– Одри, какое отношение имеет ко всему этому Джесс Мердок?

– Он был информатором ФБР.

– Джесс?

– Да, Джесс. – сказала она горько. – Как я уже сказала, он работал на нашем ранчо. Отец с его бухгалтером вели свои тайные разговоры в маленьком бюро в доме ковбоев. Там же были спрятаны книги с двойной бухгалтерией. Это был их метод предосторожности. Если бы что-либо пошло не так, то в офисе отца и в самом доме не нашли бы никаких доказательств. Кто бы подумал о здании, где живут ковбои? Джесс подслушал один разговор между отцом и бухгалтером, стал копать и нашёл книги. Из них он особо ничего не узнал, но заподозрил, что здесь творится что-то неладное. С этого момента у него были ушки на макушке. В органы он обратился не сразу.

– Почему он в конце концов это сделал? – спросил Бойд.

Одри на какой-то момент отвела глаза. Для неё было невыносимо тяжело признаться Бойду, что когда-то она думала, что любит Джесса. Но она всё же рассказала ему об этом. И в заключение добавила:

– Он донёс на моего отца из мести. Отец уволил его по моей просьбе. Я не стану говорить, что отец не заслужил наказания. Но мотивы Джесса были бесчестны.

Для Бойда было шоком узнать, что Одри была когда-то влюблена в парня, который собирался жениться на его сестре. Шок, однако, быстро прошёл. Это было давно, и Одри отделалась от Джесса сразу же, как только узнала правду о нём.

– Ты не должен допустить, чтобы Бетти вышла за него, Бойд! – вскричала Одри. – Позвони ей и скажи, чтобы она не делала глупостей!

Он поднялся, засунул руки в карманы и подошёл к балконной двери, глубоко погружённый в свои мысли. Внезапно он повернулся к Одри.

– Она меня не послушает. Она вбила себе в голову, что выйдет за этого парня. Но она поверит тебе – если ты расскажешь ей всё то, что только что рассказала мне.

Одри посмотрела на него измученными глазами.

– Понимаешь ли ты, как это будет для меня тяжело? Ты представляешь себе, что подумает твой отец?

Бойд подошёл к ней.

– Кроме Бетти, никому и не нужно об этом знать. При чём тут отец?

Одри стала массировать виски.

– Моя история спасёт Бетти от такого брака, но нам с тобой это не поможет.

– О чём ты говоришь?

– Бойд, я знаю, ты думал, что у нас есть общее будущее. Но теперь ты понимаешь, что это невозможно?

Бойд прислонился к спинке дивана и вопросительно посмотрел на неё.

– Нет, мне это совершенно непонятно. Что ты говоришь, Одри? Ты же не думаешь, что я стал хуже о тебе думать, когда узнал, что сделал твой отец? Никому не нужно об этом знать… кроме Бетти, а она никому не скажет!

– Дорогой, не в этом дело. Что будет с планами твоего отца насчёт тебя? Публичные люди не должны иметь скелетов в шкафу. Поверь мне, всё когда-нибудь выплывет наружу. Я принесу тебе один лишь позор, когда ты будешь бороться за пост губернатора.

Он посмотрел на неё так, как будто она говорила на иностранном языке.

– Когда я буду… что?

– У меня был долгий разговор с твоим отцом в тот день, когда я уехала с ранчо.

– Да? Это новость для меня. Может быть, ты мне расскажешь, о чём шла речь?

– Главным образом о тебе. О тебе и твоём будущем. Видишь ли, он хотел, чтобы я знала, на что иду.


Бойд нахмурился. Это было, надо полагать, самое тяжёлое, что лежало у неё на сердце. Что, чёрт побери, сказал ей его старик? Его огорчило, что отец разговаривал с Одри. Бук Б. Бенедикт не управляет всем миром, что бы он о себе ни думал. Бойд сомневался, что это был приятный для Одри разговор. Общение с его отцом редко бывало приятным.

– Очень интересно. Возможно, ты мне расскажешь, «на что идёшь», не считая романа столетия?

– Пожалуйста, будь серьёзным. Твой отец рассказал мне о своих планах относительно тебя. Сначала должность в правительстве штата, которая принесёт тебе известность, потом губернатор, возможно сенат США… и наконец президент.

Бойд почти подавился.

– Президент? – вскричал он. – Ты имеешь ввиду Белый дом, Вашингтон, округ Колумбия?

Одри кивнула.

– Год примерно 2004, я думаю. Бойд, женщина с моим прошлым не может быть первой леди!

Он уставился на неё, не веря своим ушам. Когда он понял, что она говорит совершенно серьёзно, на него напал неудержимый смех. Одри никогда не видела, чтобы Бойд так смеялся. Он упал на подушки дивана и хохотал так, что всё тело сотрясалось. Дважды он пытался остановиться, но начинал хохотать снова. Одри думала уже, он никогда не прекратит.

Наконец он смог нормально говорить.

– О Боже! Да, в этом весь отец. Если он о чём-либо мечтает, то на мелочи не разменивается. Президент Соединённых Штатов!

Тут он сообразил:

– Одри! Был ли этот разговор причиной твоего поспешного отъезда в воскресенье?

– Да. Твой отец был очень любезен, но когда он описал мне свои политические планы относительно тебя, я поняла, что должна прекратить наши отношения. Я думала, они постепенно затихнут сами собой, если мы не будем видеться. Но ты приехал вчера вечером, и это было так, как будто мы никогда не расставались. – Она беспомощно пожала плечами.

Бойд прижал её руку к своей щеке.

– Родная, поверь: я никогда, повторяю, никогда не буду губернатором Аризоны и уж тем более президентом Соединённых Штатов.

– Я уверена, что ты так и считаешь, но я видела, как функционирует твоя семья. Твой отец определяет путь. Если он хочет, чтобы ты стал губернатором… Ты сам мне сказал однажды, что ты делаешь что он велит.

– Это потому, что он никогда от меня не требовал того, чего бы я не хотел сам. Я никогда не поступлю ни на какую государственную службу. Точка. Это не для меня. Ты можешь себе представить президента, который не хочет быть президентом? – Он улыбнулся ей так, что у неё закружилась голова. – И даже если бы я этого хотел, тебя я хочу больше.

Первый раз за этот переполненный эмоциями вечер Одри почувствовала подступающие к глазам слёзы.

– Бойд… ты говоришь чудесные вещи.

– Больше никаких разговоров о прекращении отношений, слышишь? Мы только начали, Одри, и это будет действительно роман века!

– Это… это кажется мне таким нереальным. Я так долго была одна.

– Ты больше не одна. Теперь у тебя есть я. – Он нежно поцеловал её и посмотрел на часы. – Ещё не очень поздно. Позвони Бетти.

Одри скорчила гримаску.

– Я делаю это действительно неохотно. Она, наверное, мне скажет, чтобы я занималась своими собственными проблемами…

– Ну, если она так отреагирует, тогда мы подумаем, как действовать дальше. Но ты никогда себя не простишь, если не предупредишь её.

– Ты, конечно, прав. Но я расскажу ей только самое необходимое. Ты согласен?

– Да, конечно. – Бойд набрал номер, позвал Бетти к телефону и передал трубку Одри. – У неё такой голос, как будто она плакала, – прошептал он.

– Бетти? – с беспокойством спросила Одри.

– Привет, Одри, – вяло ответила Бетти.

– У тебя ужасный голос.

– У меня только что был грандиозный скандал с отцом.

– Бетти, надеюсь, что ты не сочтёшь это наглостью с моей стороны, но… Бойд сказал мне, что ты и Джесс… что вы ведёте речь о свадьбе.

– Да. – Бетти презрительно хмыкнула. – Отец, естественно, не согласен. Он грозится уволить Джесса, если я не выброшу из головы «эту чушь». Я говорю тебе, Одри, что я сыта по горло! По мне, пускай отец лишает меня наследства. Я выйду замуж за Джесса во что бы то ни стало!

Одри глубоко вздохнула и хотела перебить Бетти, но та не дала ей вымолвить ни слова.

– Дед оставил на моё имя небольшой доверительный фонд, и Джесс накопил немного денег. Вместе мы можем купить себе небольшой участок земли. Я не боюсь начать с малого. Деньги значат для меня не слишком много, мне наплевать на престиж быть одной из Бенедиктов. Будет даже очень неплохо быть для разнообразия просто Бетти. Я хочу замуж за Джесса, вот и всё.

– Ах, Бетти! Подумай, ладно? Я считаю… нет, я уверена, что ты совершишь ужасную ошибку, пойдя против воли твоего отца.

– Одри, пожалуйста, не надо. Волей отца я сыта по горло!

– Но… есть ещё кое-что,что я должна тебе сказать. Видишь ли, я… – в этот момент в голове Одри что-то щёлкнуло. – А Джессу ты об этом рассказала?

– Ты имеешь ввиду, что я собираюсь пойти против отца? Нет, ещё нет. К несчастью, Джесс думает, что его примут с распростёртыми объятьями. Я ещё не собралась с духом сказать ему, что это не так.

– Понимаю. – Одри лихорадочно соображала. – Ты знаешь, я считаю, что ты должна рассказать Джессу всё то, что только что рассказала мне, – что ты собираешься начать с малого. Он имеет право знать, что ты думаешь о деньгах, о своём имени. Ты должна ему всё сказать.

– Ты так считаешь? Почему?

– Я… я потом тебе объясню. Ты сделаешь это? Прямо сейчас.

– Ну… я не совсем понимаю, но если ты считаешь это хорошей идеей…

– Бетти, мы з Бойдом завтра приедем.

– Ой, это замечательно!

– Обещай, что ты не сделаешь ничего необдуманного.

– Ладно, Одри. Хорошо, что ты опять будешь здесь. Я знаю, ты на моей стороне, и я буду рада видеть хоть одно сочувствующее лицо. От мамы и Сары толку никакого.

От последнего замечания Одри вздрогнула. В какой-то момент она казалась себе обманщицей, но затем она вспомнила, что делает это ради Бетти.

– Завтра увидимся. Не предпринимай ничего, пока не поговоришь со мной. – Она положила трубку и поглядела на Бойда.

– Ты же ей ничего не сказала, – удивлённо произнёс Бойд.

– Да, я знаю… но возможно… Будет намного лучше, если Бетти сама увидит, какое Джесс корыстное ничтожество.

– Не понимаю…

– Я знаю. Давай просто подождём. Бетти пообещала ничего не предпринимать, пока мы не приедем.