— Вот. Здесь все оформлено как надо. Сумма долга была не такой и большой, поэтому не нужно сейчас ругаться, — предупредил он меня, — пусть это будет моим подарком на свадьбу. С трудом удержался от того, чтобы здесь все обставить, но подумал, что свой личный уголок ты захочешь обустроить по своему вкусу.

— Глеб, я даже не знаю, как реагировать, — растерялась я, не понимая, что чувствую. Все сложные проблемы в моей жизни этот человек решал одним щелчком пальцев. Для меня подобное было непостижимо, не укладывалось в мою картину мира. Но вместе с тем я понимала, что не имею права ни злиться, ни спорить, потому что он делал это все от чистого сердца, заботился обо мне, а я обещала не убегать и принимать его таким, какой он есть.

Поэтому подошла, обняла и улыбнулась искренно и счастливо:

— Глеб, ты сегодня сделал мне столько подарков! Кажется, я скоро лопну от счастья! Пощади меня и скажи, что сюрпризы закончились! Для одной меня это слишком, хотя я тебе очень-очень благодарна.

— Ну-у, я вообще-то заказал номер в отеле, свечи, кровать с лепестками роз, роскошный ужин и музыкантов… Но на самом деле ты права. Самое главное у меня с собой. — Он вдруг опустился на одно колено и достал коробочку из кармана. Ту самую, заветную, о которой мечтает почти каждая женщина на свете. Открыл ее, внутри сверкнул хрусталиком какой-то камень, блеснул золотой ободок. — Даша, я без тебя не представляю своей жизни! — торжественно начал Глеб. — Выходи за меня замуж.

Не успела я воскликнуть да, как он закружил меня, а потом мы снова целовались, потому что никак не удавалось унять дикую потребность друг в друге. Пока нас не прервал звонок телефона. Поговорив с невидимым абонентом, Глеб сразу спал с лица.

— Марго с матерью едут домой. Нужно возвращаться.

Глава 33. Хэппи-энд!

Звонил папа, но в его обычно спокойном голосе чувствовалось предельное напряжение, а подтекст вопил громким криком: «СОС!»

— Георгиевны за внука сцепились, — сообщил он мне коротко, и мы с Дашей бросились спасать Даньку. Я гнал на всех скоростях, рисуя в голове картину одну страшнее другой, в голове мелькали контакты людей, которых нужно будет подключить, я готовился к бою, мы с Дашей просто влетели в дом… И увидели, как две бабушки… лежат на полу и умильно наблюдают за ползающим карапузом. Ну и спорят, конечно. Куда без этого.

— Это Ждановская порода. Прет как танк, ничего его не остановит, — приговаривала моя мама, а тещенька не отставала:

— Зато внешне — вылитая Маргоша.

Я оглянулся в поисках матери ребенка, но не обнаружил ее нигде, вопросительно глядя на отца, мол, зачем панику навел? Тот пожал плечами, бессловесно мне сообщая, что сам не понимает, что тут творится. Видимо, бабушки только что ругались, но обаяние внука свело ссору на нет.

— Здравствуйте, Нина Георгиевна, — вежливо поздоровался я с матерью Марго, помогая обоим женщинам встать. — У вас все в порядке? Отец звонил и сказал мне срочно приехать. Что случилось? Где Марго?

— Глебушка, давай присядем? — неожиданно робко попросила теща и посмотрела на меня кротким взглядом. Насторожившись, я сел на диван, усадив Дашу рядом. Мать взяла Даньку на руки, отец стоял в сторонке, а Нина Георгиевна с тяжелым вздохом села и уткнулась взглядом в пол.

— Глеб, Марго не приедет, упустила я ее, я во всем виновата, — смахнула она слезу, и я удивился, как искренне она это сказала, без обычного надрыва, высокомерия, просто призналась в своих чувствах как на духу. — А это кто с тобой? — нахмурилась, увидев, как я обнимаю Дашу.

— Нина Георгиевна, только без скандалов, сразу предупреждаю. Я женился на вашей дочери вынужденно, и если бы она не была так собой ослеплена и своими коварными планами, то заметила бы мою неискренность. Но она даже не спросила, почему я не интересовался ею все эти годы, раз якобы испытывал чувства. А это, Нина Георгиевна, женщина, которую я люблю на самом деле. Как только получу развод, мы с Дашей поженимся.

— Дарья, а вы будете хорошо заботиться о моем внуке? У вас свои дети есть? — теща вдруг перевела внимание на Дашу, и в ее вопросе не было злых подозрений, а почему-то страх.

— Почему она должна заботиться? С Марго что-то случилось? — испугался я, ведь на самом деле не желал бывшей смерти, какой бы гадиной она ни была.

— Нет, Глебушка, Маргоша не стала делать липосакцию, только чуть грудь подтянула. Легкая процедура. Ее нос уговаривали сделать, но Тихон отговорил.

— Что за Тихон?

— Мировая звезда, футболист. Оказался там с переломанным носом, в клинике, они познакомились. И кажется, Глеб, он действительно очарован Маргошей. Они закрутили роман, я и глазом моргнуть не успела. Вот только он молодой, ветер в голове, дети пока не нужны, тем более чужие, — снова расплакалась теща. — Я ей не нужна, она меня выставила, сказала ехать к вам и забрать к нам домой Данечку, заботиться до ее приезда. Но когда приедет, не сказала. Да и прекрасно понимала, что не отдадите вы мальчика. Кого я воспитала? Мать-кукушку! — причитала женщина. — Только от одного мужика к другому скачет, ищет кормушку побогаче. Я, конечно, ей всегда говорила, что деньги важны, но не думала, что она их во главу угла поставит, что ребенка своего будет использовать для достижения целей, а потом отбрасывать, как мусор!

— Вот что, Нина, уймись, ребенка пугаешь, — цыкнула на тещу мама и кивнула нам с Дашей, чтобы унесли Даньку в другую комнату.

— Глеб, я о ребенке позабочусь, поговорите с ней, — как всегда, моя понимающая Даша была на высоте и поспешила заняться малышом вместе с подоспевшей Мариной.

Я вернулся в гостиную, застав Нину Георгиевну с кружкой чая в одной руке и платком в другой.

— Глебушка, я была во всем не права, вы теперь меня к внуку на пушечный выстрел не подпустите. Но я же бабушка! Я правда не знала, что Марго задумала тогда с подбрасыванием ребенка. Она меня перед фактом поставила. Я не могла в полицию заявить, боялась, что ее посадят. Но если будет суд, дам показания, что никакая няня его не похищала, что она его подбросила. Если хочешь, отбирай у нее Даньку, она недостойна быть его матерью. Я это давно поняла, только отказывалась признать. Что ей в голову взбредет, то и сделает. Не будет ничего хорошего ему от такой матери. А Даша твоя? Как чужого ребенка примет? Сможет заботиться?

— Нина Георгиевна, нянек Дане хватает. Вы не бойтесь. Но я другое хочу сказать. Вы всегда будете его бабушкой. Спасибо, что приехали и про Марго рассказали. Честно говоря, я ожидал чего-то подобного. Она ничуть не изменила свой характер, всегда искала чего получше, никогда не была довольна собой и тем, что у нее имеется.

— Я, я виновата, — снова заголосила теща, а мать ее снова приструнила:

— Нина, перестань уже ныть! Все устаканится. Данька не на улице, больше ты можешь не переживать, что он попадет к чужим людям. Отец у него есть, а Даша очень хорошая девочка, приняла как родного. Не переживай. И не вини себя за Марго! Мы, конечно, в ответе за своих детей, но они всегда идут своим путем. Вот моя Маринка… — начала она свою песню о Костасе, но я уже не слушал, а летел к Даше, застав ее с ребенком на кухне. Она перекладывала овощное пюре в миску и готовилась кормить ребенка, а Марина развлекала непоседу музыкальной книжкой. От того, настолько домашней выглядела эта картина, я почувствовал на душе покой и радость. Грозовая туча в виде Марго рассеялась, а на небе засветила яркое-яркое солнце. В нашем доме царила ясная погода.

— Неужели все кончилось? — спросила Даша, которая явно слышала громкие голоса из гостиной.

— Я так и подозревала! — воскликнула Маринка.

Данька негодующе бросил книжку на пол, засучил ножками и смешно сморщился, в нашу компанию влился поющий Костас, несущий на руках близнецов. И вдруг включился по таймеру телевизор, я посмотрел на изображения танцующих Маши и медведя и вспомнил начало этой истории. Вспомнил и расхохотался, а потом ко мне присоединились все члены моего большого семейства.

Эпилог

— Так-так, сейчас посмотрим. Вижу сформировавшееся плодное яйцо. Размер соответствует сроку… Подождите-ка… Поздравляю, мамочка, у вас двойня!

Что-что? Я ослышалась?! Пауза затянулась, и врач-узист повторил «радостную» новость:

— Два плодных яйца. Вы в порядке?

Как ответить? Я чуть с кушетки не свалилась, услышав новость о беременности, а тут еще двое! Боже мой! Обычный профосмотр от компании, рядовое явление, я никак не ожидала, что гинеколог посоветует мне сделать УЗИ, испугалась даже, сразу не сообразив, что могу быть беременной.

Вообще-то такие вещи заранее планируют. Обычно. Но, с другой стороны, разве у нашей сумасшедшей семейки может что-то происходить по стандартному сценарию? Глупо было даже надеяться.

— У многоплодной беременности свои особенности, — начал объяснять врач, — дети часто рождаются раньше срока, да и сама беременность протекает у многих тяжело. Необходимо сократить нагрузки, постоянно быть под наблюдением…

Для меня точно не новость, что выносить двойню — непростое испытание, доктору нет нужны распаляться. Марина не раз делилась со мной историей своей тяжелой беременности и скоропалительных родов. Недоношенные малыши лежали в инкубаторе. И хоть сейчас с ними все в порядке, подобные испытания оставили у нее неизгладимое впечатление.

Я же до трясучки испугалась, слова не могла вымолвить и все смотрела и смотрела на черно-белый экран, пытаясь разглядеть в мутных пятнышках будущих детей.

Это так сложно — в один момент принять, что ты станешь мамой. Мамой собственного ребенка. А как же Данечка? Мой сладкий сыночек, который стал родным несмотря на то, что по крови не приходился мне таковым.

Попрощавшись с врачом, быстро пересекла коридор, стараясь перед подчиненными выглядеть собранной и деловой начальницей, хотя внутри все тряслось и вибрировало. Отдышалась в прохладном уединении туалетной комнаты и ополоснула лицо холодной водой.