Сюзанна Энок

От ненависти до любви…

© Suzanne Enoch, 2011

© Перевод. Н.Л. Холмогорова, 2017

© Издание на русском языке AST Publishers, 2018

* * *

Глава 1

Что может заставить поморщиться Оливера Уоррена маркиза Хейбери? Очень немногое. Можно пересчитать по пальцам одной руки. Плач маленьких детей. Скрежет ржавого железа. Имя этой женщины…

Уоррен замер, поднял глаза, забыв о столбике монет, зажатых между пальцами.

– Что ты сказал?

Джеймс Апплтон, сидевший слева, кивнул:

– Все верно. Я думал, семье Бенчли удастся сохранить особняк, все-таки он много лет был у них во владении, но нет. Старый Адам-Хаус, где больше трех лет никто не жил, открывает вдова. Вернулась в Лондон, как я слышал, вчера ночью.

Оливер снова опустил глаза на карты, положил свою ставку на тройку пик. Сдающий принялся метать: четверка, девятка, дама червей.

– Хм… – протянул Уоррен. Пожалуй, лучшая реакция на эту сплетню – вялый интерес. – Леди Камерон? Говоришь, она жила на континенте? И как, ты сказал, ее зовут – Марианна?

– Диана, – поправил Апплтон. Только сейчас он заметил, что ставка его, поставленная на четверку пик, потеряна. – О черт! Да, жила то ли в Вене, то ли в Амстердаме – где-то в тех краях. Фредерик Бенчли умер больше двух лет назад, и она, должно быть, соскучилась по Лондону.

– Должно быть, так.

Перед мысленным взором Оливера тут же возник водопад черных как вороново крыло волос и огромные изумрудные глаза.

Проклятье!

– Апплтон. – Оливер посмотрел на своего собеседника. – Что случилось с нашей богоспасаемой столицей? Неужели в ней не найдется сплетен поинтереснее скучнейшей истории о вдове, вернувшейся в старый особняк своего мужа?

Лорд Бомонт, сидевший за столом напротив, расхохотался.

– Что ж поделать, Хейбери? Сезон заканчивается. Занимательных сплетен нынче не сыщешь. Кажется, последний хороший скандал был у нас… Ах да, в январе! Да и тот не считается, ведь тебя не было в Лондоне, – ты все пропустил. – Лорд Бомонт поднял бокал. – Выпьем за то, чтобы в скором времени у нас появилась хоть какая-нибудь тема для сплетен.

Оливер выпил, мысленно воскликнув: все что угодно, только бы не слышать, как весь Лондон еще месяц будет обсуждать Диану Бенчли!

– Что, Апплтон, ты больше не играешь? – обратился Оливер к приятелю. – Если предпочитаешь обсуждать последние слухи, может, тебе кружевной чепчик надеть?

Апплтон покраснел до ушей.

– Я просто подумал, что это любопытно, – возразил Оливер. – Покойный граф Камерон с женой бежали из Лондона, спасаясь от кредиторов, а теперь леди Диана возвращается одна, среди ночи, с полудюжиной огромных подвод…

– Может быть, она нашла себе какого-нибудь прусского герцога? – вступил наконец в беседу четвертый участник игры, Джонатан Сатклифф, лорд Мандерли. – Сколько мне помнится, три года назад леди Диана была прехорошенькой штучкой! – Он хлопнул Оливера по плечу. – Тебя ведь, кажется, тогда здесь не было? Ты жил в Вене, верно?

– Да, и в Вене. – Вскинутая бровь и косой взгляд Уоррена заставили Джонатана Сатклиффа убрать руку с его плеча. – Апплтон, я тоже вернулся в Лондон с огромной подводой. Вы и обо мне станете сплетничать?

Апплтон снова расплылся в улыбке.

– Да будет тебе известно, о тебе мы сплетничаем всегда.

– Вот и отлично. Я, как могу, тружусь над тем, чтобы мое имя не сходило с языков досужих светских сплетников.

– Это уж точно! – Лорд Бомонт махнул рукой – клубный лакей приблизился, чтобы наполнить его бокал. – И кто виноват в том, что у нас так тихо. Хейбери, черт тебя возьми, ты совсем обленился! Где скандалы?

Оливер склонил голову.

– Виноват. Сделаю все, что в моих силах.

Итак, Диана Бенчли леди Камерон в Лондоне. И рано или поздно, не на одном, так на другом балу или приеме им предстоит столкнуться. Мейфэр невелик, даже меньше Вены.

Одним глотком Оливер опрокинул в рот остатки виски и плеснул себе еще.

Сегодня ее имя застало его врасплох, но когда они встретятся, он будет готов к этой встрече. Не поморщится – о нет! – не дрогнет ни единым мускулом. Будет молчать. И леди Бенчли лучше держать свой хорошенький рот на замке, иначе ей придется несладко.

– Твоя ставка, Хейбери! – поторопил его Мандерли. – Или это тебе пора надеть чепчик?

Усилием воли отодвинув неприятные мысли – он подумает об этом позже, наедине с собой, – Оливер бросил взгляд на разложенные карты и поставил два фунта на бубнового валета. Валет был его счастливой картой.


– Диана, к тебе посетитель.

Диана Бенчли леди Камерон, сидевшая за столом своего покойного мужа, подняла голову от стопки бумаг.

– Я никого не принимаю, – отрезала она, возвращаясь к своим вычислениям. – Никаких исключений.

– Знаю, – кивнула компаньонка, однако не тронулась с места. – Это лорд Камерон.

По спине Дианы пробежал холодок. Лорд Камерон?! За долю секунды в памяти всплыла долгая тяжелая дорога из Вены, переговоры, рукопожатия… Что, если все это зря?

Пробормотав проклятие, Диана заставила себя вернуться к реальности. Фредерик мертв. Умер два года назад. Она сидела у его постели, когда он испустил последний вздох. Стояла у могилы, когда могильщики забрасывали землей дешевый сосновый гроб.

– Бога ради, Дженни, не говори мне об этом! – воскликнула Диана, бросив карандаш и потирая дрожащими пальцами виски.

Дженни Мартин, встревожившись, поспешила к ней.

– О боже! Ты же понимаешь, я про нового графа! Я совсем не имела в виду…

– Ладно, Дженни, не беспокойся. Ты до смерти меня напугала, но это, вероятно, от неожиданности. Где Энтони Бенчли?

– В утренней гостиной. Сказал, что хочет поговорить и попросил чаю.

Диана отодвинула кресло и поднялась.

– Хорошо. По крайней мере, мы видим, что весть о моем приезде в Лондон быстро распространилась. Уже кое-что.

– Да уж! – фыркнула Дженни. – Одна удача на две дюжины неудач. Или… В какую графу запишем лорда Камерона?

– Встреча с лордом Камероном – определенно неудача. Пойдем со мной, Дженни. Я постараюсь поскорее от него избавиться.

– Как ты думаешь, чего он хочет? – спросила Дженни, идя следом. В речи ее, как бывало иногда в минуты волнения, прорезался легкий французский акцент.

– Разумеется, денег. Чего еще может хотеть представитель этого семейства? У всех Бенчли, которых я знаю, руки загребущие. И хуже всего, что они ничего не могут удержать. – Диана нахмурилась. – Скорее всего, будет требовать отдать Адам-Хаус. Но дом ему не достанется.

– Может быть, это просто визит вежливости? – с сомнением заметила Дженни. – Все-таки ты была замужем за его братом.

– И, Бог свидетель, ничего хорошего о своем замужестве вспомнить не могу, – отрезала Диана.

Ей пришлось понизить голос – они уже спустились на первый этаж. Диана понимала, что рано или поздно придется встретиться с кем-нибудь из Бенчли, но сейчас… Господи помилуй, она ведь всего два дня в Лондоне!

Дженни наверняка уже составила список из двух дюжин неудач, но Диану пока поразила всего одна. Зато серьезная. Неудача, поставившая под угрозу весь ее тщательно продуманный план. Хуже, пожалуй, могло быть лишь одно: если бы в утренней гостиной ее сейчас ожидал Оливер Уоррен, маркиз Хейбери.

Но Уоррена там не было, а был Энтони Бенчли. Досадная помеха, и только.

Мысль об этом помогла ей собраться с силами. Диана перешагнула порог утренней гостиной. Ее бывший деверь стоял к ней спиной, любуясь видом из окна. Темные волосы, стройная фигура, даже манера в задумчивости барабанить пальцами по стеклу – все в нем живо напомнило Диане покойного мужа. Да уж, воспоминание не из приятных.

– Лорд Камерон! – громко окликнула она.

Энтони замер, затем обернулся к ней.

– Диана! – Шагнув вперед, он сжал обе ее руки в своих. – Пожалуйста, зови меня по имени! Ведь мы были почти что братом и сестрой.

Диана кивнула, постаравшись поскорее высвободить руки.

– Хорошо, Энтони. Что тебе от меня нужно?

На миг он нахмурился, затем расплылся в улыбке.

– Диана, дорогая, не путай меня с моим бедным братом! Меня, знаешь ли, тоже не обрадовало, когда он проиграл в карты семейное состояние.

«Здесь Энтони, пожалуй, даже не врет», – неохотно признала она.

– Ты…

– Но ты в трауре! – перебил он. – Прошу простить, если я…

– Не за что просить прощения. Едва приехав в Лондон, я узнала, что человек, который… с которым я собиралась вести дела, погиб от несчастной случайности. Его внезапная смерть поразила меня и очень огорчила.

Не только поразила, но и поставила под угрозу ее замысел. Однако подробности Энтони знать необязательно. Диана давно уже научилась не доверять никому, тем более никому из тех, кто носит фамилию Бенчли.

– Вести дела? – повторил он. – Что ж… Я слышал, что ты приехала в Лондон под покровом ночи с полудюжиной подвод, нагруженных вещами. Гм… не знаю, как лучше выразиться… одним словом, от своих поверенных я узнал, что Фредерик в завещании отписал тебе Адам-Хаус. Вот я и подумал: возможно… – у тебя ведь есть другие дела и какие-то источники дохода – ты захочешь вернуть особняк семье Бенчли. Тогда я мог бы выплатить оставшиеся долги Фредерика.

– Да, помню, ты писал мне об этом в прошлом году. Но по большинству долгов Фредерика я расплатилась сама, – спокойно, не позволяя гневу прорваться в голос, ответила Диана. – У тебя, Энтони, есть Бенчли-Хаус и Камерон-Холл. А Адам-Хаус – мое единственное достояние.