Он быстро встал и сел на нее. Она жадно раскрылась ему навстречу. Он положил ладонь между ними и сложил ее чашечкой. Его пальцы были покрыты свежим доказательством ее страсти, когда он отвел их.

— Ты зовешь меня, — нежно прошептал он.

— Только тебя, Райан.

Он крепко поцеловал ее, заставив почувствовать собственный вкус на губах, потом вытащил пенис и снова ввел его в узкое горячее лоно. Она сжалась вокруг него, удерживая, так что он почувствовал себя частью ее. От этой мысли он еще больше возбудился и достиг максимальной эрекции. Райан чувствовал, как она сжимается вокруг него, а потом все его мысли исчезли, когда ритмичные толчки привели ее к взрывному оргазму. Прежде чем отдаться извержению, он подождал, пока она не перестанет дрожать. Все внутри его напряглось, он поднял голову, сделал еще пару толчков и… громко закричал, когда в нем волна за волной разразилось землетрясение.

Они отдохнули, потом снова занялись любовью. На этот раз активную роль играла Китти, любя каждую часть его тела так, как это делал он. Когда она наконец приняла его в себя, они воспарили и достигли вершины вместе, одновременно испытали восторг и отдались ему, опасаясь, что все может измениться, как только они вернутся к реальности. Потом они уснули.

Падре Энрико ждал представителей закона в часовне на следующее утро после побега Райана. Они нашли его в тот момент, когда он, склонив голову в молитве, стоял на коленях перед алтарем. Маршал Прингл попросил его выйти на улицу, чтобы ответить на несколько вопросов. Падре Энрико закончил молитву, не отводя взора от Христа, и вышел наружу вслед за маршалом.

— Что я могу для вас сделать, маршал? — спросил падре Энрико. — Проблемы с каким-нибудь индейским мальчишкой? Я стараюсь держать свою паству под контролем, но мне не всегда это удается.

— Все гораздо серьезнее, чем проблемы с непослушными индейскими мальчишками. Я прибыл сюда, чтобы арестовать падре Кармелло и брата Амвросия. Они подозреваются в пособничестве побегу из тюрьмы. Как я понимаю, эти священники приписаны к миссии.

Отец Энрико с удивлением поднял брови.

— Я не знаю священников с такими именами.

И это не ложь, подумал отец Энрико. Он действительно не знал, какими именами воспользовались Берт и Китти, чтобы проникнуть в тюрьму.

— Я единственный священник в миссии и не раз просил помощников, но безуспешно.

Прингл бросил на него недоверчивый взгляд.

— Так вы заботитесь о своей пастве один?

— Я человек божий, маршал, я не лгу. Вы можете все обыскать, если хотите, и убедиться в правоте моих слов. Я на самом деле единственный священник в миссии.

Прингл потер подбородок, обдумывая слова священника. Падре Энрико известен как честный служитель Божий, совершающий немало добрых дел.

— Нет необходимости обыскивать миссию, падре. Я вам верю. Очевидно, люди, которые помогли Делейни бежать из тюрьмы, были самозванцами, — заключил он. — Мой помощник Десмонд не может с уверенностью сказать, что именно священники, мнимые или настоящие, замешаны в побеге, потому что, когда они посещали заключенного, он не заметил ничего подозрительного. Отсутствие Делейни обнаружилось только утром, когда я понес ему завтрак. Вчера вечером, вернувшись после ужина, я тоже не заметил ничего особенного. Все ключи были на своих крючках. Он будто в воздухе растворился. Какая-то мистика.

— А братья Делейни? — вмешался помощник Десмонд. — Они могли вернуться в город и, переодевшись священниками, заявиться к Делейни.

— Мы скоро узнаем, замешаны ли они в этом деле, — ответил Прингл. — Мои помощники следят за ними. Они скажут нам точно, были ли братья Делейни прошлой ночью, когда произошел побег, в городе.

— К сожалению, ничем не могу помочь вам, маршал, — сказал падре Энрико. — Извините меня, но теперь мне нужно готовиться к утренней мессе. Я провожу мессу каждое утро, независимо от того, приходит кто-нибудь из прихожан или нет. Хотите остаться на службу?

— Извините, падре, мне нужно искать бежавшего заключенного. Город платит мне за то, чтобы я поддерживал закон и порядок. Бегство приговоренного к казни заключенного может стоить мне карьеры в этом городе. За это меня могут уволить. Доброго вам дня, падре.

Он коснулся полей шляпы и ускакал со своими помощниками. Падре Энрико подождал, пока они скроются из виду, потом поспешил в свой маленький лазарет, чтобы рассказать все Берту.

Берт уже проснулся, но выглядел неважно — хуже, чем накануне. Участие в организации побега для Райана обошлось ему дорого, но он сознательно пошел на такой риск. Он обеспокоено посмотрел на священника, поспешившего к нему.

— Как наши дела, падре? С Китти и Райаном все в порядке?

— Только что приезжали маршал со своим помощником. Они выспрашивали меня об отце Кармелло и брате Амвросии. Я сказал им, что не знаю никого с такими именами. Мне не пришлось лгать, потому что я понятия не имел, какими именами вы с сеньоритой Китти воспользовались, чтобы проникнуть в тюрьму.

— Я этого и хотел, падре, — сказал Берт. — Они вам поверили?

— Уверен, что поверили. Я предложил им обыскать миссию, но они сказали, что в этом нет необходимости. Слава Богу, они так задавали вопросы, что мне не пришлось лгать. — Он внимательно посмотрел на Берта. — Как вы себя чувствуете, сеньор?

Берт слабо улыбнулся:

— Не так хорошо, как хотелось бы. Падре, я хочу попросить вас еще об одном одолжении.

— Говорите. Я сделаю все, что в моих силах.

— Ваша помощь не останется без награды, — пообещал Берт. — Это одолжение не имеет отношения к нарушению закона. Мне нужно поговорить с братьями Райана, как только они вернутся. Они наверняка будут искать меня на ранчо, но у меня пока не хватит сил добраться до дома. Есть еще одно дело, которое я должен выполнить. Это касается Райана и Китти. Для этого необходимо увидеться с братьями Делейни. Сегодня они должны вернуться в город. И нужно, чтобы кто-то, кому мы можем доверять, привел их сюда.

— У меня есть дела в городе, и я сам выполню вашу просьбу, сеньор Лаури. Как мне их узнать?

Берт подробно описал обоих братьев.

— Они остановятся в гостинице, — закончил он.

— Я отправлюсь сразу после утренней мессы, — пообещал падре Энрико.

Усталые, разочарованные и запыленные Чад и Пирс въехали в Тусон на следующий день после побега Райана. Их мрачное настроение явно свидетельствовало о неудавшейся попытке помочь Райану. Судья отказал им в новом судебном разбирательстве.

— Черт, что же нам теперь делать? — спросил Чад.

— Ясно, что действовать нужно как можно скорее. Через два дня Райана повесят, — с тоской заметил Пирс. — У тебя есть какой-нибудь план, как вызволить Райана из тюрьмы?

— Я пытаюсь что-нибудь придумать, — сказал Чад. — Кроме вооруженного нападения и похищения маршала, ничего в голову не приходит.

— Думаешь, мы сможем удрать от полицейских? — засомневался Пирс.

— Маршал знает, что мы направимся в Монтану, и он поднимет на ноги тамошнюю полицию. В результате, вытащив из тюрьмы Райана, мы рискуем попасть в тюрьму уже втроем.

— Чертовски противно! — прорычал Пирс, когда они спешились у платной конюшни и направились к гостинице. — Прежде чем сообщить Райану дурные вести, давай сначала смоем с себя дорожную пыль.

— «Хвост» все еще с нами? — спросил Чад, оглядываясь.

— Да, — ответил Пирс. — Они все два дня следили за нами. Надеюсь, они устали не меньше нашего.

С дорожными сумками через плечо они подошли к гостинице, уже едва передвигая ноги. И тут увидели, что маршал машет им через дорогу. Они остановились и дождались, пока он к ним подойдет.

— Как думаешь, что ему от нас нужно? — рявкнул Пирс.

— Что бы там ни было, ничего хорошего мы не услышим, — буркнул Чад. — Посмотри на его лицо. Он выглядит так, будто съел тухлятину.

— Доброе утро, маршал, — поздоровался Пирс. — Чем можем помочь?

— Вы только что приехали в город? — без предисловий спросил Прингл.

— А что? — спросил Чад. — Что-нибудь случилось? Надеюсь, не с Райаном?

— Осуществлен побег из тюрьмы, — пояснил Прингл, следя за их реакцией. — Ваш брат скрылся.

— Вы шутите! — закричал Пирс. — Кто же это смог сделать?

— Именно это я и хотел бы узнать. Где вы, парни, были вчера вечером? Похоже, побег организовали двое мужчин, переодетых в священников.

— Моя задница оказалась на муравейнике милях в десяти от города, — усмехнулся Чад, потирая ягодицы — Я сел, чтобы съесть свой ужин, и слишком поздно заметил, что сижу на муравейнике. Странно, что вы не услышали моих воплей здесь, в Тусоне. Могу снять штаны и показать, если не верите.

— Не стоит, — поморщился Прингл. — Признаюсь, я принял меры предосторожности, за вами следили. Так что если вы не лжете, мои помощники смогут подтвердить ваши слова.

Чад с Пирсом весело переглянулись, дожидаясь, пока к ним подъедут помощники маршала. У Пирса при виде уставших не меньше, чем они, помощников маршала улучшилось настроение.

— Доброе утро, — хором поздоровались подъехавшие помощники маршала.

— Помощник Эшер, помощник Татл, — приветствовал их Прингл. — Вы как раз вовремя. Нам нужно кое-что уточнить. Эти двое, после того как уехали из города, все время были под вашим наблюдением?

Эшер и Татл переглянулись и закивали.

— Да, сэр, — сказал Эшер. — Мы с Татлом по очереди все время наблюдали за ними, днем и ночью, так что они постоянно были у нас на глазах. Вчера вечером случилось смешное происшествие. Чад Делейни уселся на муравейник и завопил так, что мертвого мог разбудить.

— Вы в этом уверены, Эшер?

— Также как втом, что стою перед вами, маршал. Спросите Татла.

— Именно так и было, маршал, — подтвердил Татл. — Случилось это милях в десяти от города, где братья остановились на ночлег.