Элена, опасавшаяся того, что Лукас и в самом деле мог убить отца, приготовилась к самому худшему. Ирене же интуиция подсказывала, что всё закончится благополучно и Лукаса перестанут мучить страхи. Она сама вызвалась отвезти его к врачу, но до клиники они в тот раз не доехали, так как за ними увязался чёрный автомобиль, однажды уже спровоцировавший дорожную аварию, в которой едва не погибла Ирена.

 —  Нас перследуют! – бросила она Лукасу и принялась рискованно маневрировать на дороге.

 Водитель чёрного автомобиля тоже стал повторять вслед за Иреной все виражи.

 Наконец, ей удалось уйти от погони, но она не повернула обратно, а теперь уже сама стала преследовать чёрную машину в надежде разглядеть, кто сидит за рулём. Однако, чёрный автомобиль вскоре скрылся из виду, и лишь после этого Ирена поехала в полицию, где Олаву отругал её за самодеятельное преследование:

 —  Во-первых, вы с Лукасом рисковали жизнью, а во-вторых, убийца понял, что ты узнала его машину, и наверняка постарается от неё избавиться. Так что из-за твоей нелепой инициативы эту машину мы больше никогда не увидим!

 —  Ничего, я найду его и без машины! – самонадеянно заявила Ирена, подозревавшая, что преследовал её конечно же Зе Балашу.

 Из полиции Лукас поехал к Яре, и Ирена увязалась за ним, сказав, что ей нужно поговорить с Зе Балашу. Дома его не оказалось, но Ирена на это и не рассчитывала – ведь ему требовалось время для того, чтобы надёжно спрятать автомобиль. План у неё совсем другой: незаметно для Яры и Лукаса она пробралась в комнату Жозе и учинила там обыск.

 Затея эта оказалась не напрасной. В бумагах Ирене удалось обнаружить пресловутый китайский гороскоп, а также папку с газетными материалами, в которых рассказывалось обо всех убийствах, осуществлённых в соответствии со списком.

 Получив такую добычу, Ирена направилась к выходу и у самой двери столкнулась с Зе Балашу.

 —  Что ты делала в моей комнате? – грозно спросил он.

 Сжавшись в комок, Ирена проскользнула мимо Жозе и, лишь спустившись по лестнице, крикнула:

 —  Убийцв! У тебя был список, но ты всем морочил голову, будто ничего о нём не знаешь! Теперь твоя тайная папка у меня, и тебе не уйти от ответа!

 Жозе погнался за ней, однако Ирена успела вскочить в машину и во весь опор помчалась к Олаву.

 —  Опять ты влезла не в своё дело! – рассердился он. – Кому нужны эти вырезки? Что они доказывают? Что ты, не имея на то никакого права, проникла в чужое жилище и обокрала Жозе? Теперь мне придётся ещё и тебя выпутывать из этой грязной истории… Миролду, зайди к шефу, подпиши у него ордер на обыск.

 Приехав к Жозе, они не застали хозяина дома, но обыск провели не только в его комнате, но и во всех остальных помещениях. Неожиданный подарок их ожидал в спальне Марселу: там была найдена коробка ,в которой хранился бумажник с документами Жулии Браги, брелок с ключами, помеченный буквами «А.Р.», калькулятор с инициалами «К.Н.», пропавшее кольцо Элиу Рибейру, очки, носовой платок и небольшой нательный крест.

 Марселу клялся, что впервые видит эту коробку и не знал о её существовании.

 —  Это Зе Балашу тебе подбросил, —  вмешался Витинью. – А сам сбежал!

 —  Нет, отец не мог сделать мне такую гадость. – твёрдо произнёс Марселу. – Но кто-то явно хочет засадить меня за решётку.

 —  Вы его арестуете? – испуганно воскликнула Нина.

 —  Нет, —  ответил Олаву, —  пока мы только возьмём с него подписку о невыезде.

 Опознание найденных вещей показало, что кольцо действительно ранее принадлежало Элиу, калькулятор – Арналду Ронкалью, очки – Жозиасу, платок – доне Ивети, и лишь Филомена и Кармела сказали, что никогда не видели у Франчески такого креста, который предъявил им Олаву.

 —  А что если крест Леонтины, жены Зе Балашу? – предположила Ирена. – Она ведь тоже по гороскопу Кабан, как и Франческа Феррету.

 —  Но Нина же видела этот крест и не узнала его, —  резонно заметил Миролду.

 —  Надо отыскать Зе Балашу и спросить у него, —  стояла на своём Ирена. – Вы уже объявили розыск?

 —  Зе Балашу никуда не сбежал, а кроме того, он не имеет никакого отношения к этой коробке, —  с раздражением произнёс Олаву. – В спальню Марселу её подбросили либо Изабелла и Бруно, либо другая парочка – Элизеу и Филомена.


 Пока полицейские говорили о Жозе, он как раз в это время посетил Элизеу и Филомену, заявив им, что если его арестуют, то он больше не будет молчать.

 Бруно, стоявший за шторой и слышавший сказанное Жозе, едва удержался от соблазна выйти из укрытия, чтобы воочию увидеть, как вытянулись лица Элизеу и Филомены.

 Жозе между тем ушёл, а взволнованный Элизеу произнёс:

 —  Он становится опасным. С ним надо что-то делать. Причём незамедлительно!

 —  Успокойся! – осадила его пыл Филомена. – Сейчас полиция занимается той коробкой, что нашли у Марселу. А Жозе у них отошёл на десятый план.

 —  Мне не нравится его настрой, —  пояснил причину своей тревоги Элизеу. – Ты же видела, он сам готов сдаться полиции.

 —  Боюсь, что скоро нам всем придётся держать ответ за прошлые и нынешние грехи, —  печально молвила Филомена.

 Вскоре она ушла из дома по каким-то своим делам, а Элизеу вызвали по телефону на комбинат. Тут выяснилось, что у Алфреду выходной, и Элизеу самому пришлось идти в гараж за машиной.

 —  Передайте сеньоре, что я уехал на комбинат, там случилась какая-то неприятность, —  сказал он Диве, уходя.

 Однако домой Элизеу в тот вечер так и не вернулся, и на комбинате, как выяснилось, его тоже не было.

 Бруно и Дива спустились в гараж – посмотреть, на месте ли машина, —  и нашли там Элизеу с проломленным черепом.


 О своём праве на наследство Бруно заявил сразу же после смерти «мамочки», но адвокаты объяснили ему, что это процесс долгий, надо, мол, подождать. Теперь, наконец, его пригласили в адвокатскую контору, и они с Изабеллой принялись мечтать, как отправятся за границу и будут тратить полученные деньги.

 Однако мечтам их не суждено было осуществиться: адвокат сообщил Бруно, что незадолго до смерти Романа перевела всё своё состояние на имя Кармелы.

 —  Это незаконно! – закричал Бруно. – Я буду судиться с Кармелой.

 —  Я бы не советовал вам начинать тяжбу, —  сказал адвокат. – Если бы дона Романа подарила свой капитал, тогда бы вы могли ещё на что-то рассчитывать. Но она сначала перевела его в акции, а затем продала их сестре.

 —  Но почему, почему она так со мной поступила?! – в отчаянии воскликнул Бруно.

 —  Не знаю почему, —  ответила присутствовавшая здесь же Кармела, —  но думаю, Романа чувствовала, что ты собираешься покончить с ней.

 —  Это ложь! Я не убивал её, не убивал!

 —  Как бы там ни было, —  сказала Кармела, —  но я не хочу оставлять тебя без гроша. Как приёмный сын Романы, ты можешь получить от меня немного денег.

 —  Ну и на том спасибо, —  сразу же оживился Бруно. – Мне нужна такая сумма, чтобы я смог вернуться в Рим и жить там какое-то время, пока не найду работу.

 Кармела удовлетворила его просьбу, и, получив от неё деньги, Бруно переехал из дома Феррету в гостиницу.

 Олаву расценил этот маневр Бруно как подготовку к бегству за границу.

 —  Они с Изабеллой наверняка собираются бежать, —  уверенно произнёс он.

 —  Мы не должны выпускать их из страны! – заволновался Ммиролду. – Эту парочку надо задержать под любым предлогом!


 Увидев в доме полицию, Изабелла бросилась к Филомене:

 —  Тётя, они снова хотят меня арестовать! Сделай что-нибудь! Спаси меня! Я не вынесу тюрьмы.

 Филомена, тяжело переживавшая смерть мужа, попросила Изабеллу не кричать и напомнила ей о трауре:

 —  Имей уважение к моему горю. Мне тяжело, мне очень плохо…

 —  Да, дядя умер, но я-то жива! – ещё громче закричала Изабелла. – Он мёртв, его страдания закончились. А я должна идти в тюрьму? Тебе на меня наплевать?

 —  Выйди отсюда, Изабелла, —  на пределе сил вымолвила Филомена.

 —  Какая же ты эгоистка! Ты никогда меня не любила. Притворяешься скорбящей вдовой, слёзы тут развела, а обо мне не думаешь. Пойми, сейчас самое главное – спасти меня! – с перекошенным от злости лицом Изабелла схватила тётку за плечи и что есть силы стала трясти её. – Ты должна мне помочь! Только это сейчас имеет значение.

 —  Отпусти меня, —  слабеющим голосом произнесла Филомена. – Ты убила Андреа, помогла убить Роману… И меня тоже убьёшь…

 Почувствовав, как тело Филомены обмякло под её руками, Изабелла отпустила её и вышла из комнаты, бросив на ходу:

 —  Надеюсь, ты сама сейчас помрёшь.

 Олаву вошёл в кабинет Филомены через несколько минут, и пока оказывал ей помощь, Изабелла успела вынуть из сейфа тёткины драгоценности и скрыться через запасной выход.

 Затем, по заранее оговорённому плану, она приобрела авиабилеты и встретилась с Бруно лишь у трапа самолёта.

 —  Ну что? Можно считать ,что наш медовый месяц начался? – весело приветствовал от Изабеллу.

 —  Да. Причём весьма удачно: вот моё приданое! – сказала она, передавая Бруно сумку с драгоценностями Филомены.

 Войдя в салон и устроившись в кресле рядом с Изабеллой, он не утерпел – открыл сумку, пытаясь прикинуть, сколько могут стоить бриллианты Филомены. И как раз в этот момент из укрытия вышел Олаву.

 —  К сожалению, должен арестовать вас обоих, —  произнёс он тихо, не желая привлекать внимание пассажиров. – Вы обвиняетесь в краже драгоценностей сеньоры Филомены Феррету.

 —  Я тут ни при чём! – взвился Бруно. – Это она украла!

 —  Ах ты подлец! – тотчас же отвесила ему пощёчину Изабелла.

 —  Пойдёмте в участок, там разберёмся, —  вмешался Олаву, жестом приглашая Миролду помочь ему.