– Ой ли? Все, что напоминает вам о Сабрине, причиняет боль и страдание. Из-за этого вы напились в таверне, потом пришли домой и снова пили, размышляя о женщине, которую любили и потеряли.

– Я уже говорил, что пошел в местный кабачок только ради того, чтобы узнать, нет ли в этом городке, где каждый друг друга знает, какого-нибудь незнакомца. А пил за компанию, пытаясь развязать языки завсегдатаям.

– И то, что произошло в тот вечер, было следствием этой разведки боем? – Мэри скептически приподняла брови. – В тот вечер вы меня поцеловали только потому, что были пьяны! А рядом оказалась я, а не Сабрина! – Мэри остановилась, опасаясь, что на глазах выступят слезы, предательски показавшие бы ее истинные чувства. Никогда он не увидит ее рыдающей!

– Это неправда! – Ройс сделал шаг вперед, сверкая глазами.

– А разве нет? Похоже, вы просто много выпили, пытаясь забыться. А потом использовали меня как замену той женщины, которую действительно хотите.

– Прошу прощения за грубость, недостойную джентльмена, но если ты веришь в то, что сказала, – ты просто дура. – Ройс взял Мэри за плечи. – Ты та, кто последние несколько недель сводит меня с ума. Неужели ты сама этого не видишь? Только о тебе я думаю каждую ночь, лежа в постели. Именно из-за тебя я не могу заснуть, обливаясь холодным потом и еле сдерживая себя от того, чтобы не броситься по коридору в твою комнату. Твои губы, твоя грудь, твоя плоть – это то, чего я жажду. Это то, без чего я не смогу прожить… – Он прервал свой страстный монолог и закрыл рот, продолжая глядеть на Мэри сверху вниз, и его зеленые глаза сверкали от возбуждения и переполнявших чувств.

Утратив дар речи, она смотрела на него, округлив рот в немом испуге, и его слова, полные страсти, переполнили душу Мэри одновременно и теплом, и болью.

– Гори оно все огнем! Мэри, ты единственное, чего я хочу в этой жизни. – Он пристально взглянул в ее глаза, и в них отразилось безумное желание.

И Ройс прильнул к ее губам страстным поцелуем.

Глава 22

Мэри задрожала, изо всех сил пытаясь никак не отреагировать на поцелуй, вихрем охвативший ее сознание. Однако она не могла не почувствовать, что при первом же прикосновении Ройса необъяснимая страсть охватила все ее тело, и не могла противиться его жадным и ищущим губам.

Обвив Ройса руками, она страстно прижалась к нему всем телом, ощущая всю его напряженную плоть. Воспоминание об их первой любви усиливало желание, которое она чувствовала сейчас. Задрожав, Мэри с испугом подумала, что сейчас ее колени подогнутся и она медленно сползет на пол.

Однако железная рука Ройса не давала ей это сделать.

– Мэри, прошу тебя… – Наклонившись, Ройс поцеловал ее в шею и положил руку на грудь.

Даже сквозь плотную ткань платья Мэри почувствовала ее тепло и ощутила прилив безудержного желания. Ройс прижался к ней еще крепче, и ей показалось, что ее тянет к нему словно магнитом.

– Дорогая… – прошептал он хриплым голосом. – Моя милая Мэриголд… Моя жена.

Вздрогнув, Мэри застыла, чувствуя, как к ней снова возвращается способность рассуждать здраво. Одним рывком она отпрянула от Ройса.

– Нет! – Ее тело все еще горело пульсирующим желанием, но она проигнорировала это ощущение.

– Мэри! – Он сделал к ней шаг.

– Нет! – Она отпрянула еще дальше, поспешно поправляя платье. – Остановитесь. Даже таким путем вы никогда этого не добьетесь. Я уже сказала, что не собираюсь выходить за вас замуж.

– Мэри, черт побери, ты выйдешь за меня замуж!

Высоко подняв голову, она сверкнула глазами:

– Если вы так полагаете, то, очевидно, плохо знаете меня!

В течение следующих нескольких дней между Ройсом и Мэри бушевала война, тихая и скрытная, поэтому никто из обитателей дома ее не замечал. Но если Ройс входил в комнату, Мэри тут же находила повод, чтобы уйти. Если их встреча была неизбежной, например, за ужином, то между ними царило ледяное молчание, а случайные вопросы – поверхностные и ни к чему не обязывающие – получали короткие, словно обрубленные, ответы. Теперь Мэри полностью отказалась от уроков верховой езды, а Ройс со своей стороны часто отсутствовал в доме и предпочитал долгие конные прогулки, которые совершал с самым мрачным выражением лица. На вопросы сестер о причинах столь внезапно возникшей вражды и Ройс, и Мэри отвечали непониманием и отрицали все, утверждая, что ничего предосудительного между ними не происходит. Возможно, лишь только Роуз догадывалась о чем-то, но она хранила молчание, как и старшая сестра.

Ледяная напряженность, воцарившаяся в Уиллмере, спала лишь тогда, когда несколько дней спустя в поместье вкатил экипаж графа Оливера. Слух о его приезде мгновенно облетел весь дом, и его обитатели, включая гувернантку, тут же собрались вместе, чтобы сердечно поприветствовать графа.

– Вы привезли с собой Пирата! – радостно взвизгнула Лили.

С резким лаем песик бросился к девушкам и в своем репертуаре принялся радостно прыгать и кружиться, бешено виляя обрубком хвоста.

– Я пытался оставить его в Лондоне, – Оливер взглянул на подпрыгивающую собаку, – но вся прислуга умоляла прихватить пса с собой. Он уже успел разбить две лампы, три вазы и каминный экран и сжевал столько обуви, что я потерял счет. Конечно, я вовсе не сожалею о домашних тапочках, подаренных мне тетушкой Эфронией, но будь я проклят, если не расстроился, потеряв пару любимых туфель!

– Теперь вы решили нарушить целостность Уиллмера? – хихикнула Мэри.

– Я не мог не взять его с собой. Как занимательно было наблюдать за камердинером, пытающимся убрать подальше все, до чего Пират мог бы добраться. Прислуга совершала настоящие подвиги!

Граф позволил себе улыбнуться и сделал шаг вперед. Заметив это движение, пес тут же притих и сел, однако обрубок продолжал колотить по полу.

– Моя кузина. – Граф склонился над рукой старшей сестры. Поприветствовав таким же образом остальных девушек, Оливер повернулся к брату и пожал ему руку. – Фиц.

– Рад тебя видеть, – поздоровался с ним Фиц. – Надеюсь, что мой двухколесный экипаж цел?

– Полагаю, что умею управлять экипажем, – суховато ответил Оливер, – но только твои гнедые все время тянут влево.

– Скорее всего влево тянет твоя рука, – недоверчиво фыркнул Фиц в ответ.

– Ройс! – Граф пожал руку сводному брату. – Какие новости?

– С тех пор как я написал тебе в последний раз, не произошло ничего нового. Последняя неделя прошла спокойно.

Кивнув, граф повернулся к кузинам.

– Дамы, я, с вашего позволения, вас покину. Мне нужно привести себя в порядок после дороги, увидимся за чаем.

Сестры неохотно кивнули, понимая, что настало время вернуться к урокам.

– Оливер, не мог бы ты уделить мне несколько минут? – выступил вперед Ройс, и Мэри бросила на обоих мужчин острый взгляд. – Мне крайне необходимо расспросить тебя кое о чем.

– Конечно. Пройдем в кабинет.

Мэри задумчиво посмотрела вслед удаляющимся братьям.

Оливер и Ройс молча прошагали по коридору, но как только они зашли в кабинет и граф закрыл за собой дверь, он тут же повернулся к брату и нахмурился:

– Что случилось? Ты же сказал, что больше не было никаких неприятностей.

– Нет, ничего подобного не произошло. По сути, есть один вопрос, который мне хотелось бы с тобой обсудить.

– Ну и?… – Оливер с интересом посмотрел на Ройса.

– Я обратился к твоей кузине с предложением руки и сердца. Я имею в виду Мэри.

Несколько секунд граф молча смотрел на Ройса, а затем его лицо озарилось широкой улыбкой:

– Но это же великолепно! Да, да, я не раздумывая даю согласие на этот брак. Но как же, Ройс, это произошло? Я всегда думал, что ты…

Громкий стук в дверь прервал его пылкую речь.

– Один момент, – отозвался граф, но стук повторился, на этот раз еще более энергичный.

– Граф, сэр Ройс! Мне необходимо с вами поговорить!

– Кузина Мэри! – Улыбаясь, Оливер открыл дверь, не замечая опасливого выражения на лице Ройса. – Очень приятно. Только что Ройс сообщил мне хорошую новость.

– В самом деле? – Мэри наградила Ройса обжигающим взглядом.

– Я попросил у Оливера разрешения на наш брак. – Ройс не сводил с Мэри взгляда. – По крайней мере я объяснил ему, что планирую жениться на вас.

– Полагаю, что так оно и было. – Мэри скрестила руки на груди, глядя на обоих мужчин с явной недоброжелательностью. – И даже догадываюсь, что вы, граф, дали ему свое согласие.

– Да, конечно. Я надеюсь, что вы будете очень счастливы, – улыбнулся ей Оливер.

– Без сомнения, мы будем счастливы, но только не друг с другом. – Мэри взглянула на графа. – Ваше мнение по этому вопросу мне было известно, но не хотели бы вы узнать, что думаю на этот счет я?

Глаза графа округлились от удивления, и он переводил взгляд с Мэри на Ройса.

– Мне очень жаль, что предварительно не выслушал вас и опередил события. Я предполагал, что Ройс уже заручился вашим согласием.

– Да, конечно, он говорил о своих намерениях жениться на мне, если вы это имеете в виду. Что я уже сказала ему, то отвечу и вам. У меня нет ни малейшего желания выходить замуж за Ройса. Ни сейчас, ни когда-либо. Он, безусловно, найдет себе достойную пару, но это буду не я. Мне жаль, граф, что я нарушила ваши планы.

Резко повернувшись, Мэри вышла из кабинета, оставив глядящих ей вслед мужчин наедине.

– Так… – Стьюксбери в упор посмотрел на Ройса. – Полагаю, что твои ухаживания за этой леди оставляли желать лучшего.