, когда почувствовал, как ее бедра дрогнули у его рта, а потом услышал ее крик.

Только тогда он поднялся и вошел в нее. Все его мускулы напряглись, и он начал ритмично двигаться, пока не ощутил ее первый отклик. Затем увеличил темп и глубину толчков, напрягая мышцы, чтобы довести ее снова до вершины наслаждения. Она запрокинула голову и выгнулась дугой. Он застонал. Она была под ним — плотно облегающая, теплая, дикая. И они оба вошли в восхитительный ритм. Он большим усилием воли оттягивал собственный оргазм, пока не почувствовал, как она судорожно сжала его. Тогда он ввинтился в нее с победным криком, который раскатистым эхом заполнил пещеру.

Потом он лег рядом. Прошло какое-то время, прежде чем он смог заговорить:

— С каждым разом у нас с тобой получается все лучше и лучше.

Китти улыбнулась ему и провела кончиком пальца по кудрявым волосам вокруг его сосков.

— Достаточно ли хорошо, чтобы удержать ловеласа Райана от походов на сторону? — поддразнила она.