— Джек, ты нарушаешь традиции, — напомнил Габби, взяв бокал. — Мои сестры должны вручить вам подарки прежде, чем ты огласишь тост.

Он заулыбался и сел на место.

— Поскольку моя жена старшая из сестер, она должна быть первой.

Кейт поморщилась, вперив в мужа опасный взгляд своих синих глаз.

— Почему мне показалось, не «старшей», а «старой»?

Джек всё же рискнул ответить.

— Может, это возраст, моя фея? — и тут же получил женским каблучком себе по ноге. — Ой, — простонал он, поморщившись.

— Я ведь говорила, не хмурься, у тебя появятся морщинки.

Джек покачал головой.

— А я говорил, что больше не буду покупать тебе обувь с такими острыми каблуками?

— Можно начну я? — вмешалась в разговор Алекс и повернулась к своему мужу, который сидел рядом. — Любовь моя, с Рождеством!

Она протянула ему небольшую коробку, в которой оказались два пончика, посыпанные сахарной пудрой.

Эмили с любопытством наблюдала, как Тони поцеловал жену за необычный подарок и очередь перешла к Тори.

— С Рождеством, любимый, — молвила она, вручив ему небольшой холщовый мешочек, в котором оказалась горстка миндаля, за которые Себастьян быстро прижался к ее губам.

Кейт же протянула мужу румяное яблоко. Джек взял свой подарок и с безграничной нежностью поцеловал жену за это.

Когда все сестры Хадсон завершили тайный ритуал, они повернулись к Эмили.

— А что ты приготовила для нашего брата? — спросила Алекс.

От всеобщего внимания Эмили стало так неловко, что она даже покраснела. А потом медленно встала и подошла к нему. Она заранее готовила его подарок. И просила дворецкому принести во время ужина. Остановившись возле мужа, она протянула ему маленькую бархатную коробку.

— С Рождеством!

Габби встал и, удивленно глядя на нее, взял коробку. Которую тут же открыл. На светлой материи лежал перочинный нож ручной работы, сделанный из слоновой кости.

Габби ошеломленно поднял к ней свое лицо.

— Это…

— Твой подарок, — закончила за него она, улыбаясь.

Он вдруг ощутил себя самым счастливым человеком на свете, и склонившись к ней, крепко поцеловал ее. Когда он чуть отстранился от нее, она тихо, чтобы слышал только он, добавила:

— У меня еще один подарок, но этот я вручу тебе позже.

Ему пришлось ждать недолго. Когда ужин закончился, беседы в гостиной иссякли, когда он оказался, наконец, наедине с женой в их спальне и, раздев, уложил ее на кровать, он снова вспомнил ее таинственные слов и поднял голову от ее губ, которые мечтал зацеловать до последнего вздоха.

— Ты говорила о подарке… — начал он, пытаясь не смотреть на обнаженную грудь жены. Она сама вся была для него достаточным подарком, но любопытство пересилило его неудержимое желание к ней. — Что ты собиралась подарить мне еще?

Боже, она была так красива с румянцем на щеках и улыбкой на губах! И разметавшимися на подушке огненно-рыжими волосами. Он не мог оторваться от нее свой взгляд, но уговаривал себя немного подождать.

Вот и настал этот момент. Эмили долго думала, как скажет ему об этом. Она лишь совсем недавно поняла это. Сама не до конца привыкла и осознала это, но факт оставался фактом. Это станет продолжением ее безграничной любви к нему. Взяв его руку в свою, она медленно положила его ладонь на свой всё еще плоский живот.

— Подарок, который я хотела сделать тебе, — начала она, чувствуя гулкие удары своего сердца и видя как при этом хмурятся золотистые брови мужа. — Мы вместе сотворили его. Это одно из твоих главных условий, и ты увидишь его или ее через девять месяцев.

Габриел замер на секунду, не до конца понимая то, что она говорит, но когда сказанное дошло до него, он вдруг побледнел и выпрямился. И взглянул на ее живот. Затем снова на нее.

— Ты… — У него так сильно дрожал голос, что он едва мог говорить. — Ты говоришь…

— О рыжеволосой династии Хадсонов, — счастливо закончила она, никогда не верившая, что такой день хоть когда-нибудь наступит для нее.

Габби снова взглянул на ее живот. И осторожно провел по ней своими дрожащими пальцами.

— Я скоро стану отцом?

Вопрос еще больше потряс его. Он выглядел таким растерянным, что Эмили выпрямилась и взяла его руки в свои.

— Да, — сказала она, глядя на мужа. — Подарок, который и ты вручил мне.

Да, он знал, как сильно она любила детей. Изгнанная и забытая всеми, она считала, что никогда не станет матерью. Проклятый и одинокий мужчина, который считал, что никогда не обретет тепла и семьи.

— О Боже, — простонал он и прильнул к ее губам таким нежным поцелуем, что защемило сердце. Габби осторожно уложил жену на подушки и склонился над ней. — Не могу в это поверить! — ошеломленно молвил он, заглянув в зеленые глаза.

Эмили прижала свою ладонь к его щеке.

— Как думаешь, твои сестры будут рады?

— Ты что же, продолжаешь сомневаться в них? — Габби снова крепко глубоко, ненасытно поцеловал ее, вырвав из горла мучительный стон. — Да будет тебе известно, душа моя, что Кейт, едва узнав об этом, запрыгает от радости и начнет по всем научным методам подбирать имя ребенка. Тори немедленно приступить к обустройству детской, а Алекс начнет поить тебя самыми невероятными, но полезными отварами, чтобы и ты, и ребенок были здоровы.

Какое-то время оба молча смотрели друг на друга, пытаясь поверить до конца в то, что произошло.

— Ты не будешь против, если я сделаю крестными нашего ребенка Себастьяна и Тори?

Габби понимал, что тем самым она пытается искупить свою вину перед ними. Но она не была ни в чем виновата. И за это он любил ее еще больше. Он поднял руку и погладил прядь рыжих волос намотав ее на свой палец.

— Какое счастье, что ты рыжая, — вдруг серьезно проговорил он.

— Почему? — удивилась Эмили.

— В противном случае ты никогда не пришла бы к тому клену и не читала бы книгу о суевериях. И я бы ни за что не встретил тебя.

Эмили затаила дыхание.

— Тогда… получается, что рыжий — цвет удачи?

— Определенно, душа моя, — сказал он, переворачивая ее на спину. — Рыжий не только цвет удачи, но и цвет моей любви. — Габби вдруг громко и счастливо рассмеялся. — Моя любовь рыжего цвета.


Из одной сцены рождается история, а из истории рождается целая серия.


Эпилог

Неделю спустя.


Габби спускался по лестнице, когда увидел у дверей новоприбывшего гостя, рядом с которым стоял Джек. Услышав шаги, он повернулся и увидел шурина.

— Габби, доброе утро, — натянуто улыбнулся он.

— У нас гости? — спросил Габби, подходя поближе, и только тогда разглядел лицо третьего человека. — Майкл?

— Да, к нам приехал мой брат, — сказал Джек.

Всего несколько раз Габби видел младшего брата Джека, но запомнил его хорошо, потому что тот был удивительно похож на самого Джека.

— Рад тебя видеть, — проговорил Габби, протянув руку.

Майкл тут же пожал ее.

— Взаимно, Габриел. — Он опустил руку и выпрямился. В отличие от Джека, у него всегда было такое серьезное выражение лица, что сложно было подумать, будто он способен улыбаться. Даже в Рождество. — Поздравляю с женитьбой.

— Благодарю, — машинально кивнул Габби, ощущая себя как-то странно от взгляда младшего брата Джека. — Что-то произошло?

Джек вдруг тоже стал серьезным.

— Габби, видишь ли, Майкл приехал сюда потому, что ему нужна твоя помощь.

Габби удивленно посмотрел на него.

— Моя? Но чем я могу помочь ему?

— Может, мы пойдем в твой кабинет? — предложил несмело Джек.

Габби покачал головой, поняв, что дело значительно серьезнее.

— Что случилось? — на этот раз более требовательно спросил он, глядя на двух напряженных братьев.

— Я… — Джек сделал недолгую паузу. — Я рассказал Майклу о твоих способностях.

Габриел застыл от изумления.

— Что… ты сделал? — оцепенел он.

Джек спокойно встретил его разъяренный взгляд.

— Габби, пора тебе признать, что это не проклятие, а дар, которым ты можешь помочь другим. Как помог найти Ника и Эмили.

— На самом деле, — заговорил Майкл, не представляя, к кому еще может обратиться за помощью. — Я расследую пропажу единственного сына герцога Рочестера. Мы ищем его вот уже три месяца, но я потерял все нити, ведущие к похитителям. И совсем недавно Джек сказал мне, что ты можешь помочь. Габриел, этому ребенку всего шесть лет.

Майкл в отчаянии посмотрел на Габриеля. Он так сильно нуждался в этой помощи. Габби был его единственной надеждой.

Габриел гневно развернулся к Джеку.

— Кто еще знает о моем… недуге?

— Никто, кроме Майкла! — заверил Джек.

— Но… я не могу вызывать видения по щелчку пальца.

Хоть Габриел и был вынужден признать, что последний… сон не отнял у него все силы и снова привел его к месту, где он и нашел Эмили и вытащил из горящего дома.

— Я подумал, — начал Джек задумчиво, — что если ты будешь постоянно думать о ребенке и похитителях, это поможет тебе что-то увидеть.

В этот момент дверь гостиной отварилась и оттуда вышли Эмили, Алекс и младшая сестра Себастьяна Амелия, которая вчера приехала погостить у них.

— Габриел, у нас гости? — спросила Эмили, подходя.

— Да, познакомься, это младший брат Джека, Майкл.

Эмили собралась было улыбнуться новому гостью, но не успела, услышав приглушенный крик Амелии, которая застыла на полпути и с ужасом смотрела на брата Джека.

Майкл повернулся на звук и тоже замер. Он побледнел так сильно, что казалось, вот-вот упадет. Майкл и Амелия неотрывно смотрели друг на друга, словно бы не верили своим глазам. А потом он потрясенно и едва слышно молвил: